— Считать он может всё что угодно, — буркнул мои слова Асмунд, пробираясь к кругу с секирой. — Всё равно сейчас сдохнет, как и все остальные.

— Блажен, кто верует, — всё так же саркастично огрызнулся наш оппонент и, правда, оказавшись рогоносцем, хотя и несколько нетипичным. Тело он имел похожее на человеческое, хотя и покрытое бледной почти до белизны грубой кожей. Хвоста у твари не было, но вот рудиментарные крылышки вполне присутствовали. Лицо пропорциями тоже напоминало людское, но всё та же грубая кожа всё портила эффектом зловещей долины, на её фоне как-то даже терялись целиком чёрные глаза без белков и зрачков.

— Ничего, — буркнул я. — Ты, родной, сейчас тоже уверуешь в силу богов Асгарда. Она в тебя так глубоко войдёт, что завизжишь, как девственница в первую брачную ночь.

— Знал бы ты, скольких девственниц принесли мне в дар, — оскалил демон акульи зубы, выпуская длинные когти из пальцев, от чего приобрёл сходство с японской дамочкой из фильма про людей-крестик.

— Знал бы ты, что тебя сейчас ждёт, — хмыкнул я, наблюдая за истончающимся над верхушкой пустого «купола» льдом и тихонько доставая небольшой флакон из кармашка на поясе. Когда в прозрачной темнице появился просвет, я прыгнул рыбкой, закидывая гранату в него и тут же накрывая отверстие щитом с отрывистым приказным криком: — Глаза!

Приказ был предельно понятный, тем более за зиму все успели оценить мою новую придумку на почве работы с улучшением огненных зелий. Особо проект успеха, конечно, не достиг: я не Иви или Бруни, к тому же времени было мало, но с помощью алхимии, порошкового магния и такой-то матери удалось достигнуть забавного эффекта, создав аналог светошумовой гранаты. В общем, как в одной старой песне про криворукого волшебника пелось: сделать хотел грозу, но получил козу, правда рогатому она почему-то не понравилась, и он действительно взвыл, силясь схватиться одновременно и за гляделки, и за ушные раковины. Жаль, всю башку себе не расцарапал.

Я же откатился в сторону от расширяющегося отверстия и вскочил на ноги, а едва дыра в клетку позволила, в нечистого полетели арбалетные болты, заставив его опять реветь от непередаваемых ощущений. В какой-то момент я даже подумал, что мы его сейчас тут и зауконтропупим. Но, к сожалению, реальность внесла свои коррективы: тварь собралась с силами и прыгнула наверх, начав махать своими когтистыми граблями. Глаза у демона были сощурены и слезились; можно было поздравить себя с жизненным достижением: «заставил демона плакать», но драться данный нюанс этой заразе не особо мешал. Арбалетчики успели ретироваться за спины своих товарищей, однако стена щитов подверглась суровому испытанию. Довольно тощее отродье долбало по новеньким, сделанным зимой арканитовым блинам так, что не только оставляло на них заметные царапины, но и отбрасывало здоровенных ассонов назад на их товарищей, заодно отводя в сторону копья.

Я же откатился в сторону от расширяющегося отверстия и вскочил на ноги, а едва дыра в клетку позволила, в нечистого полетели арбалетные болты, заставив его опять реветь от непередаваемых ощущений. В какой-то момент я даже подумал, что мы его сейчас и заколбасим. Однако реальность внесла свои коррективы, тварь собралась с силами и прыгнула наверх, начав махать своими когтистыми граблями. Глаза у демона были сощурены и слезились, можно было поздравить себя с жизненным достижением: «заставил демона плакать», но драться данный нюанс этой заразе не особо мешал. Арбалетчики успели ретироваться за спины своих товарищей, однако стена щитов подверглась суровому испытанию. Довольно тощее отродье долбало по новеньким, сделанным зимой арканитовым блинам так, что не только оставляло на них заметные царапины, но и отбрасывало здоровенных ассонов назад на их товарищей, заодно отводя в сторону копья.

Форд попытался полезть к демону ближе, но был буквально снесён вбок, лишь чудом успев закрыться своим шестопёром. Я и Бран кинули заклятия, а через секунду к нам присоединились Хакон и Эйнар; однако четыре молнии лишь поубавили тварине прыти. Но этого вполне хватило для того, чтобы Альвбранд телепортировался к демону со спины и ударил его обоими клинками. Серокожий резко повернулся корпусом, блокируя когтями верхний меч, но вот за нижним не поспел, и сухожилия на одной из его ног оказались подрезаны. А через мгновения мой ученик снова исчез, и отродье едва не провалилось обратно в свою темницу с слоя льда, что продолжал таять под нашими ногами.

Хотя особой радости ему восстановление равновесия не принесло. Он чуть потерял темп, повернулся не туда, и удачливый хирдман поразил спину противника копьём, а снова вставший паладин таки умудрился приголубить классового врага по плечу шестопёром. Демон сам вынужден был прыгнуть вниз на пару метров, возвращаясь в своё округлое место обитания, для разрыва дистанции. Но едва урод утвердился на ногах, как скачок совершили Сяо с Асмундом. Копьё железнорубашечника когти блокировали, а вот с тяжеленной секирой вышло хуже: рыжий здоровяк рассёк уроду ладонь на две части аж до запястья. Но если Сяо тут же ретировался, то кормчий решил развивать успех; секира замелькала как пропеллер, однако этого оказалось мало, тем более, что тварь своим манёвром удачно укрылась от молний — всё-таки мы, вирдманы, стояли не в первом ряду, и демона закрыли спины хирдманов и не растаявший ещё до пола лёд. Асмунда же хватило секунды на две, а потом когти вонзились в плечевое сочленение брони.

Нечистивая тварь было порадовалась успеху, но не учла, с кем имеет дело: рыжий здоровяк оскалился и схватил запястье врага мёртвой хваткой. Демон расширил глаза в удивлении, но длилось оно недолго: сверху спрыгнул Тиль и нисходящим ударом здоровенного двуручного дрына отчекрыжил врагу конечность в локте. Демон взвыл, однако давать ему опомниться никто не собирался. Аудун тоже совершил скачок, подрубая секирой под колено здоровую ногу уродцу. Отродье рухнуло навзничь, получив на дорожку удар шлема Асмунда в переносицу.

В этот момент наконец настала моя очередь, и я спрыгнул, прибивая Жалом к полу ещё оставшуюся руку с криком:

— Пришпильте конечности демона! Быстро!

Альвбранд и Берси тут же выполнили команду, совершив короткую телепортацию, а серокожий взвыл:

— Я уничтожу вас!

— Держи карман шире, — оскалился я, наступая ногой на пятерню рассечённой ладони, чтоб рогатый чего-нибудь не учудил когтями в самый неподходящий момент. Его плоть дымилась от куная, вобравшего в себя толику божественной силы, но в любом случае ко мне быстро присоединились другие хирдманы, и в каждой конечности твари оказалось сразу по несколько копий.

— Черви! Вы хоть понимаете, кто я⁈ — между тем продолжал бесноваться демон в попытках вырваться.

Я же злорадно оскалился и громко начал вещать:

— Волею богов и благоволением Асгарда! Светом Биврёста и мудростью Локи! Взываю к тебе, дева Фулла, Фригг прислужница верная! Прими от меня в жертву демона и славься во веки вечные! А-а-ас-с-с!!!

Сказав последнее слово, я вонзил копье в грудь демона, целя в место, где у людей находится сердце. Тот выпучил глаза, а затем зашёлся в крике агонии и затрясся всем телом; оружие же в моих руках резко разогрелось, приобретя вишнёвый цвет. Металл латных перчаток на ладонях задымился, но спустя всего секунду нечестивая тварь осыпалась прахом. Я же облокотил рогатину на свой щит, пока не получил ожоги, и хохотнул:

— Приятно было познакомиться, мудила.

— Мне его даже немного жалко. Твой бог наверняка на все девять миров растреплет, что демона тут принесли в жертву девственнице, а там и до Инферно новости дойдут, — расхохотался Асмунд, начав вытаскивать из плеча когтистый аксессуар.

— Не трожь, дурья твоя голова! — рявкнул на него. — Сядь, и дай тобой заняться, ещё не хватало, чтоб сустав сам себе в фарш изрезал или крупный сосуд перерубил. Каила, сюда иди!

Жрица Света подошла, но вместо того чтобы сесть на корточки и возложить руки на рану, пока я телекинезом извлекаю из Асмунда «посторонние предметы», сообщила безапелляционным тоном: