— В пять. Так исторически сложилось. В советское время все считали, что Тихий будет расти каждый год, развиваться, но вышло иначе. Наш поселок зачах, а Самбург пошел в рост.

— А как далеко ты собираешься идти? — Поинтересовалась Полина.

— Не знаю. — Иван вздохнул. — Продуктов на три дня взяли. По-хорошему надо дойти до побережья губы или Тазовского, что почти одно и тоже. Самый верняк понять, что произошло в их краях. Но я почти уверен, что там последствия холода еще хуже, чем здесь. И что воды в губе мы не увидим. Во время землетрясения её тоже смыло на север, а потом она могла и не вернуться из-за сильных морозов. Но это мои догадки, и пока я их не проверю, меня будут терзать сомнения.

— А сколько идти до этой самой губы?

— Дня полтора-два, если всё нормально.

— Давай лучше до губы, мне сегодняшнего общения с лесорубами надолго хватило. Не думаю, что в Тазовском нас встретят как-то иначе. Я уже поняла, что пенсионеры плохой актив, с которым не сунешься к людям.

— Я рад, что ты готова идти дальше. Боялся, что захочешь повернуть назад. — Признался Иван.

— А смысл? Надо хоть какой-то результат принести, а то, как дети, прогулялись немного и вернулись ни с чем. — Рассудила Полина. — А какие инструкции ты оставил, если мы не вернемся в течение недели?

— Я сказал Марселю и дядь Боре, если мы не вернемся в течение десяти дней, чтобы они уходили на юг вдоль Пура.

— Почему на юг? — Не поняла Полина.

— Раз мы исчезли на севере, значит там небезопасно.

— Логично. — Согласилась Полина. — Ну, тогда пошли, следопыт.

Иван выбрал дорогу по следам прошедших смерчей. Они обнажили землю, открыв взору ловушки и посеяли по пути всё, что «украли» у людей.

— Газовая плита, чайник, дверца от машины, ой, а это чья-то рука. — Полина, опознающая в изувеченных предметах имущество жителей Самбурга, в страхе отпрыгнула. — Какой кошмар.

— Я знал, что ты наткнешься на останки. — Иван усмехнулся. — Не всматривайся в них.

— А ты что хотел найти здесь?

— Да что угодно, пригодное в хозяйстве. Любой инструмент, только не электрический, пилы, молотки, отвертки, топоры, лопаты.

— Поняла, буду высматривать инструмент. — Полина с опаской, боясь увидеть человеческие останки снова, принялась рассматривать захламленные окрестности.

По дороге попалась огромная искореженная металлическая емкость с сильным запахом бензина или солярки. Пока ее несло ураганом, мусор как наждаком, счистил с нее всю краску. Металл бочки обильно зацвел ржавчиной. Иван постоял рядом с ней, размышляя над увиденным. Ему пришла мысль, что природа неспроста так активно уничтожает всё, что создал человек. У неё словно была цель обнулить прошлый опыт, потому что он вел не туда и дать шанс человечеству пойти в нужном направлении.

— Ты чего приуныл? — Полина неправильно поняла задумчивость Ивана.

— Задумался. — Он встряхнулся и потер ладонями уши.

— О чём?

— Обо всём. — Иван улыбнулся. — Задержались мы тут, надо наверстывать график.

Ничего нужного найти не удалось. Местные, видимо, уже не раз прошлись по этим местам и подобрали все пригодные вещи. Иван с Полиной наломали хвороста, пока была хорошая возможность и спешным шагом двинулись дальше.

Вскоре дорогу им преградило жидкое клокочущее поле, плюющееся густой грязью, исторгающее сотни паровых фонтанов. Шум здесь стоял такой, будто одновременно кипели сотни огромных кастрюль. В воздухе висел тяжелый смрадный пар, разъедающий нос и глаза.

— Вот тебе и вечная мерзлота. — Усмехнулась Полина, прикрывая нос ладонью. — Теперь будет вечная булькота.

— Да, думаю эти штуки появились тут надолго, на тысячелетия, пока все трещины в земной коре не запломбируются. — Иван огляделся, выбирая удобный маршрут и увидел, зеленую полянку с елями и травой. — Смотри, оазис. — Он указал рукой.

— Ого, это то, о чем говорили злые дровосеки.

— Да, это такое же место. — Иван направился к нему. — Горячие источники появились чуть раньше, чем пришел мороз и смогли согреть частичку живой природы.

Вблизи оказалось, что оазис не такой уж и маленький. Метров двести в длину, идущий вдоль поля горячих источников, и в самом широком месте он достигал тридцати метров. Растущая непосредственно у источников трава и ели пожелтели от высокой температуры и высокой концентрации солей.

Иван присел над травой и любя провел по ней ладонью, получая несказанное удовольствие от кусочка сохранившейся природы.

— Морошка. — Обрадованно сообщила Полина и сорвала ягоду.

— Старайся не топтать. — Попросил ее Иван. — Это же инкубатор для будущего мира.

— У, леший. — Полина показала ему язык. — Будешь витаминку? — Она съела половину ягоды, протянув остатки в ладони.

— Ешь сама. — Отказался Иван.

Полина спорить не стала, съела с причмокиваниями, наслаждаясь вкусом. Иван прошелся по краю оазиса, что-то высматривая. Потом нагнулся над молодой сосенкой и выкопал её руками с большим количеством земли. Вынул из рюкзака кусок ткани и завернул в нее корни. Деревце убрал в рюкзак, оставив верхушку выглядывать наружу.

— Посажу там, где мы найдем место, пригодное для жизни. — Объяснил он Полине свои действия.

— Пометишь, так сказать, свою территорию как настоящий леший. — Пошутила Полина.

— Можно сказать и так. Вдруг там все вымерзло?

— Ты прав. У меня даже мысли такой не возникло, чтобы перенести растение. Всё, на что я способна, это посмотреть, что тут можно сожрать. — Полина рассмеялась. — Мы с тобой, капец, какие разные. А это может быть причиной взаимной тяги?

— В физике, да. — Иван посмотрел на Полину с ироничной улыбкой. — Ты ассоциируешь себя с магнитом?

— Для денег? — Полина рассмеялась. — Был у меня такой талисман, но не работал. Ладно, если серьезно, то я чувствую в тебе то, чего нет во мне. И что мы станем полноценнее, если впитаем взгляды друг друга на жизнь.

— Определенно. — Согласился Иван.

— Определенно. — Хмыкнула Полина. — Я ему душу открываю, а он, определенно. Ты из той категории мужчин, которые после первой брачной ночи на вопрос молодой жены, как тебе было, отвечают, норм.

— Прости, Полин, не было опыта. На природе не надо разговаривать, надо наблюдать. Слова придумали, чтобы обманывать друг друга, за людей говорят их поступки. — Ответил Иван добродушно.

— Бл… блин, ты кто, адвокат дьявола? Тебя не переспоришь. — Полина уставилась на Ивана.

— А мы спорили? — Удивился Иван. — Так, хватит терять время на болтовню, идем дальше. Надо успеть до темноты найти подходящее место для ночлега. Ветер меняется, боюсь, что ночь будет очень холодной.

— Как ты определил? — Полина посмотрела на туман, который, как и полчаса назад, тянуло ветром в ту же сторону.

— По облакам. Видишь сплошная линия по небосводу образовалась?

— Вижу.

— Это значит, что к нам приближается обширный атмосферный фронт. А движется он с севера. Пока еще не дошел, но это дело ближайшего времени. Через полчаса мы точно почувствуем его.

— Метеостанция, а не человек. Мистер прогноз погоды. — Полина хихикнула и шлепнула Ивана под рюкзак.

Крюк, чтобы обойти аномальное клокочущее поле составил пару километров. Как только его тепло прекратило обогревать путников, сразу стало понятно, как был прав Иван. С севера тянуло промозглым ледяным ветром. Полина вместо платка повязала на голову полотенце, боясь простудиться. Иван натянул капюшон. Всякие мысли одолевали его. Боялся, что смысла нет идти на север, если там так холодно. Готов был дойти до конца сегодняшнего дневного маршрута и повернуть назад, посчитав выбранное направление неперспективным. Но тут, откуда ни возьмись, снова появилась Изольда. Она догнала их молча и бежала позади Полины, пока та случайно не обернулась и не вскрикнула от неожиданности.

— Твою мать, Изольда. — Громко укорила она животное. — Вот реально, песец подкрался незаметно. Я чуть в штаны не наделала из-за тебя.

Иван обрадовался появлению животного. Оно стало неким талисманом новой жизни, помогая делать выбор в сложные моменты. Изольда появилась как раз в тот миг, когда он думал о будущем, и не мог сделать выбор. Песец убедил его продолжить движение на север.