Арроу приблизился к двери и прямо на глазах у удивленного Тареса просочился сквозь нее. Скрипнул замок. Рэдрозианин снова появился перед пораженным эклебом.

— Выходи.

— Ты... прошел сквозь двери?.. — Тарес нерешительно коснулся руки альтауэта. — Иногда мне кажется...

— Нет, я не призрак, — возразил Арроу на его мысли. — Просто могу трансформироваться в плазмоформу.

— Что-то я раньше не замечал...

— Раньше я не умел, — коротко ответил альтауэт и добавил, меняя тему: — Здесь есть потайной ход, как в племени Моула...

— Я знаю, — кивнул Тарес.

— Я и не сомневался, — ответил Арроу. — Всего лишь решил уточнить, не заложил ли ты его за время своего правления местной армией.

— Нет. Я даже распоряжался о его ремонте...

— Тогда у нас мало шансов, что он уцелел. — Арроу подошел к стене, где должна была быть потайная дверь, и посмотрел на Тареса. — Кто о нем знал в племени?

— Только я, Арн и трое рабочих. Но они надежные...

— Ладно, идем. — Арроу первым ступил во мрак узкого сырого туннеля. Он выходил на поверхность в районе озера, где проводились поединки Больших Игр. Рэдрозианин прекрасно видел в полной темноте, но, чтобы его компаньон не спотыкался лишний раз, он подсветил дорогу вновь найденным излучателем. В холостом режиме рэдрозианское оружие вполне могло служить неплохим прожектором.

Бывшие пленники довольно удачно миновали коридор. За ними не было ни внезапной погони, ни других препятствий. На них даже не обрушился свод пещеры, чего вполне можно было ожидать. Видимость спокойствия окружающей обстановки объяснялась только одним — на данный момент Иксванзет здесь отсутствовал. А значит, он был в другом мире, где находилась Рианн. Арроу это чувствовал и потому торопился, чтобы успеть вовремя на помощь своей жене. Из его головы не выходили последние слова Иксванзета, которые ноющей болью донимали душу.

В полном молчании беглые узники преодолели сырой туннель, в котором шныряли местные аналоги земных крыс, и вот уже вскоре показался просвет усыпанного звездами темно-синего неба. Тарес с наслаждением вдохнул свежий ночной воздух, ощущая на губах вкус свободного легкого ветерка. Наконец-то он уже больше не пленник.

Внизу, у подножия холма, простиралась спокойная гладь озера. В его темных водах отражались огни дворца вождя, где сейчас находился Доро. Там же была и Танвия. Тарес посмотрел на освещенные окна причудливого здания, в его глазах промелькнула смешанная с болью тоска. Арроу легко понимал его мысли даже без телепатии. Несколько секунд рэдрозианин молчал, обдумывая ситуацию. Потом наконец он поднял голову и посмотрел на дворец вождя. В ставших серебристыми глазах альтауэта зажглась решительность.

— Жди меня здесь, — приказал он, обращаясь к Таресу. — И никуда не уходи. Я скоро вернусь.

Эклеб только молча кивнул. Рэдрозианин перевоплотился в светящуюся птицу и устремился к озеру.

Танвия сидела на застланной мехами кушетке и застывшим взглядом смотрела в пространство. Вокруг нее, точно тигр в клетке, кружил, заложив руки за спину, Доро. Он беспрестанно обрушивал на бедную девушку все новые и новые проклятия.

— Чтоб я больше не видел тебя в камере этого инопланетянина! Иначе завтра же твое нежное тело пойдет на десерт голодным лионгами! — Доро грубо схватил девушку за шею и с жесткой ухмылкой скользнул когтистыми пальцами по ее скулам. — Их острые зубы в два счета расправятся с твоей атласной кожей.

Танвия никак не прореагировала. Эклеб склонился к лицу эклебки и, заглянув в ее пустые глаза, что-то невнятно проворчал. Резко толкнув Танвию на постель, он встал с кушетки и холодно приказал: — Раздевайся. Чтоб к моему возвращению ты была готова.

И он вышел из комнаты.

Когда двери за ним с резким звуком захлопнулись, Танвия неожиданно вздрогнула, выйдя из-под гипноза. В ее вновь оживших глазах появилось выражение панического страха, смешанное с болью. Она затравленно оглянулась по сторонам и быстро вскочила с постели. Каждый вечер дочь вождя Арна переживала эти минуты безотчетного ужаса, когда Доро отпускал ее мозг, подвергая сознание девушки страшной агонии безутешного отчаяния. Лишь от одной мысли, что этот изверг в гуманоидном обличье снова вернется, Танвия бросилась к окну. Но вид разверзшейся бездны, в глубине которой мерцали злые огоньки голодных глаз лионгами, заставил девушку в страхе отступить назад. Танвия кинулась к дверям, к ее ужасу они раскрылись, и на пороге появился ухмыляющийся Доро.

— Ну, моя сладенькая, ты еще не в постели? — прошипел он деланно ласковым тоном.

Дрожа в нервном ознобе, Танвия попятилась назад.

— Не подходи ко мне! — в отчаянии выкрикнула девушка.

— Извини, дорогая, наши желания не совпадают, — ухмыльнулся Доро, алчно блеснув глазами. — Как я люблю твое сопротивление, — прошептал он голосом маньяка. — Твой ужас милее самого сладкого напитка. Давай, бойся меня, моя изящная гели. Кричи от ужаса. Я так это люблю...

Он с диким рычанием бросился к насмерть перепуганной девушке. Неожиданно его остановил ударивший в глаза яркий свет. Доро потер веки, пытаясь восстановить зрение, а Танвия в страхе забилась в угол кровати. Когда эклеб смог снова видеть, он разглядел перед собой силуэт рэдрозианина.

— Не очень-то ты учтив с женщинами, — заметил АРЭС-Альтауэт, достав из-за плеча меч. — Придется научить тебя хорошим манерам.

Доро злобно оскалился.

— Ты зря сюда пришел, — прошипел он. — В этот раз я сильней тебя! — И он выхватил из ножен свой меч.

— Посмотрим, — флегматично ответил Арроу.

— Именем Иксванзета! — крикнул Доро, бросившись на рэдрозианина.

Арроу криво усмехнулся. Он легко отразил удар и, сделав стремительный проворот, тут же выбил из рук эклеба оружие. Рэдрозианин не собирался тратить лишнее время на реверансы с врагом. Но только Доро оказался довольно проворен и, бросившись к двери, тут же выскочил из комнаты. Арроу не стал его преследовать, экономя драгоценные минуты.

— Скорее уходим отсюда, — приказал он Танвии. Рэдрозианин выглянул в окно и тихим свистом подозвал таркрула, который был знаком ему еще с его первого визита на Эб. — Быстро садись в седло.

Танвия машинально повиновалась. И в ту секунду, когда в комнату ворвались эклебы, таркрул со своими всадниками взмыл в звездное небо.

Они уже долетели до середины озера, на противоположном берегу которого их ждал Тарес, когда неожиданно дорогу им преградило появившееся из пустоты светящееся облако. Танвия судорожно вцепилась руками в плечи рэдрозианина, зажмурив от страха глаза. Арроу резко осадил таркрула, увернувшись от белой молнии.

— АРЭС-Альтауэт, — как ветер прошелестел невидимый голос, эхом разлетевшись над озером. — Ты смог освободиться? Похвально. Тем приятнее будет тебя убить.

Внезапно невидимая волна поразила таркрула. Животное взвыло, судорожно взмахнув огромными крыльями и, кувыркаясь в воздухе, в безвольном падении устремилось вниз. Блеснула новая молния, над озером разнесся глухой хохот, постепенно переросший в рокот грома.

Арроу быстро освободился от стремян и вместе с Танвией выпрыгнул из седла. Рэдрозианин перевоплотился в черно-белую птицу, перехватил когтями руки падающей девушки и поднял ее вверх, в то время как тело таркрула поглотили воды озера. Все произошло так стремительно, что Танвия не успела опомниться, как была подхвачена неведомой птицей и заскользила над бездной. Каждую секунду Арроу ожидал получить от Иксванзета «удар в спину», но эч-гурский идол не спешил проявлять активность. Впрочем, у него для этого были свои марионетки. С другого края водной глади, где находился дворец вождя, беглецов почти догоняли на быстроходных лодках одержимые эклебы.

Крылатый хищник наконец преодолел озеро и разжал когти. Перепуганная девушка упала прямо в объятия взволнованного воина-эклеба.

— Тарес! — Она не поверила своим глазам. — Но ты же мертв...

— Пока нет. Доро захватил меня в плен и сгноил бы в подземельях, если б не Арроу, — ответил бывший главнокомандующий, обнимая возлюбленную.