Джой медленно, не без трепета прикоснулась пальцами к неведомым иероглифам, пытаясь представить образ человека, написавшего эти буквы. Как ни странно, однако на всей вилле, как и в личном досье, не было ни одного портрета, ни одной фотографии Роберта Стерроуза.

Тело спящей рэдрозианки беспокойно шелохнулось, что тут же привлекло внимание Контролера. Светящийся взгляд Альтароу остановился на девушке, и тут же на мгновенье выплывший из ее подсознания туманный силуэт, так и не прояснившись, вновь исчез, подобно волне прибоя отхлынув из памяти Рианн.

Под воздействием неведомой силы, эмоциональные вихри в душе Джой стали успокаиваться, сменяясь спокойствием и умиротворением.

— Госпожу ожидают в фойе, — услышала девушка голос биоробота.

— Что?.. — Риан захлопнула книгу. — Кто ожидает?

— Ваша сестра, а с ней ее родители и четверо космополицейских.

— Диана с родителями?.. — Машинально поставив атлас на место, Джой выбежала из библиотеки.

В фойе на нее сразу обрушился одновременный возглас:

— С новосельем!

Джой на секунду в нерешительности замерла. Перед ней стояли Диана, Рональд, Патрик, Тормини и ее земные родители Кэсси и Теодоро Лилейс.

— Мы здесь все решили собраться и поздравить хозяйку виллы «Рэдроз», — провозгласил Розмари. — Правда ребята?

Джой молча улыбнулась.

— Поздравляем тебя, дочка, — Теодоро Лилейс обнял рэдрозианку. — Теперь у тебя есть свой домашний очаг. Хотя я до сих пор не могу понять, как такое произошло? Ты оказалась наследницей агента «Неуязвимого»…

— Я сама не могу в это поверить…

— Считайте это подарком небес, — вмешалась Диана.

— Как бы потом не вышло никаких недоразумений… — заметил Теодоро.

— Исключено, — возразил Рональд. — Оспорить завещание может только Роберт. А это… исключено.

На минуту в зале повисла напряженная тишина, которую нарушила Джой:

— Пойдемте лучше в столовую. Рэн, наверное, уже накрыл стол.

И тема беседы тут же сменила свое русло.

Изысканный ужин, сказочно-прекрасная обстановка, а также теплый круг близких друзей и родственников, оставили в памяти Джой незабываемые впечатления. Однако, несмотря на радостное настроение, в глубине глаз рэдрозианки осталось беспокойство, вызванное неопределенностью. И чтобы его развеять, Джой решила поговорить с Теодоро Лилейсом о том… как она появилась в их семье.

— Джой, ты ведь уже не маленькая, чтобы верить в сказки о капусте и аистах… — улыбнулся космобиолог, переглянувшись с женой.

— А может здесь, все-таки, уместны аисты… или летающие тарелки? Вы никогда не говорили мне о моем происхождении, но должны были знать, что рано или поздно, я замечу свое отличие от других людей, — прямо ответила Джой. — Ведь даже наследницей этой виллы я стала только потому, что оказалась… уроженкой одной планеты с Робертом Стерроузом. Рэдрозианкой…

Теодоро Лилейс минуту молчал. Подсознательно он надеялся, что Джой не догадается о своем инопланетном происхождении. И если бы не эта вилла…

— Как это произошло? — внезапно спросила рэдрозианка, точно в ней проснулся заблокированный дар телепата.

Теодоро снова переглянулся с женой и, когда Кэсси согласно кивнула, он со вздохом произнес:

— Хорошо. Наверное, пришло время тебе обо всем рассказать… — И Теодоро коротко поведал Рианн ту историю, которую в реальном мире ей сообщил Арроу.

— Некоторое время мы умалчивали о твоем появлении, а потом зарегистрировали как нашу дочь Джой Лилейс. В нашем коттедже в Амазонии до сих пор хранится тот светящийся кокон, в котором я тебя нашел. Но до сегодняшнего дня мы не знали, что ты — рэдрозианка…

Джой некоторое время молча смотрела на усеянное звездами небо, мыслями устремляясь к неведомой планете, что затерялась в глубинах космоса. В ее памяти снова всплыло изображение галактики из звездного атласа, и губы девушки тихо прошептали:

— Туманность Андромеды.

Совместив разум и тело девушки в одной точке пространства (то есть на вилле), Альтароу наконец позволил рэдрозианке выйти из анабиоза, лишь только мыслями оставшись в виртуальном сне. Впрочем, Рианн этого даже не заметила.

Итак, уже целую неделю она в обычном режиме бодрствовала в космоцентрийском особняке Роберта Стерроуза, забыв о течении времени и внешнем мире. Несмотря на то что единственную компанию для нее составляли только биороботы, рэдрозианка не чувствовала одиночества. На вилле было столько таинственных и необычных мест, что скучать Рианн не доводилось. Плюс, рядом с ней, как всегда находился невидимый бдительный Контролер, который рьяно следил за состоянием своей подопечной.

В итоге жизнь рэдрозианки была похожа на пребывание в каком-нибудь санатории, с акцентом ожидания неведомых событий. Они вот-вот должны будут произойти, но неизвестно, когда именно.

Правда, в последнее время у Рианн появилось новое хобби: живопись. Это было необычно для Джой Лилейс, ведь она с детства никогда не проявляла интереса к этому виду искусства. Нет, как и все дети, Джой в свое время любила что-нибудь изобразить и довольно удачно. Но чтобы заняться подобной деятельностью всерьез…

Желание проснулось у нее внезапно, когда, стоя на террасе, Рианн увидела неповторимую картину захода Солнца. Красочные переливы облаков радужными бликами отражались на удивительно спокойной глади океана. Джой показалось это зрелище необычно прекрасным, хотелось запечатлеть его навсегда. Конечно, проще было бы использовать фотокамеру, но… рэдрозианка внезапно решила изобразить закат в красках, чему явно поспособствовал картинный зал на вилле. Там были собраны творения мастеров древности со всей галактики. Словом, располагая массой времени, Рианн надумала испробовать себя в новом для нее виде творчества.

Вездесущий Контролер не препятствовал затее рэдрозианки, сочтя ее вполне безобидной.

Девушка заказала в Старсити необходимые инструменты: краски, кисти, холсты и мольберт, а затем, изучив нужную литературу, она принялась за работу. Рианн было хорошо известно, что мастерство в этом виде искусства можно приобрести только со временем, но результаты поразили даже ее саму. Она же не могла знать, что вживленная в ее организм система альтауэта, могла превратить ее в профессионала и не в таком виде деятельности.

Исполненная энтузиазма, рэдрозианка во всеоружии вышла на террасу. Место для пробы кисти было выбрано весьма красивым, но сложноватым из-за обилия мелких деталей: ярких цветов, вычурных балюстрад, колонн и фонтанов. Страстно желая добиться весомого успеха, Рианн взяла кисть и неспеша нанесла первые мазки, четко следуя изученной инструкции. Прошло около часа первых проб, и вот мазок за мазком картина начала проясняться. Захваченная работой, Рианн полностью отрешилась от внешнего мира, даже не притронувшись к принесенному Саунором горячему чаю с десертом. Ее кисть все уверенней касалась холста, прорисовывая контуры деревьев, цветов, нераскрытых бутонов, в то время как глаза видели немного другой пейзаж. Перед ней все также раскинулась голубая гладь океана, только окаймленная серебристо-лиловыми скалами, в кружевах неземной зелени. На ближнем плане виднелись хрустальные колонны и ажурные арки сказочных дворцов. А над всем этим великолепием, купаясь в лучах двух солнц, парила пара птиц…

Девушка встряхнула головой, разгоняя туман. Она снова видела земной океан, цветущие знакомые растения и клонившееся к закату одно солнце.

«Что за наваждение»… — Рианн посмотрела на картину — кисть выпала из ее руки. Изображенный на холсте пейзаж в точности повторял ее видение: лиловые горы, красное и желтое светила, дворцы неземной красоты и две птицы, игравшие в воздушных потоках. Рианн отступила на шаг назад, в недоверии зажмурившись. Потом она снова взглянула на картину. Но теперь все было в порядке: цветущие розы, темные колонны кипарисов, пальмы, фонтаны и опускавшееся в воды океана золотое солнце. Одно.