— Не надо, чтобы кто-то знал о нас. По крайней мере, в ближайшие лет пять. — Решил глава общины. — Вдруг, информация уйдет дальше, и сюда полезут все кому не лень. Узнают, что вулкан стал мостом и попрут. А что мы им сделаем?

— Они слишком далеко отсюда. И те, кто могут нам навредить, вряд ли слушают каналы военных. — Привел Матвей свои аргументы. — Илья нам рассказывал, что у Краснодара военные наоборот, наводят порядок. Я считаю, что мы можем обрести защиту, если дадим о себе знать.

Сошлись на том, что Илья самостоятельно должен был принять решение сообщать о «Затерянном мире» или нет по личной оценке людей.

— Но если вы вдруг попадете к каким-нибудь бандитам, о нас ни слова. — Предупредил Игнат.

— Само собой. — Илья понимал, кому и о чем можно рассказывать. — Надеюсь, что за зиму их количество сильно убавилось.

Из оружия ему вернули автомат, добытый в бою, и два магазина патронов, трофейный нож и специальное шило для скрытого ношения. Оно крепилось к запястью под одежду. Шило взводилось пружиной и защелкивалось замком. Активировать его в боевое положение можно было ударом внутренней стороной запястья по коленке. Важно было при этом держать ладонь вытянутой, чтобы шило не воткнулось в пальцы. Ладонь сжималась в кулак, а пятисантиметровый шип торчал промеж среднего и указательного пальцев. Александр, собравший этот механизм по собственной инициативе, назвал его оружием последнего шанса.

Жители скинулись едой и одеждой. Матвей Леонидович пожертвовал любимые кирзовые сапоги. Даше нашлись крепкие ботинки больше на два размера. Солома набитая внутрь, сделала их по ноге. Из еды собрали давленой пшеницы, чтобы по дороге готовить липучку, десяток яиц, силос, несколько незрелых кукурузных початков и саму липучку, замешанную с молоком и яйцом. Но это было на первый день, потому что такая еда портилась быстро.

Вышли Илья с Дашей на рассвете. Прощание с Максимом и Гулей прошло тяжело. Девушки плакали, понимая, что больше никогда не увидятся. Максим проводил их за километр от штольни.

— Ладно, народ, желаю вам добраться до Оренбурга без приключений. Мы с Гулей будем молиться за вас каждый день, а вы там не лезьте никуда без ума. — Он посмотрел на Дашу, как будто это предупреждение адресовал в первую очередь ей. — Слушайся Илью.

— Конечно, я теперь девушка ученая, буду слушаться того, кто умнее. — Согласилась Даша. Поцеловала Максима в щеку. — Береги Гулю.

— Конечно, буду беречь. Тут ей конкуренток нет.

Они немного постояли, не зная что еще сказать, но не желая просто так разойтись.

— Ладно, Макс, долгие проводы, лишние слезы. — Илья протянул руку. — Доберемся, найду твоих родителей и сообщу, что ты жив, а они уже дед и бабка.

— Спасибо, Илюх. Всё, давайте, ни пуха, ни пера, ни гвоздя, ни жезла, ни бандита, ни разлома.

— Пока.

Илья с Максом обнялись, похлопали по плечам и разошлись. Сопровождающий процессию Геннадий, обогнавший их на Макарке на пару сотен метров вперед, вернулся.

— Надо спешить. — Поторопил он. — Что-то мне нравится, как ведет себя вулкан. Дымок черный пускает. Не к добру.

Илья с Дашей прибавили шаг. Алабай Бывалый лениво бежал рядом, низко держа нос и часто останавливаясь, чтобы что-то обнюхать или пометить. В утренней дымке начинающегося рассвета черная полоска дыма выделялась отчетливо. Вчера ее точно не было.

— А может, останетесь? — Спросил Геннадий. — Не стоит игнорировать знаки.

— Если нам суждено остаться, то извержение начнется до того, как мы дойдем до него. — Решила Даша.

— Как знаете. — Пастух пожал плечами. — Был я в вашем Оренбурге. Служил срочку в Тоцке, а нас пару раз возили в областной центр на концерты. Ничего особенного, город как город.

— Дело не в городе. — Ответил Илья. — Внутренняя потребность сообщить родителям, что мы живы. Душа не на месте и будет не на месте всегда. Не хотелось бы прожить с этим ощущением всю жизнь.

— Понимаю. У Матвея та же проблема, но он как-то смог сам с собой договориться.

— Не договорился он, мучается от неизвестности. У него другая проблема, непонятно куда идти, и страх потерять внука на этом пути. — Пояснил Илья, имеющий пару бесед по душам с Матвеем Леонидовичем.

Солнце полностью вышло из-за горизонта, когда они подошли к ноздрястому каменному полю застывшей лавы. Из жерла вулкана поднимался дым, а под ногами чувствовалась мелкая вибрация. Бывалый не стал подходить близко и смотрел на глупых людей издалека. Илья вынул приготовленные деревянные подошвы и принялся подвязывать их вначале Даше, затем себе. Прошлись на пробу. Застывшая лава издавала громкие звуки, напоминающие ходьбу по колотому стеклу.

— Ну, Геннадий, спасибо, что проводил, дальше мы сами. — Взволнованно произнес Илья.

— Нет уж, я дождусь, когда вы перейдете на ту сторону. — Геннадий взял Макарку под уздцы. — У меня такое задание.

— Ясно. Ну, тогда наблюдай. Всего хорошего. — Илья помахал рукой.

— Желаем «Затерянному миру» процветания. Будем скучать. — Даше тоже помахала на прощание.

Илья взял ее за руку, и они пошли по шумной поверхности остывшего вулкана. Обойти жерло решили по правой стороне, как более высокой. Опасная зона простиралась длиной в полкилометра. Илье хотелось пройти ее на максимальной скорости. Черный дым нервировал его, создавая ощущение горящего бикфордова шнура, ведущего к пороховой бочке.

Чем ближе к эпицентру они подходили, тем явственнее передавалась дрожь. Воздух впереди плыл от жара, исходящего из недр. Солнце неравномерно отражалось в подвижных слоях, создавая поразительную ажурную игру света. Они доходили до этих мест и раньше, и ничего из того, как было, не поменялось. Огромный слой раскаленного камня внизу мог годами держать поверхность в горячем состоянии.

Стало жарко. Илья прикрыл лицо заранее приготовленной маской, чтобы не вдыхать раскаленный воздух. Черный хвост поднимающегося дыма находился ровно слева. Они достигли середины пути, самого горячего места. Любая остановка здесь грозила им последствиями. Запахло горячей одеждой и деревом. Деревянная подошва как будто начала дымиться.

По поверхности пробежала ощутимая дрожь. Вулкан ухнул и выплюнул вверх малиновый сгусток дымящейся лавы. Он упал в паре сотен метров позади и пробил собой застывший слой. По поверхности пробежала волна, ломающая ее. Из всех трещин потянулся дымок. К счастью волна быстро угасла в вязкой лаве, не достав до ребят. Но это подстегнуло их резко ускориться.

Через триста метров температура начала ощутимо снижаться. Однако ноги еще горели. От деревяшек поднимался сизый дымок. Вулкан не собирался утихать. Его снова сотрясло, и в этот раз он вздыбился краями жерла. Наружу громко вылетело облако дыма и пыли. Илья и Даша припустили, не помня себя от страха. Им казалось, что края разлома обрушатся раньше, чем они успеют до них добежать, и окажутся запертыми на извергающемся вулкане без всякого шанса на спасение.

Последние метры дались очень тяжело. Застывший камень, больше похожий на стекло, начал растрескиваться от толчков. Края щетинились зазубренными лезвиями, грозя располосовать руки и тело при падении. Только когда Илья и Даша ступили на землю, они позволили себе немного сбавить шаг, но не остановиться. Хотелось уйти как можно дальше от разлома, чтобы не оказаться рядом, когда он начнёт осыпаться.

Они остановились через километр. Геннадия, естественно, с такого расстояния они уже не увидели. Хотелось думать, что он зафиксировал их удачный переход и вернется в «Затерянный мир» с хорошей новостью.

— Ну, Дарья, поздравляю нас с переходом через вулкан. — Илья поцеловал подругу.

— Похоже, он решил закрыть единственные ворота на ту сторону. — Подруга вытерла пот со лба. — Символично, что это случилось именно сегодня. Мы единственные, кого выпустили оттуда. Значит, так было задумано свыше и нам повезет.

Вулкан снова громко выстрелил, оповещая округу о своем строптивом характере. На поверхность выплеснулась раскаленная лава и медленно потекла под уклон. Илья вынул из рюкзака старую карту, чтобы понять, куда держать путь. Он помнил ее в деталях и мог не смотреть, но так ему казалось правильнее и надежнее. Илья чувствовал себя путешественником, или даже первооткрывателем, открывающим давно известные места заново.