— Ночью пойдут. — Решил Роберт.

Погода портилась и вполне могла сыграть на стороне противника. Вернуться ни с чем они не могли, не в их правилах уйти, не отомстив. Это было делом чести. Роберт ждал от них подлости и хитрости, то в чем бандиты всегда были хороши. И дождался. На лодке, подняв руки без орудия вверх, плыл переговорщик. Можно было не сомневаться, что он начнет хитрить, врать, строить из себя безобидного агнца и просить вернуться на берег, ради общего совместного будущего.

Роберт вышел ему навстречу тоже показывая, что безоружен.

— Доброго вечера, господа поселенцы. — Поздоровался парламентер. — Куда вас занесло, а? Не холодно на камнях-то?

— Холодно, а куда деваться. Вы заняли наш пляж.

— Да мы ж не воевать пришли, а поговорить. Возникло недопонимание, надо бы разобраться.

— Говори. — Роберт снисходительно улыбнулся.

Он умел ставить людей на место одним видом. Парламентер проглотил вызов, почти не показав это видом.

— Ты же главный тут, да?

— Да.

— Это ты сбежал из нашего лагеря, убив двух человек?

— Ну.

— У меня есть предложение. Ты едешь с нами, и мы уходим и ничего вашему поселку не делаем.

— Что значит, не делаете? Вы уже сожгли половину нашего жилья. Этого достаточно, чтобы воевать с вами.

Парламентер рассмеялся.

— Ты серьезно? Ты думаешь, что подстрелил несколько человек в лодках и это сделало тебя великим полководцем? Мы таких, как ты завалили уже сотни, если не тысячи. Тоже строили из себя Кутузовых, а потом обосрались и болтались в петле, или башку потеряли. Я тебе предлагаю реальную тему, ты в обмен на жизнь всей общины. Живите дальше и радуйтесь. У нас к вам больше претензий не будет, если только снова не полезете не на свою территорию.

— Так это вы полезли. Напали на наш обоз с рыбой. Или ты с другого места начинаешь считать?

— Слушай, мужик, ты реально тупой или прикидываешься? Тебе дали отличный расклад, побереги людей. Или ты не мужик, зассал возвращаться?

— Перед такими как ты я ничего доказывать не буду, слишком много чести для тех, кто ее не заслуживает. Возвращайся назад, и скажи своему пахану, или кому ты там подчиняешься, что твое предложение выслушали и послали нахрен. Дорогу ты знаешь.

Парламентер поиграл желваками. Судя по его настроению, он ожидал немного другого результата. Видимо, считал Роберта настолько порядочным, готовым на все, ради людей, что он тут же сядет в лодку и отплывет с ним, чтобы быть казненным на потеху публике. Бандиты не знали, какие сложные схемы составлял Роберт, чтобы подвести партнеров к нужному ему результату. Он понимал, что задумали бандиты. Они не собирались останавливаться на нем. Сделали бы вид, что ушли, дождались бы, когда народ вернулся на берег и хладнокровно убили бы всех, делая это на глазах Роберта. А вот его бы увезли к себе, чтобы провести статусную казнь.

Парламентер сел в лодку и отплыл. Роберт вернулся к людям.

— Ну, чего хотел? — Спросил Физрук.

— Хотел, чтобы я сдался, а вы бы остались жить.

— Брехня. Явно задумали какую-нибудь гадость. У них нет шансов напасть на нас без больших потерь. Они будут как в тире.

— Если только погода им не поможет. — Роберт посмотрел на сгущающиеся тучи.

По воде пробежала рябь от приближающейся грозы. Более глазастая молодежь сказала, что в поселок прибыло еще несколько оленьих упряжек. Банда могла дожидаться их и потому бездействовала. Любопытный народ высыпал из грота, узнать, что происходит.

Мария с беспокойством всматривалась вдаль.

— Роберт, мы сможем продержаться ночь? — Спросила она с сомнением.

— Обязаны. — Роберт осмотрел толпу жителей поселка, бесстрашно расположившуюся на камнях. — Народ, давайте все в укрытие. Мы не знаем, что задумали враги, поэтому лучше подстраховаться.

Люди нехотя направились под темные сырые стены укрытия. В нем не очень хорошо пахло дохлятиной, и дети зажимали носы, всем видом показывая, как им не нравится дышать такой вонью. В целом, грот, как и весь остров, находились на приличном возвышении, и это давало контролировать пространство вокруг. Но Роберт знал, что враг не так прост, чтобы устраивать лобовые атаки без всякой подготовки.

Где-то далеко бухнуло и через секунду в воздухе раздался воющий свист падающей мины. Роберт и все, кто пришли из Подмосковья, отлично знали этот звук, продирающий до мурашек.

— Мина! — Выкрикнул Даниэль.

Первый пристрелочный снаряд упал в воду, не долетев до острова десять метров. Народ, забыв о сырости и неприятных запахах, бросился в укрытие со всех ног.

— Камнями заваливайте вход, чтобы осколки не прошли. — Отдал Роберт распоряжением мужчинам, оставшимся без оружия.

Теперь намерения бандитов стали намного понятнее. Они собирались накрыть остров минометным огнем и под прикрытием подойти пехотой, на лодках или вброд. Второй снаряд упал с небольшим перелетом. Осколки ударили в камни и разлетелись во все стороны с противным жужжанием.

— Мужики, я остаюсь наверху один, буду наблюдать, а вы бегом в грот. Как пойдут в атаку, я вас позову. — Предупредил Роберт напарников.

— А ешли убьют, как пожовешь? — Спросил Даниэль.

— А я буду вам орать доклад после каждого прилета. — В шутку ответил отец.

Следующая мина упала прямо в центр острова. Оглушающий взрыв ударил по ушам. Мужчин накрыло мелким щебнем.

— Быстрее, а то перебьют всех толковых бойцов. — Роберт погнал их в укрытие.

Волна ветра прошлась по воде и камням и следом брызнул дождь. Вначале частый и мелкий, похожий на морось, приносимую ветром с моря, а потом все сильнее. Видимость упала до пары сотен метров. Даниэль, в промежутках между разрывами мин, принес отцу непромокаемую брезентовую накидку. Роберт уютно устроился между больших валунов. Убить его там могло только прямым попаданием. А через некоторое время к нему пришла Найда и решила устроиться рядом. Запах сырой псины наполнил пространство под накидкой. Но Роберт терпел, с собакой было спокойнее и теплее. Непогода играла против всех, не позволяя реализовать заранее придуманные планы. Огневая поддержка без корректировки, потеряла всякий смысл. Миномет сбился и с каждым следующим выстрелом терял точность, а спустя двадцать выстрелов и вовсе замолчал.

Роберт ждал, что предпримут враги. Часы показывали уже второй час ночи. Темнота сделалась непроницаемой. Для самоубийственной атаки отличное время.

— Шеф, ну что там, все спокойно? — Раздался позади голос Физрука.

— Тихо, но я бы спокойным это состояние не назвал. Меня временами поколачивает от страха, что передо мной в десяти метрах появятся десятки вооруженных бойцов. Вот, чеку на пальце с разжатыми усами держу. Как только услышу подозрительный шум, сразу туда брошу.

— Как думаешь, нападут в темноте? — Спросил Физрук.

— Думаю, да. После таких телодвижений и расходов боеприпасов результат должен быть обеспечен. — Роберт постучал пальцами по мокрому камню. — Зови остальных. Что-то у меня на душе тревожно.

— Сейчас. — Роберт сполз вниз.

Чтобы вовремя обнаружить врага, не хватало источника света. Любая лампа с отражателем могла помочь ему увидеть их за сотню метров. Слух подводил из-за монотонного шума дождя. Вдруг, Найда зашевелилась и выбралась наружу. Встала на камень, зарычала, не открывая пасти и громко гавкнула в сторону берега. Роберт отложил гранату и взял в руки автомат.

— Па, чего шобака лаяла? — Раздался голос сына.

— Похоже, у нас гости. Занимайте позиции. — Приказал Роберт.

Найда снова зарычала. Сомнений уже никаких не оставалось, противник приближался, но его совсем не было видно. Роберт не знал, как поступить, дать приблизиться и расстрелять в упор или держать на расстоянии. Выбрал второе, посчитав, что в упор их быстро задавят численным перевесом.

— Народ, после моего выстрела, стреляем одиночными в примерном направлении. Враг сам выдаст себя и тогда стреляйте по вспышкам. — Громко, чтобы все слышали, распорядился он.