Иксаэн молча посмотрел на девушку в странной с его точки зрения одежде и, отвернувшись, продолжил путь. Однако за внешним спокойствием отшельника скрывался целый вихрь противоречивых мыслей. Чем дальше, тем девушка все больше его поражала и в то же время настораживала своей непредсказуемостью и скрытой силой.

Его мысли неожиданно прервало появление гибисов. Они как всегда с истошным криком внезапно напали из-за деревьев. Хищники явно были или очень голодными, что вышли на охоту днем, или просто оказались случайно разбуженными. Иксаэн увернулся от двух животных и сбил их энергошарами из своего «посоха». Но в это время третий успел навалиться девушке на плечи, закрыв ее своими серыми перепончатыми крыльями. Отшельник бросился на помощь к Иризетт, но внезапно чудовище исчезло, как будто его и вовсе не было. Испуганная и одновременно разозленная Ариазетта гневно сверкнула глазами. Она метнула в двух оставшихся гибисов голубые заряды, подобные тем, что концентрировал посох Иксаэна, только много большей мощности. Энергосгустки поразили цель, испепелив животных, и по ходу свалили еще несколько деревьев, после чего попали в скалу, выбив из нее порядочную груду камней. Свист, треск, грохот и все стихло. Только догорали остатки ветвей, да медленно оседала пыль.

— Ничего себе… — Иксаэн посмотрел на приличный разгром и перевел взгляд на девушку. — Ты не говорила, что умеешь… стрелять.

Ариазетта пожала плечами.

— Я и не знала, что умею. Это вышло как-то само собой… Я увидела, как стрелял ты и тоже попробовала… — Девушка образовала в ладони сферический сгусток голубого цвета. — У меня получилось. — Она сжала пальцы, погасив заряд.

— Но я стрелял при помощи концентратора, — Иксаэн указал на свой посох. — А ты… У нас на подобное способны только Верховные жрецы, такие как Оллиас. — И отшельник внезапно спросил: — Может, у тебя еще есть какие-нибудь таланты?

— Не знаю… — Ариазетта посмотрела вдаль и, что-то придумав, простерла вперед вытянутую руку с раскрытой ладонью. Тут же, как по волшебству, деревья расступились, открыв мощенное ровное шоссе, конец которого терялся где-то вдалеке.

— Мне надоели этот лес, грязь и коряги, что мешают идти, — сказала она. — Так гораздо удобней.

Иксаэн посмотрел на каменные плиты, что были удивительно точно подогнаны одна к другой. В глазах отшельника настороженность смешалась с недовольством.

— Хм, не спорю, может, так и удобней, но… ты знаешь, куда ведет эта дорога? — спросил Иксаэн.

Девушка пожала плечами.

— Я об этом не думала.

— В таком случае мы не сможем прийти по ней к цели, — ответил Иксаэн.

Кристаллианка обиженно вздохнула.

— Я посчитала, что так будет лучше. Мне надоел этот жуткий лес, я устала пробираться через царапучие кусты и грязные канавы, — сказала Иризетт.

— Ничего не поделаешь. В жизни не все так выходит, как мы хотим, — ответил ей Иксаэн.

— Почему? Я ведь захотела, чтобы появилась дорога и она вот, — девушка указала на шоссе. — Захотела сменить внешний вид — тоже получилось. И гибисов одолела. Значит можно достичь, чего хочешь, — закончила Иризетт.

— Так может ты захочешь вспомнить кто ты и откуда ты? — предложил Иксаэн.

Девушка неопределенно пожала плечами и с готовностью прикрыла глаза, усиленно сосредоточившись на поставленной цели. Ее тонкие черные брови дрогнули в напряжении, начертив на переносице тонкую складку, и тут же мышцы лица Ариазетты расслабились в маске разочарования.

— Не получается, — выдохнула она. — Я вижу только мрак и помню только мрак.

— А может… ты просто не хочешь вспомнить? — внезапно спросил отшельник.

Девушка нахмурилась.

— Ты мне не веришь? Думаешь, я умышленно притворяюсь, что ничего не помню? — обиженно заметила она.

— Нет, конечно нет. Я верю тебе. Просто… может, в твоем прошлом было что-то такое, к чему ты не хочешь возвращаться и не хочешь помнить, — пояснил отшельник.

Ариазетта пожала плечами.

— Не знаю, — неуверенно ответила она. — Мне кажется, я хочу узнать свое прошлое… и в то же время не хочу, — девушка отрицательно покачала головой. — Я не знаю…

Окружающий пейзаж тут же изменился, мощеная дорога исчезла, вернув лесу его первозданный вид.

Иксаэн ласково коснулся поникшего плеча девушки, заставив ее поднять голову.

— Ничего, все будет хорошо, — сказал он и добавил, чуть улыбнувшись: — Какая же ты все-таки удивительная и непостижимая.

— Почему? — коротко и прямо спросила девушка.

— Потому что порой ты ведешь себя как наивное дитя. Твое сознание, — он коснулся щеки девушки, — чистый лист. Ни единой записи прошлого. А подсознание, — Иксанзетт скользнул пальцами к ее виску, — вмещает все мироздание. Ты мягкая, как вода и в то же время можешь стать разрушительным цунами. Нежная, как воздух со скрытой силой урагана. Ты можешь быть ласковой, как солнечный свет и сжечь до тла, все превратив в пустыню. Я не знаю, кто ты: Звезда Космоса, что предвещает конец или… просто заблудившееся дитя…

— А может и то и другое, — произнес внезапно чей-то голос.

Иксаэн и Ариазетта обернулись и увидели фигуру человека в белой мантии.

— Оллиас?.. Ты… здесь?

— Время требует безотлагательности, — ответил жрец и посмотрел на Ариазетту. — Значит, ты и есть Иризетт, Вечерняя зоря, Звезда Космоса.

Оллиас провел в пространстве рукой, и девушка приняла первоначальный образ рэдрозианской богини. Взгляд жреца внимательно оглянул кристаллианку, а затем внезапно потемнел, и жрец, указав на Ариазетту пальцем, неожиданно приказал Иксаэну:

— Ее нужно уничтожить!

Девушка в страхе отшатнулась, машинально перевоплотившись в прежнее коричневое платье, как будто пытаясь спрятаться за неприметным серым образом. Отшельник невольно опешил от подобного заявления.

— Уничтожить?.. Но почему? — не понял он.

— Убей ее! — закричал жрец. — Иначе она принесет гибель всему нашему миру!

Иксаэн посмотрел на девушку, в сапфировых глазах которой застыло непонимание и страх, а потом снова обернулся к жрецу и отрицательно покачал головой.

— Этого не может быть. Здесь какая-то ошибка. Она… она не может принести вред…

— Ее сила может, — ответил жрец. — Безграничная сила. Ее аналогов нет во вселенной. Так говорит Пророчество. Ей нельзя существовать.

Иксаэн снова перевел в6имание на Ариазетту. Да, он понимал, что в ней скрывается мощная сила. Он даже согласен был предположить, что она из Высших жриц. Но убить ее он не мог. Не хотел. И другим не позволит.

Он вновь обернулся к Оллиасу.

— Но может, это не она. Или в Пророчестве ошибка.

— Это она. Точно она. И в Пророчестве ошибки нет: тело — богини, разум — ребенка, а сила — Высшего существа. И ты сам знаешь, что это она. Ты должен ее убить! — стоял на своем жрец.

— Я не могу, — упрямо возразил отшельник и добавил, как бы оправдывая свое решение: — И у меня нет такой власти и силы. Я ведь простой человек.

Ариазетта в странном оцепенении взирала на спорящих мужчин, не смея вмешаться в этот опасный разговор. Да ей и на ум это не приходило.

— Только ты можешь ее уничтожить и больше никто, — продолжал настаивать Оллиас.

— Только я? Почему?

— Сам подумай, ты знаешь ответ, — уклончиво произнес жрец.

Иксаэн внимательно посмотрел на Оллиаса, и его лицо неуловимо переменилось.

— Хочешь сказать, что она…

— Твоя вторая частица. Поэтому ты сможешь ее убить. Пока не поздно.

Иксаэн медленно повернул голову к девушке и их глаза встретились в бесконечном мгновении Вечности, в котором отразились все времена и пространства. Отшельник с трудом отвел взгляд и, растерянно посмотрев на жреца, отрицательно покачал головой.

— Я не смогу…

— Ты должен. Иначе, если ею овладеет зло — всему придёт конец.

— Какое еще зло?.. — Иксанзетт непонимающе нахмурился.

Жрец не ответил. В этот момент небо потемнело, и между внезапно возникшими свинцовыми тучами пронеслась серия мощных разрядов молний.