В глазах Лайта промелькнуло беспокойство.

— Значит, тогда я не смогу бывать во Внешнем мире…

— Совет считает твою миссию во Внешнем мире завершенной.

Глаза Лайта гневно сузились. Однако он ничего не ответил, и служащий продолжил:

— Явитесь в Зал Советов завтра на рассвете. Аулера, — он посмотрел на девушку, — придешь вместе с ними.

Арсарнарсианка покорно опустила голову, ответив:

— Да, Великий Алориу.

— Алориу?.. — В глазах Лайта появилось непонимание. Он посмотрел на служащего, который едва заметно улыбнулся и надел знакомую серебристую маску. В то же время на его плечах материализовалась мантия жреца.

— Увидимся в Зале Советов, — коротко произнес Алориу и бесследно исчез, растворившись в воздухе легким искрящимся шлейфом астральной проекции.

Лайт нахмурился.

— Получается, что жрец Алориу — землянин Теодоро Лилейс?.. — Он посмотрел на Аулеру, лицо которой еще не покинула легкая бледность. Девушка в ответ молча кивнула.

— И он — один из Четырех, — добавила Аулера.

— Жрец из Совета?!. Землянин?

— Я не знаю, почему так произошло и когда. Но мне известно одно — он Верховный жрец храма Инметау и представитель Совета.

— И он сагитировал тебя стать Посвященной. Довольно странное внимание столь высокопоставленного лица к простой арсарнарсианке.

Аулера ничего не ответила, так как сама не раз задавала себе этот же вопрос. Единственное, что она могла сказать, что «так было угодно Высшим».

— Теодоро Лилейс, — медленно произнес Рик. — Это имя мне кажется знакомым… — Он нахмурился, пытаясь что-то вспомнить. — Лилейс… земная фамилия. И я ее встречал… недавно. — И тут его осенило: — Диана Лилейс.

Это имя со свадебной фотографии он прочел на вилле «Рэдроз».

А если жрец Алориу и эта неизвестная землянка имели между собой что-то общее?.. Конечно, фамилия могла быть обычным совпадением, но…

В памяти Лайта всплыло изображение звездного символа Инметау, который он увидел на дверях рэдрозианского особняка.

Рик обратил внимание к арсарнарсианке.

— Аулера, ты собиралась стать Посвященной, значит должна знать историю религии Арсарнарса.

— Каждая послушница ее знает.

— Тогда скажи, не было ли в ней чего-то необычного? К примеру, происхождения звездных знаков.

Брюнетка неопределенно пожала плечами.

— Наша религия уже тысячи лет незыблема. А если перемены и происходили, то о них нигде ничего не упоминается. Детали могут знать только Четверо Верховных жрецов, — ответила девушка.

— Предлагаешь обратиться к Алориу? — не очень-то любезно спросил Лайт.

— Но он знает многое…

— Возможно… Хоть это и странно. — Рик решительно вздохнул. — Ладно, сейчас не это главное. — Он посмотрел в сторону входных ворот. — Лаурез заварил немалую кашу. Боюсь, теперь мы точно влипли.

— Влипли? — не поняла девушка.

— Попали в затруднительную ситуацию, — разъяснил Рик. — Даже более чем затруднительную.

— Не вижу здесь ничего затруднительного. Нужно просто исполнить волю Совета Посвященных, — сказала девушка. — Конечно, Лаурез провинился, но скорей всего, к нему не отнесутся очень строго. И лишнее доказательство милости Совета — это твое повышение.

— Гм, которое, мне кажется, больше похоже на опалу, — возразил Лайт. — Поэтому я считаю, что «Бетельгейзе» пора вернуться во Внешний мир.

— Без разрешения Совета? — ужаснулась Аулера.

— Другого выхода нет. Лауреза нельзя здесь оставить. Совет не прощает ошибок. Да и я не желаю, чтобы кто-то распоряжался моей судьбой.

— Даже, если это Высшие? — спросила Аулера.

Лайт посмотрел на девушку и ровным голосом произнес:

— Совет Посвященных — это не Высшие.

— Но они выполняют их волю, — упрямо возразила Аулера.

Рик ничего не ответил, лишь коротко указал:

— Разбуди Лауреза, а я соберу экипаж. — Он первым направился в дом.

***

Пока Лайт вместе с Редором собирали по городу экипаж «Бетельгейзе», Аулера пыталась растормошить спящего Лауреза. Хотя как послушница храма, которая готовилась стать Посвященной, она немедленно должна была сообщить о планах Рилайэри Верховному жрецу Алориу. Однако чувство привязанности и старой дружбы заставляло ее действовать по зову сердца и вопреки закону. Поэтому сейчас, одолеваемая страхом, девушка как можно скорей пыталась привести арсарнарсианина в чувство.

— Ну, вставай же! — дергала она парня за плечо. Тот сонно ворчал и нехотя от нее отмахивался. — Лаурез, вставай!

Видя, что все ее усилия были напрасны (старпом «Бетельгейзе» спокойно продолжал посапывать, развалившись на зависшей в воздухе круглой тахте), девушка осмотрелась по сторонам в поисках более действенного средства. На глаза ей попался стоявший на столе кувшин. Аулера схватила его в руки и плеснула содержимое в лицо бетельгейзийца.

Этот душ немного освежил Лауреза. Он, нехотя пошевелил головой и открыл подернутые мутной пеленой глаза.

— Вставай, скорее! — Девушка потянула его за руку, пытаясь поднять с дивана.

Все еще не отрезвевший арсарнарсианин что-то невнятно пробормотал и, глупо улыбнувшись, потянул брюнетку к себе. Аулера тихо вскрикнула, потеряв равновесие, и рухнула на диван. А спустя мгновение, за которое она даже не успела опомниться, арсарнарсианка ощутила, как ее сковали сильные руки.

— О, моя богиня…

Лаурез склонился над девушкой, но тут же две звонкие пощечины его мгновенно отрезвили. Бетельгейзиец встряхнул головой и, узнав брюнетку, тут же отпрянул от нее.

— Аулера?.. — Он явно был сконфужен, но хмель уже как рукой сняло. Он быстро встал с дивана и помог подняться девушке.

— Лаурез, ты просто невыносим! — со сдержанным гневом в голосе зашипела на него арсарнарсианка. Она поправила одежду и растрепавшуюся прическу.

— Прошу прощения, Аулера. Я… не знаю, что на меня нашло… — Старпом покорно опустил голову.

— Завтра утром Совет поможет тебе в этом разобраться.

Аулера отвернулась, пытаясь совладать с собой. Она даже не успела понять, что же с ней произошло. Только чувствовала оставшийся в душе непонятный осадок головокружительного ощущения.

— Ты сказала Совет?.. — насторожился Лаурез. Он полил голову остатками воды из кувшина, пытаясь разогнать последние симптомы хмеля.

— Приходил Алориу и сообщил, что завтра на рассвете Совет ждет нас всех троих.

— Троих?

— Да, тебя, меня и Рилайэри, — уже более спокойно ответила Аулера.

— Но… почему троих?

— Рилайэри повышают в должности. Он будет Главнокомандующим Космообороны системы Аэрин. Меня… не знаю, наверное пришло время стать Посвященной. А ты… Совет не доволен твоим проступком. Так что поторопись, Рилайэри ждет тебя на борту корабля.

— Он собирается на «Бетельгейзе» лететь к Ратуше?.. — все еще недопонимал старпом.

— Нет, он собирается покинуть Арсарнарс.

— Понятно. — Лаурез встряхнул прилипшими к вискам мокрыми прядями волос и, наконец окончательно придя в себя, направился к выходу. Но сделав шаг, он снова остановился, его голубые с серебристыми зрачками глаза встретились со взглядом арсарнарсианки.

— Может… мы больше не увидимся… никогда. Могу я надеяться на прощение за… только что произошедшее?.. — неуверенно спросил он.

— Я прощаю тебя. Только поторопись, — ответила девушка.

Глаза Лауреза блеснули.

— Слушаюсь, моя госпожа. — И он быстро направился к двери.

На пороге Лаурез снова приостановился, намереваясь еще что-то сказать, но передумал и вышел из комнаты, оставив арсарнарсианку одну с ее мыслями и незнакомыми волнующими чувствами.

— Ну наконец-то! — проворчал Лайт, когда запыхавшийся Лаурез появился в командном отсеке «Бетельгейзе», и тут же приказал: — Немедленный взлет! Включить системы маскировки. Скорость средняя. — Затем Рик снова посмотрел на помощника. — Я думал, что ты совсем плох. Аулера быстро привела тебя в чувство.