Этот процесс уже был почти завершен, когда рэдрозианин внезапно резко открыл глаза, машинально накинув на руки металлические оковы. В следующую секунду двери камеры отворились, и в помещение вошла Танвия. Ее сопровождало двое воинов с факелами. Жестом эклебка приказала своим телохранителям покинуть темницу. Когда двери за ними закрылись, девушка смерила долгим взглядом неподвижного рэдрозианина. В ее холодных глазах промелькнуло живое пламя, что невольно насторожило Арроу. Альтауэт проанализировал состояние дочери вождя Арна и обнаружил сильное гипнотическое воздействие на ее мозг. Ее сознание кто-то явно контролировал. Не говоря ни слова, Танвия изящно присела перед рэдрозианином. В свете факелов ярко блеснули золотые украшения ее далеко не скромного, но красивого наряда. Она была ослепительна в этом вызывающем костюме наложницы из восточного гарема. Ощущение усиливалось еще и легкой аурой манящего обаяния, которое так же было частью гипноза.

Арроу вспомнил об Иксванзете, что так умело мог манипулировать человеческими слабостями и эмоциями.

Танвия протянула ладонь, чтобы прикоснуться к щеке рэдрозианина, но альтауэт резко одернул голову. В его потемневших глазах промелькнул холодок недовольства. Ничуть не обескуражившись, девушка убрала руку и мягко произнесла:

— Я рада снова тебя видеть, Арроу.

Лицо рэдрозианина не прояснилось.

— Не сомневаюсь, — ответил он, осознавая, что разговаривает не с той Танвией, которую знал, — особенно в этой камере и в цепях.

Лицо эклебки на мгновенье исказилось.

— Не будь жестоким, — обиженно произнесла она. — Ты ведь знаешь, я всегда рада тебя видеть. Но Доро... Многое изменилось с того времени, как ты покинул наше племя. — Девушка слегка подалась вперед, бросив на рэдрозианина красноречивый взгляд. — Но только не моя любовь к тебе...

— Где вождь Арн и Тарес? — оборвал ее Арроу.

Танвия опустила голову.

— Они...

— Мертвы, и скоро ты отправишься вслед за ними, — ответил чей-то голос.

Танвия в страхе резко обернулась и увидела вошедшего в камеру Доро.

— Я говорил тебе, чтобы ты сюда не являлась! — рыкнул на нее эклеб.

Девушка смиренно молчала.

— Убирайся! — приказал Доро, махнув рукой на дверь, и Танвия выбежала из камеры.

— А с тобой мы поговорим завтра, когда твое тело будет извиваться в агонии!

Арроу проигнорировал эклеба, и тот, недовольно скрипнув острыми зубами, вышел из помещения.

Едва в коридоре стихли шаги, в камеру снова проник Рикки. В когтях он держал прекрасный, начищенный до блеска эклебский меч из сверхпрочного сплава. Он походил на тот, что был у рэдрозианина на арене энерголовушки. Арроу осмотрел тяжелое оружие.

— Я рассчитывал на какое-нибудь зеркальце, но это даже лучше. — Рэдрозианин перевел взгляд на птицу. — Не думал, что ты способен перемещать столь большие предметы.

В энергоформе можно было транспортировать только объем в половину собственного веса и то не всегда.

— Заключенная во мне энергия способна и на большее. Скоро ты это узнаешь, — с философской невозмутимостью ответила птица.

— Понятно. — Арроу отвернулся и тут же принялся за работу. Взяв в руку тяжелое оружие, он осторожно пропустил металлическое острие между своим запястьем и кольцом, а затем резким движением сделал рывок в сторону. Раздался громкий треск. Голубая молния оплавила наконечник меча, попалив кожу руки рэдрозианина. Но кольцо было разорванно и тут же бесследно растворилось, точно его и не было. Опомнившись от короткого шока, Арроу посмотрел на второй светящийся ободок. Он в удвоенном темпе поглощал жизненную энергию. Сконцентрировав все оставшиеся силы, альтауэт взялся свободной рукой за кольцо, а с другой стороны за браслет ухватились когти Рикки. Совместными усилиями они разорвали браслет. Произошла новая вспышка, и по камере разлетелся запах озона с примесью паленой кожи. Арроу осмотрел свои кисти. Он получил заметные ожоги, но это было неважно. Главное — теперь Арроу свободен. Полностью свободен, несмотря на толстые стены тюрьмы, которые в следующую секунду он легко преодолел.

***

В сырой камере, на полусгнившей подстилке из заплесневелых папоротников, уже несколько дней сидел закованный в цепи одинокий узник. Он сохранял полную неподвижность, точно жизнь совсем покинула его тело. Но вот в дверях скрипнул ключ, и в темницу вошли два воина. Пленник медленно поднял тяжелую голову.

— Вставай, — приказал стражник, мельком взглянув на оставшегося у входа напарника. — Время обеда.

— Пусть Доро сам ест это пойло. — Узник отвернулся от миски с едой, от которой исходил далеко не приятный «аромат».

— Ну и напрасно, — ничуть не разозлившись, пробурчал тюремщик. Его напарник, стоявший у двери, презрительно хмыкнул. — Сегодня еда немного получше, — продолжал первый воин. — У Доро хорошее настроение.

— Этот кровожадный убийца снова захватил какое-то бедное племя? — с сарказмом спросил пленник.

— Твое счастье, что тебя не слышит Доро. За эти слова ты мог бы поплатиться жизнью, — укоризненно заметил воин.

— О нет, — возразил узник, — он не доставит мне такого облегчения.

— Ты прав, — согласился стражник. Он присел перед пленным, якобы намереваясь проверить его оковы и, украдкой, чтобы не видел его напарник, протянул узнику кусок эклебской лепешки. — Это от Лунси, — тихо произнес воин и, тут же поднявшись, направился к выходу.

— Эй, подожди! — остановил его пленный, машинально спрятав лепешку. — Что произошло во дворце?

— Схвачен Арроу. Поэтому Доро и доволен.

— Арроу?.. — Узник даже привстал от неожиданности.

— Да. Но на этот раз ему не посчастливится скрыться. Ведь против «Экл-дель-Аро» восстала более могущественная сила... — И воин в благоговейном страхе поднял взгляд к закопченному потолку.

Пленник обреченно опустил голову. Он помнил, как на племя Арна обрушилась неведомая сила, которая изменила всю его жизнь. Вождь Арн погиб, а город захватил Доро, которого суеверные эклебы считали в сговоре с духами тьмы. Они даже не подозревали, насколько были верны в своих суждениях.

Когда стражники ушли, пленный достал спрятанную лепешку и, жадно давясь, торопливо ее проглотил. Это была его единственная еда за последних два дня. В предыдущий раз воин, который передал ему кусок хлеба, был казнен. И только сегодня появился еще один смелый эклеб. Пленник едва успел собрать хлебные крошки, как неожиданно в страхе замер, уставившись на противоположную стену. Она озарилась голубоватым светом, а в следующую секунду в помещение проникло призрачное мерцающее облако. Узник в панике попятился назад, беспомощно скользя ногами по гнилой подстилке. Но вот он заметил, как сгусток медленно поплыл к нему и, остановившись в полуметре, плавно принял очертания человека. Глаза эклеба округлились от удивления и неожиданности.

— Арроу?!. — В его голосе послышалось облегчение и радость.

Рэдрозианин жестом приказал ему молчать. Затем, окинул пленника быстрым взглядом.

— Не очень-то веселый у тебя вид, Тарес. Что у вас здесь произошло?

Арроу разорвал цепи и помог другу подняться. Пленник тяжело вздохнул, потирая израненные руки.

— Я и сам толком ничего не могу понять. Все было спокойно, пока на нас не напал Доро. Он недавно стал правителем племени Тоул, убив своего отца. Затем, стремительно захватил земли соседних племен и напал на нас. И все это в невероятно короткие сроки. Просто не знаю, какой злой силой одержим этот свирепый лионгами.

— Зато я знаю какой, — тихо произнес Арроу на рэдрозианском языке.

— Что ты сказал? — Эклеб бросил на альтауэта непонимающий взгляд.

— Ничего. — Арроу отвернулся, посмотрев на дверь. В коридоре по-прежнему никого не было. — Я выведу тебя отсюда. Но освободить племя... Сейчас у меня для этого нет ни времени, ни возможности.

— Я ни о чем тебя не прошу. Только Танвия... Мне больно думать, что она во власти этого изверга, — сказал Тарес.

— Хорошо. Посмотрим, что можно для нее сделать.