— Ну маг, который любил воздержание, — версия не хуже любой другой, — пожал я плечами, припоминая земных неформалов. Только те старались выделиться своей яркой индивидуальностью, а здесь всё, похоже, было строго наоборот. Если все дисциплинированы, будь раздолбаем, а если все раздолбаи, ходи строем, лишь бы быть не таким, как окружающие? В принципе, возможно и такое.

— Не всё ли равно? — фыркнул Эйнар.

— Не всё, потому что каждая мелочь в походе может быть важна, — наставительно сказал я больше для ученика, чем для рыжего оболтуса, хотя и ему полезно послушать. — Сами жизнь и смерть могут однажды начать зависеть от чего-то, казалось бы, незначительного.

— Обычно они зависят от крепкой руки, могучей магии и просто удачи, — отозвался вирдман.

— Паршиво Гринольв твоего учителя обучал, если он такие вещи до тебя не донёс, — усмехнулся я, после чего посерьёзнел: — А теперь ша, сверху волшебой начинает тянуть.

Народ подобрался, я же поинтересовался у нуррэ-онны что там, и услышал ответ змеедевки:

— Тяжело от тебя удаляться и всё как в тумане. Но, похоже, на верхней площадке стоят големы. Не такие, как в прошлый раз, но похожи.

— Ясно, — мысленно отозвался я, радуясь, что имею дело всё-таки с духом, а не демоном, и многие приёмы демонологов Кобру не останавливают. После чего обратился к хирдманам. — Парни, у нас, похоже, опять големы. Поднимаемся наверх, пробуем их на зуб метательными топорами и отступаем вниз. Встречать будем все вместе на выходе с узкого прохода.

Возражений не последовало, и вскоре передовая группа поднялась, метнула оружие длинной руки, заставив металл звенеть о металл, а затем резво сбежала вниз. А вслед за ними появились тяжело ступающие воины в глухих эльфийских доспехах, с прямоугольными щитами и копьями. Големы попытались продавить наш строй, но вышло у них это крайне паршиво. Ассоны уже сталкивались с подобным противником, а потому удержали врага на относительно узкой лестнице, а я для начала испробовал на нём воздушный кулак, желая сбить атакующий порыв. И мне это неожиданно удалось даже слишком хорошо. Магические марионетки почти попадали. Видимо, зашита от волшебства у них была куда хуже, чем у тех, что мы встретили в прошлый раз. Ну да оно и логично, ведь там была официальная резиденция целого благородного Дома, а тут, судя по всему, жилище одинокого мага. Искусного и небедного, раз он мог себе позволить личную башню, но весовая категория у него явно была не самая тяжёлая. Однако, пока я анализировал ситуацию, другие действовали. Почувствовав колебание строя противника, Асмунд решился на смелый шаг: отбросив копьё и воспользовавшись своей секирой, чьё лезвие окуталось ерасной дымкой праны, он снёс ближайшему голему голову, после чего выяснилось, что у нас тут не големы вовсе. Ну или какой-то сильно заковыристый их подвид, представляющий из себя пустые эльфийские доспехи.

— Не так они и прочны! — прорычал наш здоровяк, ободрённый успехом, и усилил натиск.

Что могу сказать, сочленения доспехов удар совершенно не держали, и их начали разбирать могучими взмахами двуручного дрына наш кормчий и присоединившийся к нему Тиль. Я же и прочие вирдманы растаскивали в стороны шевелящиеся части телекинезом, где их «расчленяли» на отдельные элементы, не способные кому-либо навредить и вроде бы даже теряющие зачарование. Всё закончилось минут через десять, после чего я задумчиво произнёс:

— Какие-то они совсем слабенькие, особенно последние. Да и было их, дай боги, две дюжины.

— Ну так и украшены они были куда скромнее, — фыркнул Асмунд.

— Не без этого, хотя металла хуже мифрилового сплава нет. «Хрустальные снежки» явно работали надёжнее и долговечнее местного хозяина, — дёрнул я щекой. — Ладно, идём дальше.

Поднявшись по лестнице, мы обнаружили на верхней площадке новые трупы, аккуратно усаженные у внешней стены с равными промежутками. У большей части эльфов были сразу видны раны, убившие их, а вот одежды, кроме лёгких штанов, напоминающих часть сяньских кимоно, не наблюдалось. Кобра же зашипела мне на ухо:

— Вот оно что!

— О чём ты?

— Доспехи стояли рядом с мертвецами. Пошарь в центре под снегом — там два клинка.

Последовав совету, я и правда обнаружил два меча, выполненных в классическом стиле «снежков». Я прикинул их форму и раны на мертвецах, и стало очевидно, что убивали именно ими.

— В Вальхаллу они, что ли, в бою решили отправиться таким способом? — проворчал я.

— Ты вроде говорил, что они богам не поклонялись, — подал голос Асмунд.

— Говорил. Потому и удивляюсь. Ладно, стаскиваете их в центр для погребенья.

Возражений не последовало. Вскоре я прочитал ещё одну короткую отходную молитву:

— Нам неизвестны ваши имена, ветер перемен стёр саги ваших жизней, но ведаем, вы были храбрыми мужами и воинами, встретившими смерть с оружием в руках. Да позаботятся боги о ваших отважных душах, защитив их от всякой скверны, да воздадут они добром за добро и злом за зло по справедливости.

Когда останки были сожжены огненным заклинанием, мы направились вниз, пока не оказались на первом этаже, и осмотрели запертые изнутри ворота. Пускать сюда, похоже, никто никого не собирался: засов был намертво заклинен, но, по крайней мере, тут не было заготовок под нежить из слуг, как у «хрустальных снежков». Уже хорошо, те парень и девушка, которых вморозили в лёд живьём, чтобы они затем встретили вернувшихся хозяев, до сих не покинули мою память.

А вот металлическая дверь в подвал присутствовала примерно там же, где и у бывших союзников моих предков, но была открыта. Зайдя внутрь, мы обследовали то, что по всем признакам было продуктовым погребом, но полки там оказались девственно чисты. Следующий этаж был, по всей видимости, рабочим для мага, однако при смутно известных событиях использовался не по назначению. В центральном зале между лабораториями, заклинательными чертогами и складами алхимических ингредиентов с материалами для артефакторики было что-то вроде рекреационной зоны с диванчиками, сейчас занятыми мертвецами, на большинстве из которых была куча слоёв одежды. В центре же угадывались следы костра. Жечь его в подвале, наверно, не лучшая идея, но, видимо, раньше тут была весьма продуманная система вентиляции и хорошая теплоизоляция. Впрочем, им всё это не помогло. Мне всё больше кажется, что первоначально холод во Фростхейме был отнюдь не естественен. Тут вон все скопом умерли, хотя, по логике, должны были замерзать по очереди. Противодемоническая же защита, как и другие виды чар, редко мешают естественному теплообмену. Если вокруг башни вдруг стало минус восемьдесят, то и внутри температура очень быстро упадёт, никуда не денется.

— Похоже, помёрзли насмерть, — произнёс Бран.

— Ты прям кладезь мудрости, — фыркнул Эйнар на это.

— Погодите, — проговорил я, подойдя к одному из трупов и взяв из его пальцев небольшую книжечку, которую тут же открыл. К моему удивлению, даже страницы почти не слиплись. Умели же мастера снежных эльфов работать!

— Что там? — нетерпеливо спросил рыжий вирдман.

— Похоже на дневник. Да. Пишет Гведлин Серебряная Роса. Тут о том, что Дезмарион Алый Поток помог им отбиться от демонов и привёл в свою башню, но уже рядом с ней мага ранили, бок его начал быстро гнить. Хм, проклятие причиняет невероятную боль, ничего не помогает… Правда, дяденька был суровый, совершил ритуальное самоубийство и временно запечатал свой дом. Пройти могли только одержимые, но те были ослаблены завесой, и потому с ними легко справлялись воины.

Кажется, нам в кой-то веки попались нормальные «снежки». Маг пытался спасти «гражданских», ходил на вылазки в город, где резвились рогатые. А когда удача ему изменила, решил если уж помирать, то не просто так, а показав напоследок демонам фигу. Не знаю, что точно за магию он применил, но Гринольв похожие ритуалы знал. Правда, не защитные, а такие, где можно вложить всю свою жизнь в один удар невероятной силы. Правда, подобные фокусы требуют весьма длительной подготовки и даже специфических материалов, тут одним рисунком на земле не отделаешься.