«Если бы они переместились в другую точку пространства или даже во времени, — заметил Оротес, — то на это указывало бы остаточное излучение закрывшегося перехода».

«В поединок вмешалось что-то третье», — предподожил Эксилорес.

«И это третье… оказалось посильней энергосуществ», — добавила Этарон.

«Во Вселенной есть только один объект с подобной мощью», — произнес Инметау.

«Протоадрон Арроу», — заключила Альциора.

«Но за этим довселенским объектом подобной беспричинной агрессии не наблюдалось. За исключением того момента, когда он поглотил души Арроу и Рианн»… — заметила Омиро.

«И то подобное произошло чисто случайно. Из-за дисбаланса между душами простых смертных и до конца не сформировавшимися сущностями Высших», — дополнила Этарон.

«Но сейчас этот довселенский объект неразлучен со своим источником энергии, везде следуя за рэдрозианами», — сказал Оротес.

«Тогда выходит»… — начал Инметау, но его остановил внезапно вступивший в разговор Аэрос, который до этого момента хранил несколько странное молчание.

«Это не протоадрон Арроу, — коротко произнес он и, после недолгой паузы, добавил: — Будущее предопределено».

Как бы в ответ на его слова в кругу радужных энергосгустков внезапно материализовался черный шарик, величиной не более крупного яблока. Реакция Высших была мгновенной и на удивление сплоченной. Они устремили на довселенский объект совмещенный луч энергии и бросились врассыпную. Пока черный шар был занят поглощением энергоприманки, «живые звезды» успели благополучно исчезнуть в межгалактических переходах. Лишь только благодаря быстроте маневра (или некоторой пассивности протоадрона), никто из Высших Совета не пострадал. Семь энергосгустков вновь собрались уже в сотне световых лет от предыдущего местопребывания. Произошел быстрый обмен сведениями.

«Сомнений нет: Ниаро уничтожил протоадрон», — констатировал Инметау.

«И это не протоадрон Арроу», — добавил Эксилорес.

«В Метагалактике появился новый черный шар», — заключил Оротес.

Аэрос и Альциора переглянулись, но никто из них не стал выражать своих мыслей.

«Но как он мог оказаться здесь? — спросила Этарон. — По последним данным (со времен Адронной эры) эти абсолютные поглотители во Вселенной отсутствуют. Не считая протоадрона Арроу, который после контакта со своим "владельцем" в некоторой степени трансформировался».

«Протоадроны, находящиеся в степени поглощения, не могут существовать в нашем мире, — констатировал Оротес.

«Но именно с таким объектом мы столкнулись», — добавила Омиро.

И в самом деле, присутствие во вселенной активных протоадронов приведет к незамедлительному и ускоренному разрушению Метагалактики. Ведь они "съедят" Вселенную, подобно тому, как сильная кислота разъедает материю.

«У нас возникла очередная серьезная проблема… — подытожила Этарон. — И здесь уже вряд ли поможет наполненный энергией протоадрон Арроу».

«Прежде, чем делать окончательные выводы, — заметила Альциора, — нужно детально все изучить и в первую очередь найти район появления протоадрона».

«Аномальный фронт, — внезапно произнес Аэрос. — Он стал причиной возникновения нового довселенского объекта. Возможно, не одного. Несмотря на удачную нейтрализацию аномалии, последствия все же остались».

«Эта зона признана спокойной», — сказал Инметау.

«Слишком спокойной. Нам следует ее детально изучить».

Последовал новый сбор информации, завершившийся добычей неутешительных и неоспоримых фактов.

Аномальный фронт повлек за собой некоторые неприметные на первый взгляд последствия. Он подобно кислоте «разъедал» пространственно-временную структуру Вселенной, в результате чего образовалась брешь в Доадронную эру. Маленькая, но… не настолько, чтобы через нее не проник протоадрон. Конечно, современная Вселенная и без того имела непосредственную связь с Доадронной эрой через черные дыры сколлапсировавших массивных звезд. Но гравитация релятивистского светила не позволяла черным шарам проникать в нормальный космос. Период поглощения вещества был достаточно коротким и к тому времени, как протоадроны успевали собрать остатки материи, переход уже оказывался закрыт.

История Вселенной сохранила только один случай, когда активный протоадрон смог проникнуть в современный мир. Это был черный шар Арроу.

Теперь же…

«Если мы не восстановим целостность структуры аномальной зоны, то этот мир будет обречен», — сказал Аэрос.

«Проникающие через расщелину протоадроны преждевременно приведут Метагалактику к заключительной степени своего развития», — согласился Эксилорес.

«И здесь будет среда Доадронной эры», — закончила Этарон.

«Нужно собрать всех союзников и вызвать Арроу и Рианн»… — начала Альциора и тут же замолчала. По ее звездообразному силуэту пробежала волнообразная тень, которая одновременным эхом отразилась на энергетических формах остальных Высших Совета.

«Рэдроз… — Взгляд Аэроса тревожно блеснул. — Там что-то произошло».

И все энергосущества тут же покинули межгалактическое пространство, вернувшись в систему Альфар-Тауэт.

В Тзентерсе наступило самое обычное утро, ничем не отличавшееся от множества предыдущих. Обитатели дворца шерата как всегда собрались в просторном, выдержанном в легких пастельных тонах хрустальном зале столовой. Его огромные призматические окна высотой от сводчатого потолка до мраморного пола выходили на просторную террасу, что ступенями спускалась к морю. Сейчас они были настежь раскрыты, впуская в помещение шум волн и крики местных чаек (они мало чем отличались от земных, разве только голоса их выглядели немного помелодичнее).

К столу уже подавали десерт из изысканных рэдрозианских лакомств, когда к Дэросу подошел посыльный из городской обсерватории. Он сообщил, что главный астроном Сагинеа просит шерата немедленно прийти в Пятый корпус, где велись наблюдения за светилами Рэдроза. Дэрос бросил быстрый взгляд на собравшихся за столом людей, в числе которых находилась вся его семья и гости с Арсарнарса. Шерат вежливо извинился, сказав, что ему нужно отлучиться по неотложным делам, после чего он вышел из зала вслед за посыльным.

В Пятом корпусе астрофизической обсерватории работа буквально кипела и во всеобщей суматохе правителя Тзентерса не сразу заметили. Шерат подошел к суетившемуся возле компьютера Главному астроному Ари-дории и поинтересовался, что произошло. Сагинеа даже слегка вздрогнул от неожиданности, услышав голос правителя, до того он был увлечен работой.

— А, Дэрос. — Ученый несколько торопливо, но почтительно поприветствовал шерата. — Извини, что я потревожил тебя во время завтрака. Но думаю, это тебе интересно было бы знать.

— Что произошло? — спросил Дэрос.

— Мы только что получили сообщение с Третьей станции, что находится на орбите Тауэта. Возле светила был замечен весьма странный объект… Вот запись.

Ученый нажал на кнопку пульта, и на экране появился затененный мощными светофильтрами огромный диск звезды. Сначала ее сияние выглядело вполне обычным. Но вот внезапно на фоне светлого Тауэта появился черный шарик, а вскоре он вновь бесследно исчез. Эта аномалия длилась всего несколько секунд, однако ее успели зафиксировать не только приборы наблюдательных станций, но и человеческий мозг Дэроса. В его глазах промелькнуло беспокойство.

— Сначала мы думали, — продолжал Сагинеа, — что это какой-то процесс в фотосфере звезды, похожий на обычное пятно. Но более детальный анализ показал, что это посторонний объект. Он появился возле светила на расстоянии в треть астрономической единицы, недалеко от станции наблюдения. Я бы даже сказал, что он был ближе к объективу камеры слежения, чем к Тауэту. Потом эта же аномалия появилась возле Второй станции. — Сагинеа включил новую аналогичную запись. — Вот. И так же быстро исчезла. Мы попробовали детально изучить спектр странного объекта. Это оказался мощный поглотитель энергии. Абсолютно черное тело. Еще больший, чем черная дыра. При этом он движется со сверхсветовой скоростью и без определенного направления.