Что ж, Дирку оставалось только радоваться такому удачному стечению обстоятельств. И тому, что Орнеллу не остановило предупреждение ведьмы, что ценой этому ритуалу станет ее собственная смерть. Правда, Шолла — как настоящая ведьма — скромно умолчала, что кроме смерти, женщина еще уничтожит и свою бессмертную душу. Но Дирк не удивился бы, если и такая цена не остановила бы Орнеллу, жаждущую смерти Тиссена и готовую ради этого на все. Не иначе, как сам Аш избрал эту мстительную женщину своим оружием!

В запасе у баронессы оставалось два дня. Ритуал Темного Возмездия был сложным и требовал участия в нем еще одной сильной ведьмы, которую теперь должна прислать Верховная. Ближайшая из всех знакомых Дирку темных ведьм, жила в Ветране, где прикидывалась немощной, пожилой вдовой, торгующей безобидными травами. Хотя на этой Кьяре пахать можно было, и в бою она легко бы справилась, если и не с магом, то уж с подмастерьем точно.

К удивлению Дирка, Орнелла сама пригласила его поужинать, причем не в общем зале, а в своем номере. Он уже было размечтался, что баронесса перед смертью решила пуститься во все тяжкие, но причина оказалась иной.

— Послушай, Дирк… — начала разговор женщина, стоило им утолить первый голод и выпить по кубку фесского вина — я вижу, ты умеешь держать слово, и на тебя можно положится. Мне нужна еще одна услуга, и за нее я заплачу значительно больше, чем ты получил сейчас.

— И что от меня теперь потребуется? — заинтересованно поднял бровь мужчина

— Похорони мой прах достойно. Не хочу, чтобы на погребальном костре он смешался с прахом каких-нибудь безродных бродяг.

— Ты собираешься умереть⁈ — «изумился» Дирк, незаметно переходя на «ты».

— Да, через два дня меня не станет. Но поверь, я дорого продам свою жизнь, забрав за грань ненавистного убийцу моих сыновей!

То ли вино было тому причиной, то ли ее вдохновляло, что она вот-вот совершит задуманную месть, но Орнелла вдруг оживилась, разрумянилась и словно сбросила с плеч десяток лет. И Дирк увидел перед собой еще вполне красивую и соблазнительную женщину, из-за которой покойный князь когда-то настолько потерял голову, что поселил ее в своем родовом замке рядом с законной женой и детьми.

— Послушай, не рано ли тебе умирать? Ты еще слишком молода и красива, чтобы думать о смерти! — Дирк достоверно изобразил попытку отговорить баронессу от опрометчивого шага, но та уже все решила для себя и только махнула холеной рукой на его слова

— Брось! Ради чего мне цепляться за жизнь? — Орнелла протянула ему свой кубок, предлагая мужчине снова наполнить его — Я прожила яркую жизнь и много лет была «ночной княгиней» Западного Эскела. У моих ног был мужчина, которого боялись и ненавидели сотни тысяч людей, но который меня по-настоящему любил. Потому, что только я принимала Альбрехта таким, какой он был на самом деле: грубым, жестоким и необузданным животным. И только со мной ему не нужно было притворяться, только со мной он мог быть самим собой…

Глаза Орнеллы затуманились, на нее нахлынули воспоминания, и конечно, она не заметила, как собеседник ловко подсыпал в ее кубок ведьминский порошок. Мгновенье — и безвкусное зелье без следа растворилось в вине. Баронесса взяла наполненный кубок и сделала большой глоток. Потом еще один… Дирк довольно сверкнул глазами и принялся за горячее блюдо. Теперь оставалось только подождать, когда «десерт» сам дозреет и упадет в его руки…

— Ты что делаешь в моем номере?!!

Дирк приподнял сонную голову с подушки и с «недоумением» уставился на рассерженную баронессу

— Послушай, Орнелла, я что-то не понимаю твоего возмущения. Ты же вчера сама на меня набросилась и затащила в постель! Я конечно особо не сопротивлялся, но прости — инициатива была полностью твоей.

— Моей?!!!

— Ну, а чьей еще? Подумай сама: разве бы я посмел дотронуться до тебя без разрешения?

Орнелла возмущенно открыла рот и… замерла. Видимо начала вспоминать, как бесстыдно уселась на коленки к малознакомому мужчине, а потом… Румянец, проступивший на ее щеках, подтвердил — утерянная память восстанавливается. Вот-вот, и она вспомнит все, что они тут ночью на пару вытворяли.

— Ну, ладно тебе… — ласково погладил ее по плечу нежданный любовник, к которому она не испытывала ни малейшего интереса — согласись, что ночью все было очень даже неплохо! А чтобы побороть смущение, тебе нужно просто сделать глоточек вина.

Дирк поднялся с постели и, не стесняясь своей наготы, подошел к столу. Потянулся за кувшином и принялся разливать по кубкам остатки вина.

Баронесса растерянно смотрела на мужчину и не могла понять, что на нее вчера накатило? Не красавец, да и не молод уже, а она набросилась на него, как похотливая кошка. Стыдоба какая… и тело ее давно отвыкло от таких…упражнений. Наверное, женская природа в этом виновата — в предчувствии смерти торопится напоследок взять свое.

— Орнелла, я пойму, если ты сейчас прогонишь меня — вкрадчиво заговорил Дирк, протягивая женщине кубок — но дай хоть немного прийти в себя и окончательно проснуться. Обещаю: сейчас допью вино и тихо уйду.

— Хорошо — сдалась баронесса, чтобы не устраивать сцену и не выглядеть в глазах случайного любовника еще большей идиоткой — но когда допьешь, ты исчезнешь навсегда.

— А как же просьба достойно похоронить твой прах? — усмехнулся Дирк.

В принципе, он уже получил от нее все, что хотел. И даже больше. Много раз он слышал от собутыльников, что женщины в принципе, ничем особым не отличаются друг от друга. Да, что там — Дирк и сам так считал до сегодняшней ночи. Но баронесса смогла удивить его: казалось для нее вообще не было никаких запретов. Многолетняя связь с жестоким, необузданным князем наложила отпечаток и на ее собственные постельные вкусы — Орнелла любила, когда ее брали грубо и причиняли боль.

Наверное, лет двадцать назад, из нее бы получилась великолепная куртизанка, за которую передрались бы все ирутские богачи. Уж Дирк-то точно знал, что мало кто из товарок Бренны любил такие извращения. Да, дорогие шлюхи многое терпели из-за денег. Но чтобы пойти на такое добровольно⁈ И еще стонать при этом от наслаждения⁈ Таких он точно в Ируте не встречал. А уж шлюх на своем веку он повидал немало, и их откровенных разговоров тоже украдкой наслушался, когда они жаловались Бренне на своих клиентов.

Пока Дирк предавался воспоминаниям, любовное зелье начало уже потихоньку действовать. Изготовленный умелыми руками Бренны, порошок никогда не давал осечек. Уж в этом лживая гадина была большой мастерицей! Он и в свой кубок пару крупинок бросил — хуже не будет, а выносливости ему прибавит.

Почувствовав на своем бедре осторожное касание женских пальцев, он повернулся к Орнелле и смерил ее нарочито равнодушным взглядом

— Все-таки гонишь меня?

— Нет, пожалуй, я передумала — смущенная Орнелла прикусила губу, но в ее глазах уже разгоралось вожделение — ты ведь никуда не спешишь, милый?

Вместо ответа Дирк поставил на пол пустой кубок и грубо притянул к себе податливое женское тело, умышленно оставляя следы от пальцев на нежной коже. Сейчас кому-то придется ответить за свои недавние капризы и опрометчивые слова. И наказание будет таким, что баронессе придется долго умолять его о пощаде…

Инициация Касиуса Марция прошла в штатном режиме — с каждым разом мы с Эверсом действуем все увереннее, постепенно набираясь опыта. Да, и сам дядюшка перенес ритуал без особых последствий, если только штормило немного от переизбытка силы, хлынувшей из источника. Но ему все-таки хватило ума не жадничать и не хапать лишнего, мудрый Марций — это вам не жмот Илиус! Интересно будет утром узнать, удалось ли князю поднять свой ранг до грандмастера?

Вернувшись в Замок, он извинился перед нами и сразу же отправился отдыхать в свои покои, отказавшись даже перекусить или выпить укрепляющего отвара. Что ж, хозяин — барин, а вот мы с удовольствием второй раз позавтракали и занялись насущными делами. Тагрим отбыл домой, пообещав вернуться к ужину, Фридрих занялся нашими гостями, вернувшимися с охоты с тушей оленя. Я же пригласил в кабинет Эверса