— Хорошо, сейчас скину в сообщении, — сказал я, положил трубку и написал Обухову адрес дома, где на лежанке остался усопший дедушка и адрес дома на околице, возле хозпостроек которого мы сейчас стояли.

Белорецкий ответил не сразу, наверно был чем-то занят. Голос у него был бодрый, значит точно не спал. Мой доклад выслушал молча и некоторое время молчал после того, как я закончил, а потом выдал смачную тираду из непечатных выражений, поразив меня до глубины души. Не то, чтобы я не знал значения всего сказанного, просто немного неожиданно было услышать такое из уст чиновника его ранга. Видимо сильно зацепило.

— Сейчас я вышлю своих ребят, — сказал он, немного успокоившись. — Тут рядом со мной сейчас люди из контрразведки тоже интересуются, так что жди гостей. Ты всё ещё там?

— Да, пытаемся спасти тех, кого ещё не спасли, и кто ещё живой, — ответил я. — Все мои тоже здесь. Если что звоните, мой микроавтобус стоит перед зданием управы.

— Хорошо, учту. Если будут ещё какие новости, сразу сообщай. Я дам твой номер телефона группе, которая поедет.

Белорецкий положил трубку, я уже собирался убрать телефон обратно во внутренний карман, как раздался звонок, это был Юдин.

— Ты чего, Илюх? — спросил я.

— Ты там с телефоном в руке что ли стоял? — хихикнул Юдин. — Так быстро ответил. Я уж думал, что ты сначала руки обработаешь и всё такое.

— Звонил только что Обухову. Что ты хотел?

— Мы закончили, у нас всё чисто, — доложил он. — На улице холодно, ты бы нас в машину пустил. Или у тебя там ещё много работы? Мы тогда до ближайшего дома дойдём, там погреемся.

— Сейчас я приду, стойте на месте, — сказал я. — А Виктор Сергеевич рядом?

— Пока нет, но я их уже вижу, идут сюда, — ответил Илья.

— Отлично, до скорого, — сказал я и убрал всё-таки телефон. Потом обратился к Марии. — Здесь всё?

— Я больше не чувствую больных на нашей улице, — ответила она, открыв глаза. Видимо сканировала разумом, или чем там она это делает, близлежащие дома. — А на других улицах ещё есть.

— Мне похоже придётся немного рассказать своим сотрудникам о тебе, — сообщил я ей не очень приятную для неё новость. — Иначе как объяснить, что я хожу по домам с шестилетним ребёнком. Точнее даже пятилетним.

— Скажи им просто, что я провидец и показываю тебе, где искать больных людей, — предложила магичка. — Этого с них пока достаточно. Ты им доверяешь?

— Как себе, — кивнул я. — Это проверенные люди. Но я им по поводу тебя пока ничего не говорил. Сказал, что просто прибилась ко мне и ходит со мной везде, когда меня спросили. Но, мой друг кажется подозревает, что я не всё сказал.

— Ясно, — ответила девочка задумчиво, видимо прокручивала в голове новые планы. — Пойдём к ним и вместе пройдёмся по улицам. Я раздам им задания, а дальше будем работать вдвоём по старой схеме.

Мы вышли со двора и направились в сторону управы. Чистое звёзное небо обещало подкинуть нам в помощь морозца покрепче. Зимний воздух с запахом печного дыма можно почувствовать только в деревне, где эти печи ещё используют. В деревне моего детства в конце девяностых появился газ и запах волшебства исчез навсегда. Очень непривычно идти по деревенской улице, хрустеть снегом под ногами и не слышать собачий лай. Это само по себе уже было противоестественно и нагнетало напряжение, даже если забыть про чуму и тела в сарае.

Мы вышли из-за скрывавшего нас до этого момента забора и повернули в сторону площадки перед управой, где возле микроавтобуса стояли мои коллеги. Их взоры были обращены в нашу сторону.

— Может ты всё-таки объяснишь, что происходит и что это за девочка? — спросил Юдин, когда мы подошли достаточно близко.

— Объясню, — сказал я, открывая машину. — Залезаем и греемся или возвращаемся и лечим тех, кого пропустили?

— Да как это пропустили? — заныл Илья. — Мы уже в каждый уголок заглянули, больше больных нет.

— Есть, — сказала Мария.

— Ты так и не объяснил, — напомнил мне Виктор Сергеевич, который тоже заинтересовался этим вопросом. Остальные молча смотрели на меня и ждали ответа.

— Хорошо, я скажу, — вздохнул я. — Просто она просила не рассказывать, но видимо это неизбежно. Эта девочка «Видящая», поэтому я и вожу её с собой. Она помогает найти местных жителей, где бы они не прятались. Ты уж прости, солнышко.

Последние слова были адресованы Марии, но предназначены для ушей моих друзей. Девочка обиженно насупилась и отвернулась, изображая обиду. Потом снова повернулась ко мне и подёргала за рукав. Очень реалистично, по-детски.

— Ну мы идём людей спасать или нет? — капризным голосом произнесла она. — Я спать хочу!

— Может всё-таки отвести ребёнка домой? — предложил Иван Терентьевич.

Только дядя Витя на меня смотрел как-то странно. Кажется, он понял гораздо больше, чем Илья, когда увидел меня с девочкой впервые. Я посмотрел ему в глаза честным взглядом и медленно моргнул. Он понял меня без слов.

— Сначала всех спасёте, а потом я пойду домой! — выпалила Мария в интонациях доказывающей свою правоту шестилетней девочки, которой с третьего раза никак не хотят поверить.

— Хорошо, Машенька, мы так и сделаем, — сказал я примирительным тоном, за что получил в ответ гневный взгляд уже не девочки, а иномирной магички. Ну уж извините, если мы играем легенду, она должна быть правдоподобной.

— У меня для вас ещё одна новость, — теперь я обратился к коллегам. — Скоро сюда приедут следователи и представители контрразведки, будут задавать кучу вопросов, так что поспать получится очень нескоро.

— Хорошо, что приедут, — сказал Виктор Сергеевич, перестав сверлить меня взглядом. — У меня настойчивое впечатление, что это всё неспроста.

— А я нашёл этому доказательства, — сказал я и все коллеги вперили в меня вопросительный взгляд. — Все недостающие на местах жители скорее всего находятся в собственных сараях. Мы таким образом уже нашли две семьи. Им произвели вскрытие со взятием образцов и бросили прямо там. Я не исключаю, что во время вскрытия они были ещё живы, но этого точно сказать не могу.

— Кап-пец… — пробормотал Юдин, уронив челюсть.

— Ты уверен, что то, что мы сейчас здесь делаем безопасно для нас? — спросил Виктор Сергеевич.

— Адские экспериментаторы давно ушли, но на сто процентов быть уверенным невозможно, — пожал я плечами. — Но, судя по виду вскрытых, это делали скорее всего вчера, максимум сегодня утром. Да и мы уже три раза прошли всё вдоль и поперёк, никого лишнего не встретили. Скорее всего их уже давно след простыл.

— Ребят, если честно, меня уже ноги не держат, — сдавленно произнёс Дмитрий Ефремович. — Раз там кто-то ещё остался, пойдёмте уже доделаем и в машину. Я уже и сидя спать готов, лишь бы не стоять и не ходить.

— Крепись, Дим, — похлопал его по плечу Иван Терентьевич. — Теперь уже совсем немного осталось. Правда, Машенька?

— Правда, немного, — неохотно ответила девочка. — Идите за мной, а то вы всё никак с места не сдвинетесь.

Мария бодрым шагом пошла по улице к ближайшим домам. Мы неровным строем поспешили за ней. Я догнал, поравнялся и шёл рядом. Она что-то хотела сказать мне, но обернулась и передумала. В гробовой тишине ночи звуки разносятся очень далеко, наши шаги явно было слышно с другого конца деревни.

Девочка притормозила возле одного дома и ткнула в него пальцем.

— Там тётенька на лежанке, — уверенно сказала она.

— Но я там смотрел! — возмутился Илья. — Там никого не было!

— Внимательно смотри, — огрызнулась Мария.

— Иди, Илюх, — кивнул я. — Если там куча тряпок, то лучше разгреби, я так уже находил.

— Ну ладно, — пробубнил Илья и пошёл на поиски пациента.

Ещё через три дома девочка снова остановилась и показала на дом по другую сторону улицы.

— Там двое в чулане среди тюфяков с сеном, — сообщила она и пошла дальше.

Виктор Сергеевич отделился от нашего отряда и отправился проверять чулан. Таким образом мы всех распределили по домам и остались вдвоём.