– То есть это ты завел сюда врагов?..

– Заманил! – сверкнул огромными, как плошки, глазами Вий.

– Просто чтобы я понимал: о каких людях ты говоришь, сколько их?

– Ты так спрашиваешь, словно я в людях разбираюсь. Обычные мерзкие человеки. Шапки у многих из собак сделаны, если тебе это чем-то поможет. А вот сколько их, это я тебе скажу: сто восемь тысяч триста двадцать два человека и двести пятнадцать тысяч пятьсот сорок три лошади… нет, уже на одну меньше.

– Сколько?.. – Кощей аж поперхнулся.

– Какая разница, сколько! Ты находишься в неприступном замке; все, что тебе нужно, – это руководить его обороной. Что там вы, люди, делаете в таких случаях – сбрасываете врагов со стен? Я не знаю; кто тут воевода – я или ты?

– Я не смогу командовать всеми упырями разом; навалившись со всех сторон, враги перелезут через стены и захватят замок. Их слишком много. Надо было думать, прежде чем тащить сюда такое огромное воинство.

– Я всегда думаю. Даже когда я нападал на белого колдуна, это не было ошибочным решением. По крайней мере, я теперь знаю предел его силы и то, чем он отличается от того, старого белого колдуна: новый сильнее; сам не верю, но это так. Практически ровня мне.

– Он от меня сбежал.

– Это я тоже знаю, такую силу я чувствую. Он совсем недалеко, засел в лесочке неподалеку со своей подружкой. Наблюдают.

– Ага, так все-таки это она та самая «плохая баба», она его вытащила.

– Тогда позор тебе. У девки есть задатки волшебницы, но слабой. Сейчас это просто замороженный ребенок. Если такое существо сумело освободить у тебя из-под носа столь ценного пленника, я бы задумался, тот ли ты полководец, что мне нужен. Я бы задумался, будь у меня хоть какой-то выбор, но, кроме тебя, никого больше нет. Так что заканчивай бояться, вылезай из-под одеяла и готовься к предстоящей битве. Для того чтобы управлять всем твоим мертвым воинством, у тебя есть я. А еще есть ягги. Они не могут управлять, но вполне смогут передавать мои команды, каждый представитель их народа имеет способности к колдовству, так что они будут передавать и усиливать мои приказы. А я буду приказывать то, что ты станешь говорить. Сам я ничего не смыслю в осадах замков, к сожалению.

– И что потом?

– А потом ты остаешься здесь, царем твоего очень странного царства, я забираю тех, кто поляжет в бою, они станут моими мертвыми рабами, столь нужными мне для раскопок. Мы обнимаемся на прощанье и расстаемся друзьями. По-моему, очень хороший исход для нас обоих.

Соглашение было неплохим, у Кощея даже камень с сердца свалился, потому как все последнее время он только и думал, как ему остановить Вия, а теперь выходило, что того и останавливать не нужно. Теперь он даже сможет спать спокойно. Осталось только одолеть огромное войско врага, и что-то ему подсказывало, что все не будет так просто, как думает Вий.

Ночной визитер меж тем подошел к недвижимой фигуре безголового и аккуратно провел рукой по его потемневшей коже.

– Вижу, тебе удалось воскресить очень интересный экземпляр. Знаешь, кто это был? При жизни, я имею в виду.

– Нет. Думаю, что какой-то богатырь.

– Не какой-то, – озорно усмехнулся Вий, – это был царь-богатырь. Буквально царь, самый настоящий, с короной. Ты знал, что все богатыри – они не просто так богатыри, они богатыри чего-то? Например, Вольга – богатырь природы. Микула Селянинович – богатырь земли русской. Святогор – богатырь государства. А это был богатырь само́й власти, наиболее сильный из всех. Но, на наше счастье, и один из самых бестолковых. Он лишь на одну ступеньку стоит ниже хозяина, а таких, как я, он был способен убивать одним щелчком по лбу. Живой пример того, что сила – не главное, – рассмеялся старик своим хриплым смехом, – если, конечно, в этой ситуации вообще можно применить слово «живой». Завтра враг будет здесь, отдохни хорошенько, мне нужно подготовить кое-какие чары.

Сказав эти слова, старик рассыпался на множество мелких пауков, которые стремительно кинулись прочь, оставив Кощея наедине с собой. Если Вий умел так, вполне разумно предположить, что белый колдун тоже обладал похожими способностями. Не зря же урод признавал его равным себе по силе. Это объясняло, как пленник выскочил из темницы, не повредив решетку. Кощею вдруг пришла в голову мысль: если белый колдун наблюдает с недалекого расстояния, на чьей стороне он окажется в завтрашней битве? Не слишком ли беспечен Вий? У морозного волшебника нет ни одной причины любить обитателей Черного замка.

Соловей Будимирович шел по лагерю русских войск, Святогор объявил сбор всех воевод для обсуждения результатов сегодняшней битвы. Люди находились в приподнятом настроении.

– Ха, смотри, воевода с Буяна! Отлично стояли, молодцы твои ребята! – Неизвестный воин со знаком Переяславского княжества дружески похлопал Соловья по плечу.

– Точно, буяновцы – орлы, – поддержал его другой ратник, этот носил черниговский знак орла, – но и мы сбили спесь с кочевых полчищ. Видели бы вы, как они от нас улепетывали, – только пятки сверкали.

– А то мы не видели, – рассмеялся первый мужик.

– Так, а ну отстали от воеводы! – скомандовал кто-то решительно, и ратники тут же отошли.

Соловей заметил подходившего воеводу, богатая кольчуга сразу заявляла, что ее обладатель – совсем не простой воин.

– Здрав будь, друг, – поприветствовал Соловья незнакомец, – будем знакомы: меня зовут Ярополк, я воевода рати Туровского княжества. Сразу скажу, я князь, старший брат нашего правителя Изяслава, но со мной можно запросто, я человек ратный, люблю прямоту.

– Погоди, если ты старший брат, почему правит младший? – удивился Соловей, тут же приняв предложение князя говорить прямо.

– Я сам ему уступил, он лучше для княжения подходит. А я ратник, мне, если честно, больше нравится приказы получать, чем решать, какое из зол выбрать. Так что ты не думай, у нас с братом любовь и понимание, я его во всем поддерживаю. Что думаешь про сегодняшний бой?

– Когда я впервые увидел все это людское скопище – признаю, струхнул, – честно ответил Соловей, – но как они откатывались раз за разом – любо-дорого было посмотреть!

– А то! – довольно крякнул князь. – Русич, он сильно превосходит степняка, тут можно и не сомневаться. Количественным перевесом битву не выиграть.

– Победа! – рявкнул кто-то вдалеке, и это слово тут же подхватили тысячи глоток.

– Не рано ли все радуются? – с недоумением заметил бывший флотоводец. – Лагерь врага за холмом, вон дымы костров видно. Тоже сидят думают небось, как нас завтра будут побеждать.

– Рано, – согласился князь, – но ты ребятам не мешай. Боевой дух тоже немалое значение имеет, а он у нас теперь на высоте.

Огромный, под стать своему хозяину, шатер Святогора стоял прямо посредине лагеря, на холме. Стража безропотно пропустила князя: Ярополка многие знали в лицо, а вместе с ним и воеводу добровольцев с Буяна.

– Приветствую всю честную компанию. – Туровский князь отогнул полог и вошел внутрь, вокруг походного стола собрались воеводы других полков, а также три оставшихся богатыря.

– Вот и последние двое, – обрадовался Святогор, – а раз все тут, давайте обсудим наши дела. А главное, что завтра будем делать.

– И чего тут обсуждать, – удивился Ярополк, – зачем чинить то, что не сломалось? Стоим, как и сегодня, перемалываем врага.

– Кто считает так же, как и князь? – спокойно поинтересовался богатырь; так же, как и Ярополк, считали все, кроме Соловья Будимировича.

– Похоже, наш союзник с острова Буяна имеет другое мнение, давайте его выслушаем.

Все взоры обратились на несогласного; Соловей замялся.

– Я не то чтобы против, – попытался пояснить он, – мне лишь показалось, что все было слишком уж просто. Враги вяло наскочили и тут же побежали – вот и все описание боя. Возможно, дело в том, что я не увидел никого в собачьем шлеме, а значит, наиболее стойкие и яростные – не здесь. Возможно, дело в этом.