— Когда-то у меня была мечта — стать хорошим правителем. Но сейчас я скажу, что это самая сложная должность. Уж лучше быть простым воином…

— Или шерритом, — заметила Ариагна. — На меньшее и не рассчитывай.

— Однако мне кажется, эта роль по праву больше подойдет Арроу, — сказал Клайлен и посмотрел на АРЭС-Альтауэта. — Или ты останешься в Актиаре? Здесь, правда, тоже новый шерат.

Риан едва заметно улыбнулась. Никто кроме нее и Дэроса не знал о недавнем прошлом Арроу. Стать шерритом Тзентерса или Актиара после того, как он отказался быть шератом Небес? Странная ирония судьбы.

— Нет, Клайлен, — возразил АРЭС-Альтауэт, — светская жизнь не для меня. Уж пусть звание шеррита останется при тебе, — и добавил твердым решительным тоном, который напомнил Рианн могущественного Альтароу: — Шератом Тзентерса будет Дэрос, а шератом Актиара — Расен-Тэ.

— А ты? Кем будешь ты? — спросил Клайлен. — Или ты решил образовать свою Империю? — Он бросил короткий взгляд на странную одежду АРЭС-Альтауэта, которая в деталях повторяла образ Альтароу. За исключением эфемерного свечения силуэта, характерного головного убора в виде крыльев на висках, да призрачного шлейфа за плечами, что напоминал то ли плащ, то ли крылья.

Арроу едва заметно улыбнулся, и в его глазах промелькнул загадочный огонек.

— Империю Космоса, — неожиданно произнес он.

— Ого! Уж не хочешь ли ты образовать государство Высших? — полушутливым тоном спросил Клайлен.

Все засмеялись, кроме Рианн. В ее взгляде промелькнула тревога, когда она заметила появившийся в потемневших глазах Арроу тот же самый пугающий огонек.

— Аэрос — лидер Совета, — ровным голосом произнес он не совсем понятные слова и чуть тише добавил: — Я же хочу просто быть человеком.

Но истинный смысл сказанного поняла лишь Рианн.

— Да хватит вам о политике, — переменила тему Ариагна. — Сегодня чудесный праздник — День Обновления. Так что давайте обновим нашу дружбу, наши чувства и будем веселиться.

Все поддержали ее предложение и поспешили в круг шумной толпы. Кроме Арроу. Слова Клайлена произвели на него странное впечатление, напомнив прошлое и вызвав, как это было ни странно, чувство ностальгии. АРЭС-Альтауэт впервые ощутил непонятную тоску, и это его невольно удивило и обеспокоило.

«… не всегда мы сами знаем свои желания», — промелькнули в его памяти слова Аэроса.

Неужели он испытывал грусть по своему небесному окружению?

Арроу сложно было поверить в собственные чувства. Но в его сознание все же закралось сомнение в правильности собственных действий.

Верно ли он поступил, отказавшись от мира Высших?

Арроу обвел взглядом веселящихся рэдрозиан, на секунду задержался на шерате Тзентерса, который беседовал с Расен-Тэ, посмотрел на танцующих Ариагну и Клайлена, взглянул на разговаривавших между собой Арэнс, Лирэн и Антис.

Жизнь шла своим чередом, точно ничего сверхъестественного и не произошло. Рэдроз оставался прежним, несмотря на произошедшие превращения. И сейчас, стоя в тени раскидистого дерева, Арроу остро ощутил свою несовместимость с этим миром.

Сможет ли он вновь приспособиться к человеческой жизни с ее суетными тревогами волнениями и страстями? Сможет ли забыть те времена, когда от всех проблем он мог укрыться за непроницаемым щитом сущности Альтароу?

Он посмотрел в бездонное, усыпанное звездами небо. Где-то там, в этих бескрайних просторах существует абсолютно иная форма жизни, непостижимая для простых людей, но уже ставшая близкой для него.

«Ты можешь в любую секунду вернуться назад», — внезапно прозвучали в сознании рэдрозианина тихие слова. Арроу увидел появившегося Рикки. Альтауэт протянул к птице руку, коснувшись нежных перьев, что напомнили ему плазму энерготела.

«Ты все еще в наших рядах».

— Арроу…

Рикки тут же исчез во мраке ночи, а рэдрозианин невольно вздрогнул при легком прикосновении к своему запястью. Он повернул голову и встретил обеспокоенный взгляд Рианн.

— Я не позволю тебе уйти, — тихо сказала она.

— Я не уверен, что этот мир для меня, — ответил Арроу.

— Неужели тебя здесь ничто не удерживает?.. — Дерзкий взгляд рэдрозианки пламенной волной пробежался в его душе.

— Ничто… — медленно повторил он и добавил, — чего бы я не мог забрать с собой. — Арроу коснулся пальцами щеки девушки. — Твою душу, например.

Рианн опустила взгляд, ощутив от этого прикосновения приятный трепет. Однако она упрямо отвела голову в сторону и заметила:

— Ну, я в этом не сомневаюсь. Только что я буду делать без своей души?

— Возьмешь мою, — коротко ответил Арроу, не сводя глаз с жены.

— Договорились, — шутливым тоном ответила Рианн.

— А теперь, если вопрос решен, пойдем танцевать, моя «Фея Рэдроза»? — внезапно предложил АРЭС-Альтауэт, протянув своей спутнице ладонь.

Рэдрозианка улыбнулась. Это больше походило на того Арроу, которого она знала раньше.

— Разве я могу отказать шерату Небес?

Лицо АРЭС-Альтауэта на мгновенье переменилось, однако он тут же справился с собой и ответил девушке мягкой улыбкой, развеяв в ее душе все тревоги.

Ночь была на исходе, время близилось к рассвету. Праздничный вечер остался далеко позади, сменившись тишиной предутреннего сна. На площади еще догорали фейерверки и доносились редкие голоса запоздалых весельчаков, но в Западной части дворца шерата Актиара, выходившего огромными окнами к озеру, царила полная тишина.

Арроу одиноко сидел во мраке небольшой гостиной на втором этаже, что была расположена рядом со спальней Рианн. Около часа назад он оставил свою жену побеседовать с ее матерью (ведь им о многом нужно было поговорить), обещав прийти попозже. Однако сейчас он не спешил возвращаться, решив немного побыть одному, чтобы разобраться в себе.

Прошел первый день его человеческой жизни, к которой он так стремился, а его душа по-прежнему не находила покоя. Он чувствовал себя мятежным моряком, что в бескрайних странствиях мечтал о доме, но едва его корабль возвращался в родной порт, как его вновь начинала манить голубая даль океана.

Эволюционировать из более простой формы Протовысшего существа в совершенную энергосубстанцию — это еще можно было понять. Но добровольно регрессировать назад, поменять свободу просторов космоса на плен тесной биологической оболочки и сковать душу эмоциями и предрассудками… Сможет ли он к этому привыкнуть? Ведь нелегко заставить птицу, вкусившую власть свободы, смириться с тесной клеткой.

Арроу чувствовал себя такой птицей и пытался найти выход из этого замкнутого круга.

Из задумчивости его неожиданно вывел тихий голос Рианн.

— Снова твои мысли витают где-то вдалеке.

Она облокотилась на спинку кресла, в котором сидел рэдрозианин. Арроу не без легкого трепета ощутил прикосновение скользнувшего по его щеке игривого локона распущенных волос жены. Но внешне лицо рэдрозианина не изменилось.

— Почему ты не спишь? — тихим голосом спросил он, не поворачивая головы.

Рианн снова выпрямилась и отошла от Арроу.

— Я не могла уснуть, — коротко ответила она, глядя на озеро, что раскинулось за дворцом.

На какой-то момент в комнате повисла тишина, ее снова нарушила девушка.

— Я знаю, о чем ты думаешь. — Рианн посмотрела на молчавшего Арроу. — Твои мысли вновь поглотила темноволосая красавица со звездным взглядом, у которой такое грандиозное имя, — Рианн взглянула на небо, — Леди Вселенная.

Губы рэдрозианина тронула полуулыбка, а взгляд остановился на фигуре повернутой к нему спиной девушки. В ночной серебристой рубашке, с ореолом светлых распущенных волос, она походила на сказочную фею. Сложно было остаться равнодушным при виде столь соблазнительной картины. Однако огонь, вспыхнувший в глубине глаз АРЭС-Альтауэта, тут же померк. Рианн оказалась права: его мысли были обращены к бескрайним просторам вселенной.

— Только рано или поздно каждый странник вновь возвращается к своей галактике, — продолжала девушка, обернувшись к Арроу. — Чтобы согреть душу ее светом.