— Моя жизнь мало чем была примечательна за это время, — ответила она.

— Но не со скуки же ты решила стать Посвященной, — заметил Рик. — Тем более что одного желания, как я знаю, здесь мало. Тебе кто-то предложил так поступить?

— Я уже об этом говорила, — уклончиво ответила Аулера, но Лайта ее слова явно не удовлетворили.

— Насколько мне известно, в Совет могут вступить только избранные… — Рик замолчал, увидев промелькнувшую на губах девушки ироничную улыбку.

— Ты правильно заметил: в Совет вступают только избранные. Избранные свыше. Однако это не значит, что все Посвященные входят в Совет, хотя на Арсарнарсе многие так привыкли считать. На самом деле избранных только четверо Верховных жрецов из Главного храма. Они и являются Советом Посвященных.

— А остальные? Не может же Арсарнарсом управлять только четверо жрецов, — возразил Рик.

— Могут, если они выполняют волю Высших. Остальные Посвященные являются только исполнителями указов Четырех Верховных жрецов. Хотя… — Аулера отвела взгляд, — я слышала, что по приданию должен быть еще Пятый…

— Пятый?..

— Да. Я читала в криптограммах храма Инметау о Пятом Посреднике, который непосредственно связан с Высшими…

— Да все это сказки жрецов, — отмахнулся Рик. — Они всегда любили все мистифицировать, чтобы забивать мозги простым людям и держать их под контролем. Ведь никто точно не может утверждать, что видел Высших.

— А кто видел, то об этом не скажет, — каким-то странным тоном ответила Аулера. — Но это не означает, что они не существуют.

— Пусть так, — согласился Рик, вставая со скамейки. — Только я не поверю в их существование, пока воочию их не увижу.

— Не искушай судьбу, — заметила Аулера, тоже поднявшись. — Кто знает, что может еще произойти…

Она замолчала, так как неожиданно к ним подбежал взволнованный Редор.

— Что случилось? — первым спросил его Лайт. Он знал, что воин без причины никогда не оставит свой пост на «Бетельгейзе».

— Лаурез, — выдохнул тот и добавил: — Рилайэри, ты должен срочно вернуться в усадьбу. Боюсь, у старпома большие неприятности.

— Хорошо. Я сейчас иду, — ответил Лайт и посмотрел на обеспокоенную Аулеру. — Я вынужден тебя оставить. Может, еще увидимся.

— Позволь пойти с вами. — попросила Аулера. — Ведь мы были одной командой…

— Ладно, идем, — удивительно легко согласился Лайт, после чего все трое покинули гидропарк.

***

По дороге Редор кратко изложил все произошедшее с Лаурезом:

— В особняке нас осталось пятеро из команды. Остальные все были на празднике в гидропарке. Около получаса назад Лаурез вернулся с парка какой-то угрюмый. Ничего не говоря, он закрылся в своей комнате. Потом он позвал дежурного Аресана и приказал принести ему ящик таринского заринса, сказав, что разогреет его сам. Не знаю, что потом произошло, но через десять минут, когда Лаурез с бутылкой заринса вышел из дома, он… как это сказать?.. Словом, был похож на тех ребят в кафе Грост-Эсора после хорошей попойки.

— Заринс никогда не производит такого действия, — возразил Рик.

— Я знаю, но… В общем, худшее случилось позже. В этот момент пришел Зарнаурис с ребятами из военной школы. Старые друзья. Их было семеро. Лаурез угостил их заринсом, после чего они все стали выглядеть «навеселе». Потом они о чем-то спорили, и тогда Лаурез заявил, что собирается восстать против Посвященных.

— Что?!. — В глазах Лайта беспокойство смешалось с недоверием. — Не может быть… — Он бросил быстрый взгляд на испуганную Аулеру.

— Я сам слышал, — возразил Редор. — Он сказал, что жрецы не имеют права принудительно привлекать в свои ряды свободных людей.

— Принудительно? — Лайт нахмурился и посмотрел на девушку. — О чем ты разговаривала с Лаурезом?

Аулера пожала плечами.

— Да ни о чем таком. Просто сказала… что собираюсь стать Посвященной, а он… — она бросила быстрый взгляд на Редора, а потом добавила: — Кажется, он не хотел, чтобы я стала служительницей в храме…

— Кто знает, что еще могло взбрести ему в голову, — пробормотал Рик. — Нужно поторопиться, пока он не совершил глупость… — Лайт замолчал, так как они подошли к фигурным воротам во двор особняка Рилайэри, где четверо воинов с «Бетельгейзе» пытались корректно утихомирить восьмерых ошалевших арсарнарсиан. Те упорно прорывались к улице.

— Только этого не хватало. — Рик быстро поспешил к сопротивлявшимся бетельгейзийцам, которые уже начинали уступать позиции. — Лаурез, что здесь происходит?

— А, Рилайэри… — Расхлестанный и взъерошенный старпом облокотился на плечо одного из подчиненных. — Бунт на корабле! — Он толкнул преграждавшего ему дорогу воина, но тот не отступил. — Нас не выпускают со двора!

Остальные «весельчаки» из военной школы немного поутихли, чувствуя, как их начинала смаривать усталость. Они неумело пытались утолить жажду из больших бутылок с этикетками таринского производства.

— Я спрашиваю, что ты здесь устроил? — Лайт отобрал у Лауреза его напиток.

— Да это заринс. Я взял его на борту…

Лайт нюхнул содержимое бутылки и недовольно нахмурился.

— Таурианское вино?

— Ви-ви-но-о?.. — с трудом ворочая языком, промямлил Лаурез. Однако Рик не удостоил его ответом. Он кивнул своим людям на едва державшихся на ногах арсарнарсиан.

— Отведите их в дом. Еще не хватало, чтобы обо всем узнал Совет. — И Лайт, взяв Лауреза за шиворот, поволок его к зданию.

***

— Никогда не видела, чтобы какой-то напиток мог так воздействовать на людей, — заметила Аулера, когда вместе с Лайтом снова вышла на крыльцо.

— Нам еще повезло, что это было всего лишь таурианское вино. Не пойму, как оно оказалось в бутылках из-под заринса, безобидного тонизирующего напитка. И Лаурез… он всегда дисциплинирован…

— Он спит? — спросила Аулера с каким-то легким оттенком в голосе.

— Да, как и все. Мы еще вовремя пришли, иначе если бы сюда заявились Посвященные… — Он осекся, заметив вошедшего во двор человека в серебристо-сером костюме представителя исполнительной службы Совета Посвященных.

— У нас осложнения, — произнесла Аулера, тоже увидев пришельца.

— Похоже. — В глазах Лайта промелькнула настороженность, однако внешне он оставался невозмутим.

— Смотрю, здесь было весело. — Незнакомец обвел взглядом еще не прибранный беспорядок после недавней оргии приятелей из военной школы.

Лайт внимательно посмотрел на служащего и не без удивления заметил, что пришелец был не арсарнарсианин.

— Теодоро, — ответил незнакомец на взгляд Рилайэри. Аулера невольно переменилась в лице при звуках этого имени. Она машинально сделала шаг в сторону, зайдя за спину бетельгейзийца.

Лайт нахмурился, посмотрев в зрелое (45-50 лет) невозмутимое лицо человека со светлыми серыми глазами.

— Землянин?..

— По происхождению. Теодоро Лилейс из Соннисити. — Пришелец небрежным жестом поднял с земли пустую бутылку и посмотрел на этикетку. — Таринский заринс. Хм, а на запах — таурианское вино позапрошлого века. Высшего качества. Из Танарса.

— Это… оно попало сюда по ошибке, — попытался объяснить Рик.

— И по ошибке было опустошено. — На лице землянина промелькнула жесткая усмешка.

— Хорошо, согласен. Я совершил оплошность, доставив этот напиток сюда…

— Ты даже не знал о спиртном, — остановил Лайта Теодоро и внезапно спросил: — А где Лаурез?

— Он… отсыпается. Но он не виноват, так как тоже не знал о содержимом бутылок…

— Что не помешало ему поглотить напиток и споить семерых алатарцев, — в голосе землянина промелькнула сталь. Он отбросил бутылку и добавил спокойным тоном: — Лаурез должен явиться в зал Совета сразу же, как проспится.

— Он будет наказан? — прямо спросил Лайт.

— Это решит Совет, — коротко ответил землянин и, как бы о чем-то вспомнив, добавил: — Кстати, тебя тоже там ждут. Совет назначает тебя на новую должность.

— Новую? — насторожился Рик.

— Теперь ты будешь Главнокомандующим Космообороны системы Аэрин.