— Получите! Ветер смерти! — закричал он.

Воздух с воем устремился в его ноздри, и Сергей выдохнул черный поток (добавил иллюзий для красочности), обрушивая его на врагов, словно тьму египетскую. В следующее мгновение тьму взрезало струями огня, всепожирающего пламени драконов и Сергей легко ушел выше, превращаясь еще.

— Я ждал вас!! — захохотал он громогласно.

Внизу творилось нечто непонятное, несмотря на удары проклятиями и встающую нежить, французы продолжали рваться вперед. Из-под земли лезли какие-то растения, мостовые и дома ходили ходуном, рушились и менялись, сразу за спинами продолжавшего пробивать оборону кулака танков и великанов.

— Познакомьтесь с моим новым шедевром — драконьим волком!

Его не поняли, никто не уловил отсылки к крысиному волку, и Сергея это немного задело. Он телепортировался и оказался на загривке одного из драконов, вмял своим телом в шею наездника-мага, который даже пискнуть не успел. Могучие ручищи сомкнулись на шее, выпуская когти оборотня и вцепляясь ими намертво. Дракон мотнул головой, пытаясь его сбросить, и Сергей толкнулся ногами, добавляя силу этого рывка к своему удару, сворачиванию шеи.

Пространство вокруг загустело и попыталось сковать его, но Сергей уже обратился в великана, просто прыгнул и извернулся в воздухе, вцепляясь когтями в хвост, которым его ударили. Один из драконов выдохнул струю пламени, но поджарил собрата, дернувшего хвостом, уводя его и Сергея в сторону. В следующее мгновение пятиметровый Сергей оторвал ему этот самый хвост и тут же швырнул его, подобно магическому копью, втыкая в глотку еще одному любителю изрыгать огонь.

Разбежался и пинком сбросил наездника, дракон крутнулся, то ли из-за потери хвоста, то ли пытаясь сбросить Сергея, но это ему не помогло. Ноги обратились в лапы, вонзили когти в спину дракона, легко пробивая все магические защиты, за счет сродства с великанами, и Сергей толкнулся, ушел вниз могучим прыжком и воткнул локоть в череп еще одного дракона, будто заправский рестлер.

— Нет у вас методов против Гарольда Топора!! — заорал, разрывая очередного наездника — мага.

Выхватил его сердце и сожрал в прыжке, громогласно хохоча. Пространство опять попробовало сомкнуться, но драконы окончательно обезумели и дыхнули пламенем, сжигая магию, и Сергей вырвался на свободу, получив очередную порцию ожогов, в дополнение к тем, что ему обеспечила Селин своим сиянием.

Пространство скрутилось, разорвало оковы, которые попытались восстановить французские маги и часть из них повалилась на спины драконов. Вообще, стоило бы захватить и боевых магов, но побоялись, подумал Сергей, телепортируясь и вбивая мага в сердце еще одного дракона.

— Да! Бегите, трусы! — заорал он с падающего тела. — Бегите и прячьтесь!

Что-то внутри орало и подталкивало погнаться за ними, настичь, разорвать, вырвать сердце и печенку и сожрать их сырыми, но Сергей сумел подавить позыв и резко ускорился, швыряя убитого дракона оземь, словно снаряд.

Смягчил им падение и выбил очередной кратер, стал частью песчаного вихря и устремился под землю, рассыпался в десятке мест, напоровшись на защиты и собрался, вынырнул и подхватил поднятую им нежить, разбрасывая ее ближе к врагам, словно сеял пшеницу.

Он уже почти было отправился к великанам, когда сверху ударило дружным залпом и Сергей провалился оземь, стал частью камня и вдруг ощутил, что происходит здесь, в канализации и катакомбах Парижа. Конечно же, британские маги не успели все тут обшарить и выжечь, и уж тем более не могли они перекрыть трубы, так как Сергей требовал обеспечить нормальную жизнь города, дабы парижане не бунтовали.

— Опять украли у меня идею, да⁈ — прорычал он.

Химеры — кроты и камнеройки, смесь всего подряд, рыли и расширяли, создавали не просто сеть туннелей, а рисунок печати, причем трехмерной, и откуда они еще могли набраться подобных идей, как не у Гарольда-Сергея?

— Сейчас я вам помогу, — прошептал он, вонзая пальцы в камень и прогоняя по нему волну подземного огня.

Разом исправил десяток мелких огрехов, печать стала практически идеальной, если не считать того, что ниже ее Сергей добавил свою часть, концентратор, отражатель и ритуальная фигура жертвоприношения, хотя и неясно было, насколько все это сработает.

Одним прыжком оказался на высоте двухсот метров и хлопнул в ладоши, обратил их к земле.

— Те торохаки каха! Вауте! Карахи! — заорал он. — Танги хаехае! О!

В него уже стреляли, одна из пуль дернула волосы, другая царапнула ногу, но Сергей успел довести удар до конца. Гравитация и слом щитов, затем удар звуком, призванный убить всех живых внизу. Враги рыли и изменяли один из пока еще относительно целых районов, и горожане, не успевшие разбежаться, зомби, французские и британские войска, смешанные с «колониальными», все, кроме может быть пары дюжин особо сильных магов, умерли разом, лопнули, будто переспелые виноградины. Поток крови и силы хлынул в печать, сконцентрировался и активировал ее, только вместо удара по источнику Парижа, отражатель перенаправил все в сторону Версаля.

В следующее мгновение гравитация выросла запредельно и весь район взлетел на воздух гигантским столбом пыли и каменной крошки, обращаясь в непроходимые развалины. Сергей подхватил этот вихрь крошки, добавил песка и метнулся вглубь Парижа, прямо к танкам и великанам. Ворвался на поле боя и смел их, отбросил и стесал, не дал прорваться в самый центр и вбил в мостовые.

— Ура!

— Слава Гарольду Топору!

— Британия!

— Слава императору!

Сергей стоял, опираясь на топор и вяло помахивая рукой, ощущая, как истощение битвы и слабость от ран готовятся накрыть его.

— Милорд! — с хлопками рядом возникли маботы охраны. — Враги приближаются!

Сергей развернулся, уже и сам ощущая ногами дрожь земли и камней, домов и воздуха. Ну, конечно, устало подумал он, французы решили, что печать сработала и источник Парижа оглушен и подавлен, конечно же, они планировали атаку и тут же пошли в нее.

— Солдаты! — загремел голос Сергея, вырастающего в размерах и вскидывающего топор. — Враги думают, что вас уже убили и втоптали в землю! Покажем им, как они ошибаются! Вобьем их в землю сами, возведем вокруг Парижа новые стены из тел врагов Британии! К бою, сыны и дочери Британии! Не посрамим империи!

— Слава Британии!! — раздался ответный рёв и ему вторил крик Псов. — Кусай, не жалея!

Некоторое время спустя

Сергей даже не понял вначале, что битва стихает, даже насторожился, что цветные пятна магии вокруг перестали метаться. Он сражался в самой гуще, разил врагов и рядом метались какие-то тени, поддерживали и менялись, а Сергей все разил и шаг за шагом продвигался вперед. Давил и отбрасывал, опрокинул атаку врагов, вырывался вперед и разил, возвращался и ставил щиты, прикрывая рядовых, и снова разил, менял формы, дышал огнем, бил водой и звуком, творил иллюзии и подчинял, перехватывал управление нежитью и швырял вперед сгустки смерти, отражал проклятия и сам разил ими и резал кого-то на тут же воздвигнутых алтарях и присасывался к батареям маботов.

Рвал кого-то в клочья и получал раны сам, и все это слилось в голове в единую пеструю мешанину.

— Ха-ха!

— Ха-ха!

— Ха-ха!

Цветные пятна разошлись, зрение вроде вернулось, и Сергей обнаружил, что город вокруг исчез, сменившись хаотичным нагромождением воронок и земли, тел и камней, жутким подобием лунного пейзажа после бомбежки. То, что он счел смехом, было восторженными криками британских войск вокруг, просто помимо зрения ему повредили и слух, и все доносилось словно сквозь толщу воды.

Изнеможение навалилось, внутри все болело так, будто он год без перерыва подменял Сизифа и еще брал подработку на стороне. Колени Сергея подогнулись, и он отчаянным усилием не дал себе упасть, сел, сдернул с головы невесть откуда взявшийся там шлем — ах да, газовые атаки, припомнил он — и провел рукой по лицу. Рука рухнула мертвым бревном, и Сергей увидел на ней блевотного вида смесь крови, пота и грязи.