Да, все-таки Рик преувеличил, когда заявил, что это не его мир. За свою жизнь Лайт навестил немало цивилизаций, посетил множество красивейших городов галактики, однако сейчас, увидев белоснежный Алатар с плавными линиями геометрически точных строений, он счел его самым лучшим во всем космосе. Изящные изгибы арок, тонкие обтекаемые струны спускавшихся каскадами колонн, крутые купола башен с удлиненными шпилями, многочисленные бассейны с фиолетовой водой и извилистые проспекты улиц, без присущего другим мирам транспорта — все это невольно возвращало Рилайэри в счастливые дни его детства и юности, которые он провел здесь, на Арсарнарсе. В то же время, окружающий пейзаж напоминал нечто непонятное, неизмеримо далекое, что не сохранилось памяти, но вызывало в душе болезненное волнение.

Величественный Алатар. Он был точно высечен из слоновой кости резцом искусного скульптора. Разные времена суток придавали ему самые необычные оттенки: от багрового на восходе Бетельгейзе, золотисто-розового в полдень и насыщенно-лилового в густых вечерних сумерках. Он был особенным по сравнению с городами других цивилизаций и мало чем отличался от себе подобных населенных пунктов Арсарнарса.

На ухоженных улицах не было деревьев, однако этот недостаток с лихвой компенсировался шикарными скверами, гидропарками, садами и огромными лесными массивами. Они занимали четверть площади планеты, уступая только молочно-фиолетовым океанам.

«Бетельгейзе» приземлилась на индивидуальной космостоянке за городом, недалеко от Центрального гидропарка. Как только Лайт и Лаурез покинули борт крейсера, огромный корабль автоматически опустился на платформе в подземный ангар. А спустя какое-то мгновение, широкую площадь вновь окутала тишина и покой. Лишь только редкий ветерок легкими вихрями играл на гладких плитах мощения, да где-то издали доносилось мелодичное пение птиц. На Арсарнарсе не было шумных космопортов с их вечно снующими разнокалиберными кораблями. В открытый космос простые жители не выходили, а в пределах планеты использовали станции телепортации. Сам же военный флот бетельгейзийцев располагался на космических базах. Иногда использовались частные ячейки-доки, типа как для корабля Рика Лайта или разного рода спецслужб.

— Как приятно снова оказаться дома. — Лаурез полной грудью вдохнул богатый на кислород воздух. — Нигде не чувствуешь такого покоя, как на Арсарнарсе. Я, кажется, понимаю, почему Совет Посвященных не желает вступать в двусторонние контакты с Внешним миром. Их суета… она совсем не подходит для размеренной жизни нашей планеты.

Лайт ничего не ответил, со смешанным чувством созерцая раскинувшийся впереди чуть розоватый в лучах Аэрин город. Он с Лаурезом решил пройтись пешком от космостоянки, где они оставили «Бетельгейзе», к дому Рилайэри. Ходьба заняла минут десять, и вскоре они уже остановились перед величественным особняком, что несколько обособленно расположился в предместье, роскошными садами плавно переходя в лесной массив гидропарка. Глядя на это величественное строение, Лайт невольно отметил неуловимую схожесть его арсарнарсианского дома с недавно посещаемым уголком Космоцентра на Земле. До катастрофы. Та же тишина и окружающий шелест листвы.

Вилла «Рэдроз».

Она и в самом деле напоминала родную обитель Рилайэри в Алатаре. Наверное, именно это сходство и вызвало в душе Лайта то странное необъяснимое чувство чего-то близкого, родного. Однако это подобие скорее относилось к таинственной атмосфере и общему динамизму. Дворцам в Алатаре свойственна обтекаемость форм и необычный белоснежный цвет, за исключением храмов четырех арсарнарсианских богов. Они имели соответствующие оттенки: синий, фиолетовый, зеленый и оранжевый. В то время как вилла «Рэдроз», вероятно копировавшая строения этой далекой планеты, походила на кристалл с полупрозрачными гранями и радужными оттенками пастельных тонов.

— Ну что ж, — произнес Рик, освобождаясь от вихря туманных мыслей. — Добро пожаловать домой. — Он первым, с видом хозяина, направился к фигурной колоннаде, похожей на геометрически точные наплывы сталактитов.

****

О том, что власть Совета Посвященных на Арсарнарсе была безгранична, бетельгейзийцы лишний раз могли убедиться, едва переступив порог исполненного в геометрическом стиле фойе. Когда они вошли в озаренный розовыми лучами Аэрин просторный зал, прямо перед ними снова материализовалась проекционная фигура в белой мантии младшего жреца. После приветственного кивка, мелодичный голос сказал, что Рилайэри приказано немедленно явиться в храм Инметау, где его ожидает Посвященный Алориу, а Лаурезу следует прийти в Главную Ратушу с отчетом о работе.

И фантом, не дожидаясь ответа, тут же исчез.

— Да, узнаю Алатар с его вездесущими жрецами, — фыркнул Рик, ощущая легкое раздражение от того, что он должен беспрекословно следовать указам посланников Совета Посвященных.

— Но благодаря жрецам, на Арсарнарсе царит порядок, и нет такого беззакония, как во Внешнем мире.

— Да, конечно. Контроль. Хотя меня до сих пор удивляет, как жрецы могли наладить эту грандиозную систему жизни Арсарнарса? Посредством гипноза? Маловероятно. Телепатический уровень многих из них не превышает нормы. Разве только Главной Четверки, которых едва ли не считают богами.

— Их сила велика. В этом сомневаться не приходится, — заметил Лаурез. — Но они только наместники Высших на Арсарнарсе.

— Высших? — повторил Лайт и в его голосе промелькнул скептицизм.

— Конечно, говорят, что, кроме Посвященных, их никто не видел. А если и видел, то непременно становился одним из жрецов. Но в существовании Высших на Арсарнарсе никто не сомневается.

— Ты так думаешь? — Лайт прямо посмотрел на Лауреза, но тот внезапно его остановил:

— Не стоит об этом говорить. Тем более что в храм одного из них тебе сейчас нужно идти.

Рик улыбнулся.

— Лаурез, ты чего-то опасаешься?

— Не знаю… — неуверенно начал старпом и внезапно добавил: — Просто, после того, как ты побывал на Земле… я опасаюсь, чтобы тебя не постигла та же участь, что и эту странную виллу. Ты же помнишь, что сказал «Альфар». Вилла была уничтожена Высшим существом. А ты остался последним, кто… побывал там.

Лайт промолчал. Его лицо помрачнело, но не из-за тревоги за свою участь. Слова Лауреза невольно напомнили ему о Милене.

— Ладно, увидимся позже. — И Рик покинул зал, снова выйдя из дома.

На пороге капитан «Бетельгейзе» задержался, посмотрев на фиолетовое небо. На мгновенье ему показалось, что среди легких кружев редких облаков всколыхнулось что-то непонятное. Точно прозрачная капля на оконном стекле. Рик нахмурился, внимательно всматриваясь в фиолетовую даль, но феномен больше не повторился.

«Жара усиливается, знойный воздух порождает миражи», — решил Лайт. Он вышел на широкую улицу и направился в сторону океана, где недалеко от набережной находился храм Инметау.

На мгновенье Рилайэри приостановился перед фигурными дверями с причудливым изображением мистического существа. Со смешанным чувством Рик посмотрел на возвышавшееся перед ним величественное строение.

За всю свою жизнь (не считая младенческого возраста, когда все дети освещались в храмах, дабы обрести защиту и силу души) Рилайэри всего лишь раз бывал за порогом этих огромных, точно ведущих в совсем иной мир дверей. Тогда ему едва минуло пятнадцать циклов. Его принесли сюда умирающим.

Лайт помнил, что в тот день он был в лаборатории со своим отцом и матерью, известными учеными Алатара. Никто не знал, что послужило причиной взрыва: то ли антивещество, над которым работали его родители, то ли короткое замыкание, вызванное разбушевавшейся грозой. Рилайэри так и не понял, что с ним произошло. Его ослепила яркая вспышка и тут же поглотила беспросветная тьма…

Позже он узнал, что его нашли в стороне от лаборатории, отброшенного взрывом. Его родители погибли (их тела даже не обнаружили), а он был на грани смерти. Все попытки квалифицированных медиков спасти ему жизнь, не давали весомых результатов. И тогда жрецы Совета Посвященных велели отнести умирающего юношу в храм, где его угасающее тело и душа были вверены во власть Высших. Никто не знал, что произошло под сенью святилища. Не знал этого и Рик. Но, спустя не более часа, юноша в полном здравии появился на пороге этих же самых дверей.