— Солнечная система, — коротко ответил Аунорес, не отводя взгляда от экрана.

— Солнечная?!.Значит мы рядом с Землей? — Лицо Стеллы преобразилось. — Но как мы здесь оказались?..

— Именно это хочу знать и я, — ответил Аунорес, посмотрев на огонек автопилота. — «Альфар»…

— Неполадки в системе, — коротко ответил компьютер, — вследствие чего произошел сбой курса.

— Ничего себе сбой! Как это могло случиться?

— Точных данных нет. Видимо из-за катастрофы мои системы были полностью выведены из строя, что привело к дрейфу в гиперпространстве.

— Ну что ж, тогда возвращайся к первоначальному курсу, — сказал Аунорес, но Стелла его внезапно остановила:

— Нет, подожди.

Рэдрозианин посмотрел на землянку и прежде, чем та что-либо произнесла, он первым произнес:

— Ты хочешь вернуться на Землю.

— Мне кажется, я не должна упускать такой удачный шанс, — и как бы оправдываясь, Стелла добавила: — По сути, я всего лишь корреспондент и не могу брать на себя ответственность посла от всей цивилизации. Даже всего Галактического Альянса…

Некоторое время Аунорес молча смотрел на девушку, ощущая в душе необъяснимый разлад. Ему почему-то не хотелось ее отпускать. Только сказать об этом Стелле он не решился. Поэтому Аунорес отвернулся, подавив все чувства, которые в данном случае он считал недопустимыми по отношению к инопланетянке.

— «Альфар», сколько времени уже длится наш полет? С момента воспламенения гиперпространства, — спокойным голосом спросил он у компьютера.

— Точные данные отсутствуют, так как существует временной пробел дрейфа в гиперсреде и остается неизвестным момент пребывания в аномальном вихре гиперпространственной «черной дыры»…

— Какой еще черной дыры?.. — не понял Аунорес.

— Необъяснимая аномалия. Мы угодили в нее сразу же после ухода Арроу. К тому же, еще остается неясным, на сколько лет в будущее нас перенес АРЭС-Альтауэт…

— В общем, ты не знаешь, сколько времени прошло, — подытожил Аунорес.

— Точно — нет.

— А приблизительно?

— Исходя из некоторых данных… около сорока рэдрозианских лет.

— А земных значит…

— Двести, — ответил компьютер на языке Солнечной системы.

Аунорес посмотрел на девушку. Она была заметно поражена столь длительным перемещением в пространстве и времени.

— Для вас это достаточно большой отрезок, — заметил Аунорес.

— Да, правда, — согласилась Стелла. — Но я все же хочу увидеть Землю и… может случится, что на самом деле времени минуло не так уж много.

— Может быть, — согласился Аунорес, хоть сам в это не верил. — Где тебя лучше высадить?

— Ну… так, чтобы у тебя не вышло проблем с Противокосмической Обороной Земли…

— Не беспокойся, «Альфар» везде пройдет незаметно. Даже возле любого секретного объекта, как бы сильно он не охранялся.

— О, даже так! — Стелла улыбнулась, невольно бросив взгляд на сложную структуру пульта. — Тогда бы я хотела высадиться в Старсити рядом с Гранд-парком. Там у меня недалеко от центра квартира. Если, конечно, ее не конфисковали за неуплату…

Аунорес кивнул и дал соответствующий указ компьютеру.

Всю оставшуюся часть пути летели молча. Рэдрозианин замкнулся в себе, пытаясь разобраться во внезапно вспыхнувших необъяснимых чувствах. А Стелла, изредка поглядывая на помрачневшего юношу, не решалась нарушить воцарившуюся в салоне тишину. Но вот голубая планета постепенно становилась все ближе, увеличиваясь в размерах, и вскоре «Альфар» уже вошел в подернутую облаками атмосферу. Он и в самом деле оказался никем не замеченный. Космолет невидимым призраком заскользил над высокими домами космоцентрийского города, в котором прежде рэдрозианский летающий аппарат уже не раз бывал.

Именно здесь в далеком прошлом провел несколько лет своей жизни Арроу. Именно здесь произошла его первая встреча с Джой Лилейс, давшая начало целой серии фантастических событий и романтических чувств. Но кроме «Альфара», об этом никому не было известно, и для пассажиров космолета Старсити выглядел как обыкновенный город: знакомый для Стеллы и чужой для Аунореса.

Летающий объект плавно опустился на пустынной площадке тенистого сквера, всколыхнув ветви близстоящих деревьев. Аунорес наконец-то вышел из задумчивости и посмотрел на землянку.

— Ну вот и все, — произнес он. — Ты уже дома. Поблизости никого нет, так что можешь, не привлекая внимания, спокойно покинуть космолет.

Стелла кивнула, благодарно улыбнувшись. Она встала с кресла и направилась к дверям. Но сделав пару шагов, девушка вновь посмотрела на рэдрозианина. Аунорес почувствовал ее взгляд и медленно обернулся в кресле. Землянка невольно замерла, встретившись с его такими необычными переливчатыми глазами. Казалось, в них искрился целый океан.

Аунорес поднялся с кресла и неторопливо приблизился к девушке. Минуту он молчал, опустив взгляд, а затем, вновь посмотрев на Стеллу, нерешительно произнес:

— Может, нам когда-нибудь доведется увидеться…

— На Бетельгейзе? — спросила девушка и, улыбнувшись, добавила: — Я еще не успела тебя поблагодарить. Если б не ты… мне бы никогда не довелось увидеть Землю…

Аунорес смущенно улыбнулся.

— Я просто не мог позволить тебе погибнуть…

Он снова посмотрел в глаза девушки. Очарованная его взглядом Стелла приподнялась на цыпочках и медленно коснулась устами его губ. Она тут же с удивлением ощутила, как в голове закружился искрящийся вихрь, жаром пробежавшись по всем ее жилам. Девушка перевела дыхание, поразившись столь необычному ощущению. Она вновь робко подняла нерешительный взгляд к Ауноресу, и юноша, машинально подчиняясь ее мыслям, снова склонился к ее лицу. Стелле показалось, что ее душа воспарила на крыльях, а сознание вспыхнуло мириадами разноцветных звезд. Упоительный трепет охватил все ее тело, слабостью растекаясь в каждой клетке. Девушка никогда не думала, что способна пережить подобные ощущения, похожие на чувства первой пламенной любви. Даже ее отношение с Марком не шли ни в какие сравнения с этим эмоциональным всплеском. Он буквально перевернул всю ее сущность.

В отличие от девушки, Аунорес был охвачен не столь радужными ощущениями, внезапно натолкнувшись на глухой барьер нетрансформирующейся телесной оболочки. И хоть подобная реакция не оттолкнула его от девушки, но все же слегка охладила пыл, заставив вспомнить о благоразумии и отступить. Он мягко отстранился от Стеллы, и девушка, медленно придя в себя, нерешительно произнесла:

— Я… ничего подобного еще не ощущала…

— Извини… — Аунорес отвел взгляд. — Твои мысли… были так открыты…

Стелла улыбнулась.

— Кажется… я не против, чтобы ты читал подобные мои мысли… — И тут же смутившись, добавила: — Ну, мне пора. Прощай! — И она торопливо выбежала из салона.

— Эо-анор! — тихо ответил Аунорес, глядя ей в след.

Некоторое время он стоял на месте, а затем, глубоко вздохнув, вернулся в кресло, коротко приказав:

— «Альфар», взлетаем.

Стелла отбежала от космолета и обернулась назад, но кроме порыва ветра, всколыхнувшего ветви деревьев, она уже ничего не увидела. Душу девушки охватила странная тоска, холодом одиночества пробежав по коже. Стелла печально вздохнула и, отвернувшись, побрела к центральной аллее, ведущей на широкую улицу, где находился ее дом.

***

«Альфар» быстро удалялся от Земли, и вскоре голубая планета скрылась из вида, исчезнув во мраке космического пространства.

В полном молчании Аунорес угрюмо смотрел на малый экран заднего обзора, где постепенно удалялась желтоватая точка Солнца. Он не мог избавиться от странного щемящего чувства, подстрекавшего его вернуться назад. Но юноша упорно ему противостоял, убеждая себя в правильности собственного поступка. Они со Стеллой были абсолютно чужими, и если девушка еще могла надеяться на чудо неземных чувств, то Аунорес отлично осознавал, что подобное невозможно. Ведь он — рэдрозианин, и мысль о близких отношениях между столь разными представителями чужих планет, миров, даже галактик была просто абсурдной.