— А что с ними делать? — Спросил Игорь. — У меня есть уверенность, что один из них может погибнуть.

— Да ничего ты не сделаешь. У них уже фляга потекла, они себя не контролируют.

— Рано как-то потекла. — Удивился капитан.

— Они никогда друг другу не нравились, а тут всё только усугубилось. Поговори с ними, пусть вообще не пересекаются. — Предложил Китаев.

— На пяти квадратных метрах и не пересекаться. — Игорь задумался. — Ладно, придумаем что-нибудь.

Капитан устроил так, чтобы принятия пищи и сон проходили у Кривцова и Говорова раздельно. Это помогло, склоки и оскорбления прекратились. Но тут в противостояние с людьми снова вступила природа. Произошло то, чего боялись. В одно утро снаружи раздался нарастающий шум. Игорь выбежал в коридор и успел увидеть только брызги над кораблем и сильный удар. Где-то недалеко произошел прорыв растаявшей воды из ледяного плена. Судно выровнялось и даже проплыло с потоком воды какое-то расстояние. Но через дырявый корпус оно быстро наполнилось водой и снова легло на борт. Половина всех помещений заполнилась водой.

Нахлынувший поток быстро ушел в разломы, уровень воды опустился, но из судна она выходила медленно. Игорь распорядился посчитать убытки, но оказалось, что пострадали не только вещи.

— Боцман пропал. — Доложил напуганный Брагин. — Нигде нет.

Новый знакомый с каждым часом проникался всё большим доверием к рассказам Роберта, но вместо ожидаемой радости, только смурнел. Он словно не хотел знать того, что слышал.

— А ты чего так реагируешь? — Удивился Роберт.

— Я пять лет был уверен, что Архангельска не существует. Мы, когда добрались до берега и отправились в сторону города, попали в эти же самые ловушки, по которым сейчас идем. Только тогда они были еще активнее и местами даже дышать было невозможно. Но мы были настроены пробраться через них, пока не раздался мощный взрыв, от которого содрогнулась земля. Вот реально, взорвалось так, что все подпрыгнуло. Все гейзеры разом выплеснулись кипятком, открылись новые провалы, топи расширились. Мы чудом выбрались отсюда.

Пока думали, что делать дальше, появились стада оленей вместе с оленеводами. С ними был шаман, который указал это место. Был декабрь, а вокруг до сих пор росла зеленая трава, необходимая оленям. Они сказали, что прибыли оттуда, где снег выше домов.

— В Подмосковье там и было. — Согласился Роберт. — Снегопады в первые два года выпадали экстремальной высоты.

— Когда мы впервые познакомились с Карабасом, нам тоже рассказывали, что севернее, всего в сотне километров, зимы намного суровее и снежнее. Поэтому наша вера шаману была беспрекословной. Когда он узнал, что мы хотим вернуться в Архангельск, погрузился в транс, а потом по результатам общения с духами, сказал, что живых людей там нет, только огромная дыра, оставшаяся после взрыва. А мертвые земли нужны были, чтобы мертвых отделить от живых. Короче, мы поверили ему и больше не пытались туда попасть.

— А как же Перец и то, что он регулярно ходил туда и обратно? — Поинтересовался Роберт.

— Они только в этом году узнали о маршруте и рассказывали нам, что люди живут только край берега, ловят рыбу и не знают, что с ней делать. А Перец меняется с ним на мех. А все рыбаки пришлые издалека, в основном из Мурманска.

— Короче, вертели вами тут, как хотели. — Роберт усмехнулся. — Вот как слушаться шаманов, вместо того, чтобы слушать себя. У тебя семья осталась в городе?

— Жена. — Игорь вздохнул. — Чувствую себя предателем и последним бесхребетным слизнем.

— Сочувствую. У нас у всех есть истории, за которые стыдно. Причина в том, что мы медленно менялись под новые обстоятельства и действовали, как люди с образом мыслей, свойственных прошлому. Очень надеюсь, что твоя жена жива, и вы встретитесь.

— Если так, то она, скорее всего, уже замужем. А тут появлюсь я и это может разрушить ей жизнь. — Игорь прокручивал в голове возможные варианты.

— Тогда не лезь ей сразу на глаза, узнай, как она живет, и если ты уже третий лишний, то приходи к нам в рыбацкую деревню, найдем тебе работу по специальности и невесту.

— Хорошо, спасибо.

Роберт был рад, что в их компании оказалась молодежь. Он бы ни за что не запомнил с одного раза многочисленные приметы, указывающие безопасный путь. А пацаны спокойно вели их от камня к камню, оставляя на тыльной стороне каждого из них крестик. Эта дорога должна была стать общедоступной и облегчить коммуникацию между общинами. Ребятам опасные головоломки заменяли компьютерные игры, стремление к получению адреналина и просто разминку для мозгов. Этот мир являлся для них полигоном, на котором было страшно, но интересно.

— Пап, а можно мы жделаем обманку? Мы думаем, што жа нами пойдет погоня.

— Поинтересовался Даниэль.

— А если за нами пойдут хорошие люди? — Спросил в ответ Роберт. — Не надо.

— Жаль. — Даниэль вздохнул.

— Это мой сын. Мы очень голодали, когда у него стали меняться зубы. Старые выпали, а новые на фоне дикой нехватки витаминов, не выросли. Вот такой он у меня смешной парень. Правда, я больше стесняюсь этого недостатка, чем он. Молодежь, очень приспособляемая в отличие от нас.

— А моя Женя как раз стоматолог. — Игорь, с момента, как узнал, что Архангельск не погиб, думал о ней каждую секунду.

— Ого, ну, тогда был бы рад, чтобы у вас всё получилось. Был бы повод обратиться к ней за помощью.

— Ладно. — Игорь улыбнулся. — Я в долгу перед тобой.

— Никаких долгов. — Отмахнулся Роберт. — Мы квиты. Ты же мог сдать нас Карабасу.

— По правде, мне осточертело жить с оленеводами. Я уже собирался податься к Карабасу, лишь бы не видеть их. Они хорошие люди, но их образ жизни, как глупая сказка, утром олени, в обед олени, вечером опять олени, и больше ничего не интересует. Поэтому они ведутся на любую ложь из-за ограниченного кругозора. А тут еще шаман в авторитете со своими наркотическими видениями. Хотел вас сдать, но как только понял, что ты не врешь, сразу передумал. Вы стали для меня самым четким знаком, что пора менять свой образ жизни. — Игорь пнул с дороги камешек сапогом из оленьего меха.

— Береги обувку, у нас такой нет. — Предупредил Роберт.

— Да? — Удивился Игорь. — Хорошо.

К вечеру мертвые земли закончились, а с ними и тепло. Ночи за их пределами были ощутимо холоднее. Поделили смены и легли спать. Костры не разжигали, опасаясь привлечь погоню. Роберт не сомневался, что она будет. Дурная мстительная натура бандитов не могла смириться с тем, что им дали пощечину люди, которых они считали ниже себя.

Роберт сменил сына на посту в четыре утра. Присел на небольшой бугорок, укрывшись накидкой и только вертел головой. Жутко хотелось спать. Пеший переход всегда отнимал много сил, а после, мягко говоря, не самой калорийной еды, организму требовалась обильная пища и продолжительный отдых. Уставшая от перехода Найда, спала подле его ног. Рассчитывать на ее собачий нюх не приходилось. Спала она крепко, сопела и похрапывала, иногда поскуливала, будто ей снились сны о тяжелой собачьей жизни.

Время подходило к шести, когда он различил среди тумана горячих испарений движение. Он не стал ждать, когда удастся разобрать количество преследователей, громко крикнул:

— Подъем, мужики, за нами погоня!

Тренированные люди мгновенно собрались. Отдохнувшая Найда взялась бегать кругами, будто не знала, как иначе справиться с волнением. К этому времени уже была видна гораздо отчетливее группа людей с двумя оленьими повозками. Преследователей насчитывалось несколько десятков человек. Бандиты решили не мелочиться, а решить вопрос кардинально и наскоком. Роберт был уверен, что они планируют уничтожить рыбацкий поселок одним набегом и быстро уйти, пока не подошла помощь.

Хотелось верить, что бандиты их не увидели. Чтобы увеличить разрыв побежали легким бегом. Лучше всего к нему оказался подготовленным Игорь. Сказывалась жизнь, полная физических нагрузок.