— Откуда взялась эта запись? Кто производитель информационной пластины?

— Мы предполагаем, что это О-Та́ро.

— Отшельник с Асфо́уртовых гор? — удивился шерат. — Но какое он может иметь отношение к разработкам института?

— Непосредственно — никакого. За исключением того, что несколько лет назад он передал нам чертежи системы АРЭС, — ответил Джендар. — Тогда он тоже назвал имя носителя. И вот теперь...

— Вы хотите сказать, что кто-то (я сомневаюсь, что это дело рук отшельника) сконструировал специально для Арроу модель АРЭС, а теперь еще и систему ЭЛДЖЕЙ для Рианн?

— Выходит так, — согласился Джендар, и Сэнвит подтверждающе кивнул.

— Хм, странно, — Дэрос на минуту задумался, а потом добавил: — Но мы не можем рисковать и внедрить в организм девушки неиспытанную модель, да еще сомнительного происхождения.

— Я тоже так же думаю, — поддержал его директор.

— Вам придется согласиться с этим решением, — внезапно прозвучал чей-то голос.

Все резко обернулись и увидели фигуру старика в белой мантии.

— О-Таро?.. — Сэнвит замолчал, и Дэрос первым нарушил тишину:

— Это почему же мы должны соглашаться с вами и использовать для Рианн эту неиспытанную систему?

Светлые глаза отшельника остановились на лице шерата Тзентерса.

— Потому, что это единственная система, которую примет ее организм и фантом модели АРЭС.

— В чем такая уверенность?

— В неоспоримых фактах. Но вы можете подвергнуть их сомнению, если не боитесь за жизнь девушки. Хотя, — О-Таро бросил взгляд в пространство, — вам это не позволят.

— Кто?

— Догадайтесь сами, — последовал уклончивый ответ, и жесткий взгляд О-Таро предупредил попытку разъяснения.

На минуту воцарилась нерешительная тишина, которую снова нарушил Джендар:

— А может, лучше вообще отказаться от этой затеи и отговорить Рианн от ее намерения стать альтауэтом? — предложил он.

— Это не вариант, — возразил отшельник. — Она должна стать альтауэтом. Это не только ее решение.

— Но почему? — снова спросил владелец института, в то время как Дэрос задумчиво молчал.

— Для безопасности самой же девушки, — ответил О-Таро и посмотрел на шерата Тзентерса.

Снова последовала непродолжительная пауза, которую нарушил Дэрос:

— Но надежна ли эта система?

— Абсолютно, — ответил отшельник. — И это идеальная защита.

— Я могу подтвердить, — вмешался Сэнвит. — Я успел проглянуть данные этой модели. Она вполне надежна и легка в управлении.

— Что ж, раз вы ручаетесь, профессор, — Дэрос вздохнул. — Может, так и должно быть. Мы используем эту систему. Однако, я бы хотел знать... — Он обернулся к отшельнику, но того в помещении уже не было.

— Он всегда так исчезает, — ответил Сэнвит. — Видно, использует голограмму или пространственные каналы телепортации.

Дэрос ничего не ответил, но в его глазах промелькнуло легкое недовольство.

— Когда вы сможете изготовить имплантат? — спросил он.

— Где-то через неделю-полторы. Наши люди уже работают над чертежами.

— Хорошо. Тогда я предупрежу Рианн о нашем решении.

Однако в своей беседе с девушкой, шерат опустил детали, касавшиеся отшельника О-Таро.

На этом вопрос о выборе модели был исчерпан, а во второй половине дня, у Рианн была принята присяга на верность Рэдрозу и Военной Лиги, и она была посвящена в альтауэты.

Рианн стояла на верхнем этаже Первого корпуса и сквозь прозрачные стекла конуса наблюдала за заходом золотистого Тауэта — второго солнца Рэдроза.

Какими длинными казались эти двое суток, вмещавших в себя почти четверо земных. Еще вчера утром уехал Арроу, и Рианн пребывала в полном отчаянии, не зная, что ей делать. А затем Дэрос привел ее в ВЭИ. Она почти целую долгую рэдрозианскую ночь провела без сна, отчего утром чувствовала себя заметно усталой. Однако после того, как ее официально (правда, без оглашения) включили в ряды добровольцев, настроение Рианн заметно улучшилось. Девушка была уверенна, что избрала верный путь, и что с этого момента у нее начинается новая жизнь. Гранью между прошлым и будущим была присяга альтауэта.

В памяти Рианн всплыли моменты, когда, опустившись на одно колено перед Джендаром, державшим в правой руке глобус Рэдроза, а в левой — прозрачный жезл, которым он касался плеча девушки, земная рэдрозианка давала торжественное обещание преданно служить на благо своей нации и во спасение родной планеты.

Зрелище чем-то напоминало посвящение в рыцари в Средние века на Земле.

С улыбкой Рианн вспомнила, как давая «обет безбрачия» (если эти отношения можно было так назвать), она по-детски скрестила за спиной пальцы.

Никаких близких отношений.

Забыть Арроу? Нет, это было невозможно.

Но смогут ли они теперь быть вместе?

В памяти Рианн невольно всплыли слова Арроу, которые он сказал в племени Арна:

«... Даже, если бы я и захотел нарушить свою клятву, данную под присягой в ВЭИ, то не смог бы этого сделать. Разве что, только ценой собственной жизни».

А теперь Рианн сама стала на этот путь, таким образом, только увеличив стену между ней и Арроу. Однако подсознательно, она верила, что избрала верное направление. Рианн еще не знала, в чем оно заключалось, но была уверенна, что не ошиблась в своих действиях и настроилась идти до конца.

Дальше ее ожидало две недели суровой подготовки и операция, которая поравняет ее с Арроу... или уничтожит.

Рианн посмотрела на цепь лиловых гор, темневших на фоне жемчужно-розового неба.

— Обратного пути нет. Но я знаю, все будет хорошо. Должно быть, — сказала девушка и заметила, как в небе блеснула золотистая зарница, перейдя в радужный перелив.

Рианн поместили в небольшую комнату-изолятор в Третьем корпусе для секретных объектов. Единственные люди, которых теперь видела девушка, были Джендар, профессор Сэнвит, служащий Саунор и двое наставников-альтауэтов. Временами ее навещал Дэрос, когда у него выпадала свободная минута. Рэдрозианка тренировалась целую неделю и, благодаря навыкам, приобретенным на Эбе (а также вживленному в ее амулет голубому осколку), учение девушки было не столь трудным, как ожидалось. Однако Рианн все же поняла, что стать альтауэтом было не так-то просто, и об этом ясно свидетельствовала жуткая усталость, когда она, еще не выспавшаяся, рано утром по сигналу поднималась с подвижной как вся рэдрозианская мебель постели. Но мысли об Арроу помогали ей преодолевать любые трудности, а ее результаты поражали всех. Особенно профессора Сэнвита. Он еще три раза проверял данные медицинского осмотра, но они оставались неизменными. Мозг девушки имел странную защиту, непонятную для ученых Рэдроза. Фантом модели АРЭС, как сказал О-Таро.

Но вот, спустя неделю после приема Рианн в экспериментальный институт, рэдрозианку наконец прооперировали, и она теперь стала альтауэтом. Конечно, преображение девушки не произошло мгновенно, три дня она пролежала на реабилитации в специальной камере лаборатории, пока вживленные системы не пришли в норму и не стали частью ее организма. Перевоплощение было немного болезненным, но, в конце концов, все стало нормально.

Однажды Рианн была разбужена резким светом, ударившим ей в глаза. Сонно жмурясь, она подняла голову и увидела вошедших в комнату профессора Сэнвита, Джендара и Дэроса, специально приехавшего из Тзентерса.

— Как твое самочувствие, ЭЛДЖЕЙ-Альтауэт? — спросил директор института.

Рианн поднялась и села в кровати. Она ощущала покалывание между лопатками, и у нее слегка кружилась голова. Но в остальном, все было хорошо.

— Я уже альтауэт? — спросила девушка.

Сэнвит слегка улыбнулся.

— По правде сказать, ты им уже была до операции, в какой-то степени. Модель АРЭС, — профессор выжидающе посмотрел на блондинку, но ее лицо нисколько не изменилось. — Но теперь ты, действительно, стала ЭЛДЖЕЙ-Альтауэтом. Вот этот браслет поможет тебе контролировать имплантат. — Профессор надел на левую руку Рианн (чуть выше локтя) металлическую ленту, испещренную разными кнопками и иероглифами. По телу девушки пробежали быстрые импульсы, эхом отозвавшись в груди. Сверкнул камень Эрио, в его оправе неестественно ярко вспыхнул голубой осколок амулета Арроу. Датчики браслета сначала показали сбои в работе систем альтауэта, но потом все нормализовалось.