Кирилл почувствовал себя плохо. Грудь сдавило, появилась одышка, а мир вокруг вдруг превратился в сцену, на которую он взирал без особого интереса. Сколько он пробыл в таком состоянии, Кирилл не знал. Боль отпустила, но силы покинули его, как после тяжелой физической работы. Ватные руки едва поднимались к лицу, чтобы утереть выступивший пот. Питомцы голосили из ящика на разные лады.

— Ребятки, сейчас, — Кирилл решил выпустить животных, чтобы в случае своей смерти не дать погибнуть им от голода. Уж лучше в пасти крыс.

Грызуны были рядом. Из-под каждой плиты на него смотрели маленькие ненасытные глазки. Котята выбрались наружу, но разбегаться не стали. Они чувствовали угрозу и держались своего хозяина. Кирилл взял в слабые руки шест и сел поудобнее, чтобы в случае нападения иметь возможность помахать им. Крысы, увидев котят, решили, что пора действовать.

Бурый хищник выскочил из развалин и бросился к котятам. Несмотря на юный возраст, кошки подняли хвосты, ощерили пасти и зашипели. Грызун потерял боевой настрой и остановился. Этого момента хватило приготовившемуся Кириллу, чтобы уронить на него шест. Крыса взвизгнула и задергалась. Кирилл ударил ее еще раз.

На два удара у него ушли все силы. Он взмок от усилий. Сердце забилось, как после пробежки.

— Ребятки, поздравляю вас с первой победой, — Кирилл отдышался. — Чуть копыта не склеил.

Он полез в сумку за ножом. Затем взял еще теплую крысу и вскрыл ее. Выпустил кишки, отрезал голову и поделил на четыре части. Голову бросил в ближайшие развалины, а четверти тушки раздал питомцам, которые сразу поняли, что надо с ними делать. На несколько минут вокруг Кирилла стояло урчание и шипение трапезничающих хищников. Даже крысиные морды попрятались в развалинах.

— Вот, а через месяц вы даже носа не покажете, — Кирилл погрозил крысам кулаком.

Котята удовлетворили голод и принялись вылизывать окровавленную шерсть. Для них первая стычка с животными, которым суждено было стать врагом номер один, прошла удачно, и хотелось верить, что на уровне рефлексов закрепился полезный охотничий признак.

Симптомы, похожие на микроинфаркт или даже инфаркт, напугали Кирилла. Сказались нагрузки и переживания. Весь день он пролежал на одном месте, без всяких сил подняться, да и желания особого не возникало. Котята бегали вокруг, тратя заработанные калории, а ему было спокойно и хорошо, будто они защищали его от неприятностей.

Когда начало темнеть, а на горизонте будто бы даже стали собираться тучи, поневоле пришлось задуматься о том, чтобы найти укрытие. Пришлось собраться с силами, подняться и идти дальше. Как ни странно, симптомы болезни ушли и появились силы. Отдых ему явно пошел на пользу. Потратив чуть меньше часа, Кирилл нашел старинное здание, у которого сохранились остатки крыши. Под ней можно было пересидеть любой ливень.

Дом до катастрофы использовался с казенной целью. Остатки сгоревших компьютеров и мониторов, говорили об этом. Кирилл обошел все его комнаты, нашел спуск в полуподвал, в котором валялись тряпки из которых устроил себе постель. Выпустил котят, чтобы они создали ему периметр безопасности. В удобном месте положил кресало и лампу, чтобы быстро ими воспользоваться в случае опасности.

Он уснул, но проснулся вскоре от голосов, раздававшихся снизу. Судя по интонации, разговаривали молодые парни. Несколько раз Кирилл порывался сбежать из дома, но пока он собирал в кучу котят, чтобы спрятать их в ящик, время ушло. Парни поднялись и зашли в комнату, где он находился. Свет не зажигали, и как он понял, опасались это делать из-за врагов. Только чудом ночные гости не зацепили его в темноте. Кирилл лежал, боясь пошевелиться, даже питомцы притихли. Снова, как буриданов осел, не знал, как правильно поступить. Он боялся этих парней, боялся, что, обнаружив себя, напугает их до смерти, и они просто убьют его, не разобравшись.

Подвел его голодный желудок, сделавший выбор за него.

Нервы Ольги, пережившей страшные минуты, сдали и она, сев прямо на дорогу, разрыдалась. Дети и Валера кинулись ее успокаивать. Из рюкзака, за спиной Агаты высунулась морда кота, смотревшего на окружающих его людей с тем же выражением, с которым Мирошниковы минуту назад тоже смотрели на них. Никто не трогал и не мешал родным успокаивать жену и мать. Случилось маленькое чудо, выжившая семья, что было огромной редкостью.

Мирошниковых накормили, дали время придти в себя, затем выслушали рассказ главы семейства о том, как они перенесли катастрофу. История с кислородом вызвала особенно бурный интерес.

— Это углекислый газ. Таких ловушек кругом полно. Прежде, чем спускаться в любую низину, проверь, нет ли в ней трещины. Если есть, обязательно соберется этот газ, — поделился знаниями с Мирошниковыми кто-то из опытных бойцов.

— Я потом и сам догадался, но не был уверен, — признался Валера.

События в городе, тоже заинтересовали Сан Саныча.

— Да, они и из города подпитку себе берут. Куда людям деваться, чтобы не помереть с голоду, хоть за черта воевать пойдут. Надо собирать силы, чтобы остановить, иначе всем хана, задавят.

Затем Сан Саныч вкратце обрисовал ситуацию, творившуюся в округе. Александр дополнил ее рассказом о Зарянке. Перед Мирошниковыми возникла дилемма, выбрать для жизни поселок военных или же экодеревню. После пережитого они не боялись трудностей, в своем выборе руководствовались больше интуицией и тем, что Валера знал раньше Александра. В итоге, выбрали Зарянку.

Отряд двинулся дальше. Агату и Есению усадили на тележки, к их большой радости, и повезли. Вначале Паровик, шумно напоминающий о себе сотрясением взрывающегося в недрах пара, а затем и новообразовавшееся бескрайнее озеро, вызывали у семьи восхищение. Отродясь в этих местах не было никаких природных достопримечательностей, а теперь они встречались чуть ли не на каждом шагу.

К механизированному плоту прицепили плот из Зарянки. Места хватило всем. Тарахтя мотором, они прошли озеро и вошли в реку. Через несколько часов на горизонте показался знакомый холм, с частоколом на крыше и выглядывающими поверх него крышами изб. Приближение плота заметили, но встречать никто не вышел. Народ затаился за забором. Александр и Гурьян, чтобы не было беды, отцепили свой плот и причалили первыми.

Тогда из ворот выскочили все жители Зарянки и даже Дружок, и шумно встретили своих путешественников. Аглая ревела от счастья и незаметно для самой себя поглаживала свой округлившийся живот.

— Я… я…

— Я уже знаю, — Александр приложил руку к ее животу.

У них родился сын. Назвали Любомиром, желая в имени закрепить положительные качества.

Мирошниковы прижились в Зарянке. Ольга прихватила с собой семена растений, которые выращивала на даче, серьезно расширив сельскохозяйственные возможности городища. Валера быстро освоил искусство деревянного зодчества и спокойно проектировал и перестраивал дома. В то же лето, к Зарянке пристал плавучий дом Анатолия с семейством. У него оказалось пятеро детей, родным из них был только сын, остальные приемные сироты.

Общение с поселением военных не прекращалось. Народ набил тропу взаимовыгодного сотрудничества друг к другу. Над Зарянкой поднялся ветряк, вырабатывающий электричество, а в поселке военных застучали молотки в кузнице.

На следующее лето, во время очередного подъема утонувшего автомобиля, вместе с ним был поднят на поверхность толстенный карп, ознаменовавший собой начало эры восстановления речной фауны.

Битва за ресурсы не прекращалась, но перевес постепенно склонялся в пользу военных. Словом и делом они агитировали людей отказаться от грабительского способа выживания, основанного на сиюминутной выгоде, выбирая созидательный, на долгую перспективу.

Встреча Дениса и Артема со странным старцем, похожим на домового, произвела впечатление на всех. Напуганный старик внимал им, и взгляд его становился все более добродушным и усталым. Денис и Артем слушали историю Кирилла, впечатляясь тем, как он решился и перенес такое суровое испытание.