Шум воды заглушил грохот в коридоре, где Лайт безуспешно пытался справиться с восставшим врагом. Милена как раз вновь возвращалась из ванной комнаты, на ходу вытирая мокрые волосы, когда внезапно она ощутила сильный спазм боли в груди, от которого сбилось дыхание. Судорожно хватая ртом воздух, Милена села на кровать, пытаясь справиться с непонятным приступом. С трудом ей удалось немного нормализовать дыхание и успокоить дико колотящееся сердце. В этот момент до слуха девушки долетел короткий сдавленный вскрик. Искательница тревожно встрепенулась, чувствуя, как все внутри нее похолодело от непонятного ужаса.

— Рик…

Она не знала, почему ее мысли обратились к образу бетельгейзийца. Не раздумывая ни минуты, Милена выскочила в коридор.

На мгновение ее ослепило сияние двух шарообразных сгустков. Они одновременно взмыли вверх и растворились в пространстве. Милена проводила их обеспокоенным взглядом и оглянулась по сторонам. Она различила распластавшуюся на полу чью-то фигуру. Девушка приблизилась к телу воина, в груди которого торчал клинок, и заглянула в его бледное лицо с сомкнутыми веками. С губ Милены сорвался истошный крик, когда она узнала капитана «Бетельгейзе». Девушка бросилась к Лайту, пытаясь найти хоть какой-нибудь признак жизни в его неподвижном теле. Лихорадочно ощупывая пульс на запястьях и шее, как это обычно делается у землян, она наконец смогла различить слабое биение сердца.

— Нет, только не умирай!.. — тихо молила девушка. Она хотела вытащить клинок, но передумала, опасаясь сильного кровотечения.

Милена огляделась по сторонам и громко позвала на помощь. На ее зов явилось двое воинов-бетельгейзийцев, одним из них оказался Редор.

— Скорее, Рик умирает. Сделайте же что-нибудь!

— Что случилось? — спросил Редор на земном языке. — Рилайэри?.. — Он тут же приказал своему напарнику: — Беги за Лаурезом и доктором Эрионом. — Сам же он с завидным хладнокровием и тщательностью побывавшего в переделках опытного воина осмотрел раненого.

— Прижми здесь пальцы, — Редор положил руки девушки на рану. — Нужно вытянуть клинок. Только осторожней с амулетом… Силы небесные! Цепь разбита!.. — В глазах воина промелькнул неподдельный страх.

— Рана опасна? — спросила испуганная Милена. — Он… умрет?..

— Не знаю… — Редор взял рукой за кинжал и осторожно его вытянул из раны.

Проступила розоватая кровь, которая мгновенно стала ярко-серебристой, окрасив пальцы девушки. Ее цвет озадачил не только Милену, но и Редора. Ведь он отлично знал, что у арсарнарсиан кровь пурпурно-фиолетовая.

— Что здесь случилось? Рилайэри?.. — подбежавшие Лаурез и Аулера в нерешительности замерли, в то время как доктор Эрион оглянул пациента.

— Клинок. — Редор передал старпому оружие. — Он разбил звенья цепи амулета.

— Что? Как это?.. — Лаурез опешил, а Аулера в ужасе отшатнулась и стала шептать молитвы. Даже в светлых глазах доктора промелькнула тревога.

Только Милена, не понимая в чем дело, с немым отчаянием взирала на арсарнарсиан.

— Его нужно перенести в каюту и поскорее доставить на Арсарнарс, — наконец заключил Эрион.

— Может, ему лучше будет в медлаборатории? — предположила Аулера.

— Это ничего не даст. Физически рана не серьезна. У нас же нет оборудования для «ремонта» амулетов Эрио. Впрочем, я даже не уверен, что ему помогут на Арсарнарсе, — ответил доктор. Он присел рядом с Миленой и осторожно убрал с груди бетельгейзийца ее перепачканные серебристой кровью ладони. Затем притрусил рану белым порошком. Кровь тут же перестала течь, а поврежденные ткани начали быстро восстанавливаться.

Подошли два воина с носилками. Лайт вскоре был транспортирован в свою каюту.

— А теперь, — произнес Эрион, когда капитана заботливо уложили на эластичную кровать, — я бы хотел знать, что же все-таки произошло?

— Да, — подтвердил Лаурез, посмотрев на Милену. — Как это случилось?

Девушка пожала плечами, не в силах сдержать слезы.

— Я была в своей каюте, когда услышала странный шум. Я вышла в коридор и… увидела Рика раненым… — Она посмотрела на неподвижного капитана «Бетельгейзе».

— Но кто мог напасть на Рилайэри? — Лаурез снова посмотрел на Милену. — Ты не заметила ничего подозрительного?

Землянка отрицательно покачала головой.

— Нет… только, — внезапно вспомнила она, — яркий свет. Меня на секунду ослепило сияние двух сферических сгустков, которые тут же исчезли. Не знаю, может мне показалось…

Аулера услышав ее слова, резко подняла голову, и в ее глазах промелькнуло беспокойство.

— Не был ли один сгусток фиолетового цвета? — внезапно спросила она.

— Аулера… — Лаурез со скептицизмом посмотрел на девушку. Но Милена ответила:

— Один может быть… Я точно не знаю. Они были слишком яркие.

— Это наказание, — вздохнула арсарнарсианка, обреченно прикрыв руками лицо.

В глазах Лауреза появилась тревога, но он на этот раз промолчал.

— Наказание это или нет, но сейчас Рилайэри нужен полный покой, — нарушил тишину доктор. — Поэтому попрошу всех покинуть каюту.

— Я побуду рядом с ним, — попросила Милена. — Ведь за ним нужен присмотр…

Доктор посмотрел на Лауреза, затем на Аулеру, которая в знак согласия кивнула.

— Хорошо. Позже тебя кто-нибудь сменит.

И все вышли из комнаты, оставив Милену одну у ложа раненого.

Сложно сказать, как долго искательница просидела возле кровати, тщетно ожидая, что Лайт проявит хоть слабый признак жизни. Если б не едва уловимое сердцебиение, Милена бы и вовсе отчаялась. Но эти легкие намеки на жизнь вселяли в ее сердце проблеск надежды. Хотя, вместе с тем, Милена понимала, что Рик умирал. Медленно, но неизбежно. И жизнь уходила из его тела через разбитые звенья странного амулета.

Девушка осторожно прикоснулась пальцами к тускло мерцающему кристалу. Милена ощутила, как по ее коже пробежала трепетная волна, эхом отразившись на неподвижном лице Лайта. Из груди бетельгейзийца вырвался легкий вздох, и Рик тут же снова замер. Милена тревожно прощупала пульс. Уловив слабый ритм, она почувствовала некоторое облегчение.

Рик еще был жив.

Но как долго продлится эта агония и… что победит: жизнь или смерть?

О последнем Милена старалась не думать.

Девушка догадывалась, чтобы спасти Лайта, необходимо соединить цепь амулета бетельгейзийца. Но вот как это сделать, если между кристалликами не было ни малейшего признака сообщения?..

Если б она знала все о камне Эрио, что являлся общей деталью между жителями двух галактик, то совсем бы отчаялась. Ведь в прошлом от подобной травмы никто не выживал. Однако землянке сложно было воспринять чрезмерную значимость какого-то украшения в жизни бетельгейзийцев.

— Я бы отдала всю свою жизнь, лишь бы ты остался жив…

На ресницах Милены снова блеснули слезы, и она в бессилии уронила голову на грудь бетельгейзийца. Искательница больше не сдерживала горячие потоки. Они стекали по ее щекам, падали на энергожилет Лайта, бесследно растворяясь на шероховатой поверхности. Одна из капелек попала на слабосветящийся кристалл, заставив пальцы бетельгейзийца, лежащие в ладони девушки, слегка шелохнуться. Милена мгновенно подняла голову, перестав плакать. Она с надеждой посмотрела в лицо Лайта. Нет, оно по-прежнему оставалось неподвижно-безжизненным. Хоть Милене показалось, что в нем что-то изменилось. Может, обострились черты? На мгновенье девушке даже почудилось, что перед ней вообще совсем другой человек. Возможно, это было следствием того, что он бесповоротно покидает этот мир?..

— Только не оставляй меня! — тихо молила девушка. — Ты не можешь уйти, когда мы едва обрели друг друга… — Она поднесла к губам руку Лайта. — «Только не оставляй»… — вторило что-то в глубине ее сознания.

В воздухе позади девушки промелькнуло фиолетовое облако. Милена почувствовала, как ее тут же неудержимо стало смаривать в сон. Она упрямо потерла глаза, пытаясь вернуть себе бодрость. Безуспешно. Веки настойчиво слипались, а тело одолела внезапная слабость. Милена устало облокотилась головой на край кровати, в последний раз взглянула на неподвижного Лайта и незаметно уснула.