Рианн согласно улыбнулась и вместе с шератом Тзентерса вышла из усыпальницы. Затем они пересекли центральный зал храма, где снова стояла прежняя статуя женщины с накинутым на голову покрывалом, и через главные двери вышли на улицу.

Рианн облегченно вздохнула, словно только что выбралась из длинного темного туннеля. Теперь она знала, что ей делать. У нее была цель, и Дэрос поможет ей ее осуществить.

***

Тем же вечером в Леноре.

Сантор спокойно шел по пустынной полутемной улице. Его только что сменили с караула, и он спешил к себе домой, предвкушая предстоящие часы отдыха. Как он устал. Эти конфликты с ари-дорами вконец истощили его энергию. Особенно его расстроила битва в Зеленой долине, произошедшая на днях. Он потерял самую высокую награду, которую мог ожидать от Джесан-Ра за поимку ценной пленницы. Но отряд альтауэтов все испортил. Живыми из этой мясорубки удалось выбраться только ему, Джаутесу и старшему офицеру Иркору.

— Скорей бы уже разделаться с проклятыми ари-дорами, — тихо буркнул себе под нос Сантор, отшвырнув ногой разбитую чашу, валявшуюся на дороге. — Тогда мы сможем править всем миром. Все будут подчиняться высшей расе эч-гуров!

Сантор представил, какой будет его жизнь после войны. Он приобретет себе роскошный особняк где-нибудь на берегу океана или даже в Тзентерсе. И у него будет много девушек-рабынь. Так обещал всем эч-гурам со знаком Иксванзета (ну, или Инметау) шерат Иксандора Джесан-Ра. А ведь у него, Сантора, звездный символ Инметау...

Ход мыслей эч-гура внезапно прервал легкий шорох в темном переулке. Рука Сантора тут же легла на эфес лучевого меча. Странное предчувствие, всколыхнувшееся в глубине его души, холодком пробежало по спине воина. Он ясно ощутил на себе чей-то тяжелый взгляд, но не мог определить его источник. Казалось, что на него смотрели со всех сторон одновременно. Сантор с трудом овладел собой и как можно более грозным голосом спросил:

— Кто здесь?

Он окинул взглядом пустынную улицу. Это был один из самых глухих кварталов. В случае чего — помощи ждать неоткуда. Надежда оставалась только на себя.

«Но какая может быть опасность в сильно охраняемом городе»? — попытался успокоить себя эч-гур, однако тревожное чувство не проходило.

— Кто здесь? — снова повторил свой вопрос Сантор и, вытянув из-за пояса меч, сделал несколько шагов в направлении мрачного переулка.

— Твоя судьба, — прозвучал неожиданный ответ, и в желтом свете плазменного лезвия из темноты медленно выплыла широкоплечая фигура. Заглянув в суровое, с резко очерченными чертами лицо пришельца, на котором фосфорическим светом горели глаза, эч-гур ощутил, как его душу охватил суеверный ужас.

— Арроу?!.

Сантору понадобилась вся сила воли, чтобы сбросить с себя парализующую волну страха. Эч-гур воинственно крикнул и кинулся с мечом на АРЭС-Альтауэта. Однако ари-дор мгновенно выбил оружие из рук врага, отшвырнув его далеко в сторону. Сантор бросился бежать, но что-то гибкое и холодное, как удавка, тут же обхватило его шею, едва не задушив. Резкий рывок назад заставил тело эч-гура хлопнуться спиной на каменную мостовую. Арроу одной рукой ухватил противника за ворот комбинезона и, грубо подняв на ноги, приставил его к стене. Все произошло так быстро, что Сантор даже опомниться не успел, как был загнан в угол, а в его горло уткнулась твердая рукоятка отключенного меча. Короткое нажатие на кнопку, и в нескольких сантиметрах от лица вздрогнувшего эч-гура вспыхнуло плазменное лезвие, вновь выхватив из темноты бесстрастный образ альтауэта.

— Мечтаешь о счастливой беззаботной жизни, уничтожая невинных? — угрожающе спокойно спросил Арроу.

— Я... нет, только не убивай меня. Я... все сделаю, как ты хочешь... — взмолился эч-гур.

— Кто убил Ангира, командира эскадры альтауэтов, которые напали на вас в Зеленой долине? — задал Арроу вопрос.

— Я... видел, что с ним сражался Джаутес, а Иркор выстрелил ари-дору в спину...

Глаза альтауэта гневно сверкнули.

— Где сейчас Иркор и Джаутес?

— Иркор в городе, а Джаутес... Я не знаю.

Арроу пристально посмотрел в лицо эч-гура.

— Не знаешь... А вот твой мозг утверждает обратное, — альтауэт сузил глаза. — Джаутес отправился в Иксандор. — На мгновенье отведя взгляд, Арроу снова посмотрел на Сантора. — Таким, как ты нет места на Рэдрозе. — Одним рывком он сильней придавил горло эч-гура, заставив того задрожать, но тут же ослабил тиски. — Однако я не намерен марать об тебя свои руки. Слишком много чести для такой как ты мерзости. — Взгляд Арроу снова вспыхнул. — Нет, я не убью тебя. Ты будешь жить в постоянном страхе, проклиная тот день, когда на берегу Лазурной бухты захватил в плен беззащитную девушку. Пока сам не прервешь свое существование в этом мире. Твоя душа будет не нужна даже Властелину твоего звездного знака. Самоубийство — это и будет для тебя наказанием за все зло, что ты совершил.

— Нет!.. — Глаза эч-гура округлились от страха.

Самой худшей смертью на Рэдрозе считалось самоубийство, когда, по поверьям, погибала не только телесная оболочка, но и душа.

— Твой собственный меч и твои руки исполнят приговор, — произнес Арроу. — Да отречется от тебя Инмета́у. — Последние слова были сказаны таким тоном, что перепуганный эч-гур просто обезумел от ужаса.

— Нет, только не это!!!

Вырвавшись из плена, Сантор бросился к своему валявшемуся на земле мечу и, подобрав его, тут же устремился к Арроу, чтобы в бою заслужить себе спасительную смерть. Но альтауэт мгновенно растворился в темноте, вселив в душу эч-гура еще больший страх.

— Лучше убей меня!!! — слова Сантора потонули во мраке улицы.

А спустя три дня, пророчество Арроу сбылось: эч-гур покончил собой.

ВЭИ — Военно-экспериментальный институт Джендара находился глубоко в горах, к юго-западу от Тзентерса.

Рианн ожидала Дэроса на широком, окруженном силовым полем дворе и от нечего делать рассматривала возвышавшийся перед ней огромный серебристый конус Первого корпуса. На гладкой поверхности нельзя было разглядеть ни окон, ни дверей.

Именно это здание Лилейс видела во сне, когда была в городе вождя Арна.

Много лет назад, с целью стать альтауэтом, сюда пришел Арроу. Теперь, с тем же самым намерением, перед этим зданием стояла Рианн.

— Пойдем, — сказал Дэрос, приблизившись к девушке. — Джендар сейчас в своем кабинете.

Массивная гладкая плита с легким гудением отошла в сторону, и шерат Тзентерса вместе со своей спутницей вошел в ярко освещенное голубоватым светом большое помещение с низким потолком. Здесь находилось много людей в серебристо-серых военных комбинезонах армии ари-доров и в белых спецовках работников института. Каждый был занят своим делом и на новоприбывших никто не обращал внимания. Разве что только коренастый служащий в белом халате.

— Джендар ждет тебя, Великий шерат, — он почтительно поклонился. — Прошу следовать за мной.

Все трое поднялись на прозрачной платформе-лифте на пятый этаж здания. Некоторое время они шли по длинному коридору с белыми стенами и светящимся молочно-фиолетовым светом потолком. Затем рэдрозиане остановились перед голубыми дверями кабинета владельца института.

— Саунор, отведи Рианн в комнату ожиданий, — обратился шерат к служащему. — Пусть она побудет там, пока я поговорю с Джендаром.

Рэдрозианин в белом халате кивнул и пригласил девушку в соседнее помещение, а Дэрос вошел в кабинет Джендара.

— Мой шерат. — Директор экспериментального института с почтением поклонился. — Чем могу объяснить твой визит?

Дэрос сел в кресло и жестом руки указал Джендару занять свое место.

— У меня к тебе серьезный разговор.

— Если насчет альтауэтов, то мы делаем все возможное. Но для работы не хватает людей.

— Шпионы Джесан-Ра появляются уже в Тзентерсе, — медленно, как бы говоря сам с собой, заметил Дэрос.

— Через два дня мы выпустим новую партию для охраны города.