— Давай продолжим наш разговор в другой раз, — неожиданно предложил юноша и добавил: — Полет обещает быть долгим. Так что можно пока отдохнуть.

Стелла вспомнила, что не спала уже более суток и, повинуясь легкому телепатическому воздействию рэдрозианина, охотно согласилась на отдых.

— «Альфар», режим анабиоза для второго кресла. Полная релаксация, — дал распоряжение Аунорес.

На голову девушки опустился прозрачный купол шлема, и вскоре Стелла погрузилась в глубокий сон. Рэдрозианин вздохнул и облокотился на спинку кресла, что тут же приняла максимально удобное положение. Аунорес посмотрел на звездный экран. За ним, казалось, ничто не нарушало спокойствия. Затем рэдрозианин бросил короткий взгляд на спящую девушку и, вновь повернув голову, дал компьютеру очередную установку:

— «Альфар», курс прежний. Пожалуй, я тоже вздремну.

— Какой режим? — спросила машина.

— Обычный. Если что — разбудишь. — И Аунорес прикрыл глаза.

[ image5 ]

Блокировка гиперпространства для жителей галактик оказалась настоящей катастрофой. Она повлекла за собой миллиарды смертей и другие глобальные осложнения. Аномальная волна, заполнившая собой пульсирующий мрак, в мгновение ока уничтожила все корабли, пребывавшие на тот момент в сверхскоростном пространстве. А если кому удалось вырваться из аннигиляционного потока, как дипломатическому звездолету мирной делегации, что следовал к Бетельгейзе, то малейшая доза излучения аномальной волны привела к полной дематериалицации. При этом живые биосущества погибали намного раньше, чем распадался сам корабль. В итоге Стелла де Люкс была фактически единственной, кому в такой ситуации удалось уцелеть.

Не минуло стороной изменение гиперпространства и для обычного космоса. Импульсно увеличилась активность всех звезд, что привело к мощным магнитным бурям на ряде планет. А также произошел разогрев микроволнового фонового излучения на одну-две десятых Кельвина.

Но хуже всего оказалась воспринята информация о том, что теперь, из-за недоступности гиперпространства, каждый обитаемый мир стал изолирован от других. Любой инопланетянин, пребывавший к этому моменту вдали от своей родины, больше не имел возможности вернуться домой. Ведь полет в открытом космосе, даже на околосветовой скорости (которой ни одна гуманоидная техника не обладала), занимал слишком много времени.

Галактикой овладела паника.

Вместо того чтобы держать себя в руках и помогать друг другу, обезумевшие жители миров отбросили все добрые чувства, заботясь только о собственном благополучии. На планетах, где нарушились все экономические системы и резко возросла преступность, воцарился полный хаос. Лишь только в провинциях да дальних колониях, где уровень цивилизации был ниже среднегалактического и не зависел от общей финансовой сети, царило относительное затишье. Привыкшие к замкнутости мира, эти жители мало чем отреагировали на блокировку гиперпространства. Если вообще о ней что-либо знали. Другое дело — цивилизованный мир. Среди населения чуть ли не каждой планеты пронеслась весть о том, что нынешняя ситуация — это кара небесная, обрушившаяся на смертных за их прегрешения. Распространились классические для такого случая слухи о Конце Света, а многочисленные секты зазывали людей вступить в их ряды и покаяться.

Существовала еще одна версия, характеризующая создавшуюся ситуацию, не столь религиозная, но еще более невероятная. Говорили, что Вселенная столкнулась со своим близнецом из антивещества, и теперь всему миру грозила полная гибель.

Словом, происходили обычные для таких случаев разговоры, и как всегда ни один из них не соответствовал правде. За исключением того, что вся Метагалактика действительно оказалась на грани гибели.

Гораздо спокойнее была воспринята новость о перемене гиперпространства на Арсарнарсе и Рэдрозе. Жители этих планет были уверенны, что Высшие во всем разберутся. Они наделяли своих богов могуществом едва ли не большим, чем это представлялось на самом деле. Ведь, как бы ни безграничны были их возможности, но всему есть предел. О более-менее настоящем положении дел знали только немногие из посвященных. Поэтому теперь, когда Высшие энергосубстанции отсутствовали на обеих планетах, они старались любыми силами сохранить порядок и предотвратить панику.

И только десять энергосуществ Совета Альфар-Тауэта-Аэрин осознавали ситуацию в полном ее масштабе. Впрочем, об их мыслях или каких-либо чувствах вряд ли что можно было сказать. Они не вдавались в какие-либо размышления. Они просто ждали.

И готовы были ждать целую вечность.

***

Река смерти все дальше уносила бывшего АРЭС-Альтауэта во мрак небытия на краю Вселенной. Там, в чуждом мире его ожидало только забвение. Оглушенный рэдрозианин не противился течению. Невидимый поток, точно окрашенная кровью жертвы река, озарялся бледным голубоватым светом рассеивающейся энергии. Конец жизни Арроу был также близок, как и конец этого гипертечения. Поэтому лимонный сгусток с возрастающей скоростью мчался за рэдрозианином, намереваясь догнать его раньше, чем они смогут оказаться за горизонтом Метагалактики. Нет, Альтериана не чувствовала никаких эмоций, свойственных простым смертным. Она даже для Высшего была слишком хладнокровна. (Как будто в ее сущности недоставало какого-то незаменимого огонька.) Просто она знала, что любой ценой должна выполнить указание Совета и вернуть Арроу живым в Местную группу галактик. Все остальное ее сейчас не беспокоило.

До конца оставалось не более десятка миллионов световых лет (это было мизерное расстояние, учитывая скорость течения), когда Альтериана наконец-то смогла захватить энергосгусток рэдрозианина собственным силовым полем и, критически теряя энергию, вырвалась вместе с ним из потока. Она едва успела провести перераспределение энергозапаса, как тут же, подобно вспугнутой птице, вынырнула со своей «ношей» в открытый космос. И вовремя, так как в следующее мгновенье гиперсреда вспыхнула жарким пламенем аномального потока.

Два энергосущества оказались в незнакомом космическом пространстве. На фоне редких звездных огней виднелось несколько достаточно мощных радиоисточников, почти неприметных в оптическом диапазоне. Чуть дальше фиксировались компактные точечные объекты, излучавшие в жестком гамма-спектре. Попытка идентифицировать их с чем-либо известным, не увенчалась успехом. Альтериана решила временно отложить подробный анализ окружающей среды, так как сейчас более важным было найти подходящий источник энергии и восстановить утраченные силы. Немного подпитавшись фоновым излучением космического пространства, Высшая энергосубстанция направилась к одному из ближних радиообъектов, увлекая за собой захваченный силовым полем голубоватый сгусток Арроу. В его недрах, несмотря на внешнее отсутствие каких-либо признаков, еще теплилась жизнь.

Сложно сказать, как долго длился этот полет, когда Альтериану заставил остановиться слабый импульс, что последовал от голубоватого сгустка. Арроу постепенно восполнил минимальный запас сил за счет автоматического поглощения излучения вселенной (привычка, взятая от протоадрона) и медленно пришел в сознание. Сияние его сферического сгустка стало ярче, мысли восстановили обычный ход. За неуловимые секунды сумасшедшего полета в бурном гиперпотоке, в памяти АРЭС-Альтауэта пролетела вся его сознательная жизнь, в мучительных подробностях восстанавливая пережитые ощущения: радость и печаль, блаженство и боль, восторг и уныние, любовь и ненависть. Ярче всех проявился чарующий образа зеленоглазой блондинки из кафе «Звезды» и нежный свет ее души, милее которого не было во всей Вселенной.

«Рианн»…

Казалось, он до сих пор видит это горько-сладкое виденье. Но по мере того, как Арроу окончательно пришел в себя, этот яркий свет превратился в холодное сияние энергосгустка Высшего существа.

«Альтериана»?..

Рэдрозианин машинально перевоплотился в человеческий образ, не обратив внимания на значительную потерю энергии.