— С живыми работали, — хмыкнул я на последнее. Чай мёртвый пациент в путах не нуждается.

— Даже лесные такого не заслуживают, — проворчал Бран. Свою родню по отцу он по-прежнему не любил так, что аж кушать не мог, но всё же и его ненависть имела пределы.

Несмотря на неприятные открытия, в вечной мерзлоте лабораторные журналы сохранились куда лучше, чем в тропиках. Знаний тут определённо присутствовало богато, а я уже размышлял, как бы разорваться на части, потому что книг по магии у меня уже было больше, чем я физически успевал читать. Следующий этаж оказался складским, нашлись там и рамы с мозаик, по всем признакам выполненные из древесины мелорнов, и много чего ещё. Богато жили снежные эльфы и вывозом ценностей явно не озадачились. Но следующий этаж заставил меня буквально истекать слюной. Плевать на презренное злато, магия — вот единственное, что имеет значение! Библиотека была, на мой взгляд, главным трофеем! Я бы поблагодарил баба-лича за то, что она всё тут сохранила, но предпочёл сделать вид, что никто из нас не умеет читать. Включится ещё, не дай боги, какая-нибудь часть приказов о том, что интеллектуальная собственность Дома Хрустального Снега не должна достаться никому пришлому, и я тут потом весь подвал по первый этаж залью горючими слезами.

А вот следующий уровень меня огорчил и заставил напрячься. После ещё одной монументальной двери, вскрытой сваркой, обнаружились заклинательные покои демонологов. В нескольких сложных пентаграммах были даже скелеты, причём как явных жертв, зафиксированных на полу кандалами, так и демонов. Вероятно, они были не столь круты, как наш знакомый с юга, и двинули копыта с голодухи. Правда, не очень понятна ситуация: кто их вообще призывал и оставил здесь? Готов поверить, что хрустальные снежки уходили в спешке, но не настолько же! Или собирались вернуться совсем скоро? Вопросы пока что оставались без ответов. А демоны и жертвы без погребения. Прежде чем лезть в незнакомые пентаграммы и прочие ритуальные рисунки, в них следовало разобраться. А там уж одним можно будет даровать покой, останки других полностью выжечь.

Следующий же этаж оказался тюремным. Хотя, учитывая, что эльфы держали здесь не заключенных за преступления, а «материал» для опытов и жертв, называли они его, вероятно, по-другому. Может, вообще зубоскалили про мясную кладовую… А может и нет, скорее уж придумали что-то поизящнее. В камерах нашлись как крупные скелеты, возможно принадлежавшие ассонам, так и здоровяки с клыкастыми челюстями, вероятно орки, были просто люди и, видимо, лесные эльфы. Нашлось даже что-то вроде бассейна, вода из которого давно исчезла, но на дне лежало три скелета каких-то рыболюдов. А ещё была металлическая дверь в одну из отдельных секций, вскрыв которую, я с удивлением ощутил запахи не только смерти и демонов, но также едва заметное присутствие жизни.

— Осторожно! Тут что-то живое! — мгновенно предупредил я остальных.

Само помещение, которое открылось перед нами, представляло из себя длинный и широкий прямоугольник, где вдоль стены стояли саркофаги, напомнившие лично мне койки в лазарете. К каждому каменному параллелепипеду можно было подойти с четырёх сторон, а ещё каждый из них был закрыт крышкой, запираемой на внушительные засовы из неизвестного мне сплава, имеющего глубокий чёрный цвет. Если бы не характерный металлический отлив, подумал бы, что у нас тут что-то вроде эбонита. Саркофаги были исписаны кучей знаков и ритуальных символов, буквально отсекающих их от остального мира. Лишь присмотревшись к фигуре в центре ближайшей ко входу крышки, я заметил хитрое построение, напоминающее ритуальный узор диагностики, порой используемый целителями после битв. Сделал подобный под койкой или циновкой, и тебе в случае чего сразу понятно, что на неё положили кого-то с разрывом селезёнки, который так сразу и не заметишь, занимаясь, скажем, отрубленной ногой.

— Идём вперёд медленно, нас интересует четвёртый справа, — сказал я. — Но сначала откроем соседний, для проверки. Шагом марш.

Наш строй настороженно втянулся в помещение. Тут, как и везде, попахивало смертью, демонятинкой и лишь немного жизнью. Это наводило меня на невесёлые мысли, причём в том числе и о вампирах. В конце концов, хрустальные снежки оказались Домом некромантов и демонологов, клепали личей-вахтёрш и занимались прочим непотребством вроде жертвоприношений. Почему бы им не заловить, а то и не создать какой-нибудь особо ядрёный подвид кровососов? Причём достаточно крутой, чтобы как минимум один из его представителей в спячке протянул восемь столетий, отдыхая в уютненьком каменном гробу последней на тот момент модели. Это как раз было бы в стиле хрусталиков.

Пройдя пару десятков шагов, мы окружили два саркофага. Я сам начал снимать фиксаторы, напоминающие земные шплинты, и, вынимая засовы из пазов, заодно отметил, что чёрный металл был не только не восприимчив к магии, но ещё и активно рассеивал её. Более серьёзный аналог хладного железа, из которого делают кандалы для пленных магов, что б не колданули чего нехорошего в жажде свободы. Продуманная вещь, узник такую никаким телекинезом не подденет, к ней руками-то магу прикасаться неприятно. Закончив с засовами, я чуть отошёл, направив лезвие копья на гроб, и кивнул двум парням:

— Снимайте крышку.

Хирдманы выполнили приказ, но заливать заклятиями буйного немёртвого узника мне с вирдманами не пришлось. В саркофаге лежал скелет давно и окончательно дохлого существа. Кости своими пропорциями напоминали эльфийские и принадлежали бы невысокому подростку этой расы, но у ушастиков всё-таки не бывает когтей на пальцах и зубов хищников. А тут прям набор кусалок волка, а то и акулы, даже передние резцы почти треугольной формы. Царапалки, правда, ни на руках, ни на ногах на Фредди Крюгера не тянули, но всё же ногтями точно считаться уже не могли. Однако гипотеза про демонических вампироидов получила пару плюсов в копилочку, как и идея о том, что эльфы тут вели над ними эксперименты. Тем более наш новый знакомец был прикован внутри своего гроба весьма основательно. Руки, ноги, пояс, шея, даже на голове обруч, особо не рыпнешься.

— Закрывайте обратно, — произнёс я наконец. — Потом по одному сожжём.

Когда крышка саркофага вернулась на своё законное место и была заперта, я повторил процедуру с соседним каменным гробом. Взору предстал узник, закованный ровно так же, как и скелет. Сам обитатель гроба при этом хоть и отличался от своего соседа, но здоровьем тоже не лучился. Тот же скелет и есть, только обтянутый серой, болезненного вида кожей, покрытой кучей татуировок не совсем понятного назначения, но они определённо магические. Только вот при этом от когтистого и, как показало оттягивание наконечником копья губы, зубастого эльфа не тянуло некромантией, лишь слегка попахивало демонятиной.

— Он живой, — проговорила Астра, подтвердив мои мысли. — Хотя и на последнем издыхании.

— Он на нём, может быть, последние лет пятьдесят, — задумчиво произнёс я, продолжая направлять рогатину на истощённого подростка с волосами чернее вороньего крыла. Эта деталь бросалась в глаза, так как единственная не выглядела в нём болезненной, в остальном же тут был натуральный узник Освенцима с земных фотографий. Кстати, вроде читал, что людей с увиденных мной снимков спасти так и не удалось, потому что дистрофия зашла слишком далеко, организмы не вывезли.

— Может и так, — согласилась целительница. — Однако у нас тут для разнообразия не мертвец и даже не нежить, а живое существо. Что делать будем?

— Вообще всех связанных с демонами следует убивать, — всё так же задумчиво ответил я. — А тут то ли подвид одержимого, то ли попытка скрещивания, о которых мы читали. Ладно, связан вроде надёжно, попробуем поговорить, прежде чем жечь. Приготовьтесь на всякий случай.

Не все отнеслись одобрительно к тому, что любопытства у меня больше, чем здравомыслия, но возражать никто не стал. Опасным истощённый узник не выглядел, к тому же был надёжно зафиксирован. Хедвиг же вроде не раз всем показывал, что знает, что делает. Оценив отсутствие попыток себя отговорить, я создал на кончике копья сферу воды и уронил её на лицо эльфа. Поначалу ничего не происходило, и мне в голову даже пришла мысль попробовать подкормить болезного кровью. Он, конечно, вроде как не вампир, но именно что вроде как, клыки-то на сосущих в ночи похожи, да и демоны алую жидкость тоже с удовольствием потребляют, а некоторые в ней натурально купаются, как говорилось во многих трактатах. Однако спустя пяток секунд парень слегка закашлялся, облизнул губы и слабо прошептал: