Теперь мародеры знали, что в гараже стоит машина, и наверняка считали, что ее владельцы тоже здесь. Возможно, они наблюдали за двором и могли решить, что в доме есть только один мужчина. Валера прошел в дом. За окнами висела серая пелена дождя. Он прошел на кухню и увидел упершегося лицом в стекло мужчину. Он пытался разглядеть обстановку внутри дома.

От неожиданности Валеру пробил холодный пот. Он сделал рефлекторно шаг назад, но опомнился, поняв, что в доме для наблюдателей снаружи царит полная тьма. Валера поддался сиюминутному порыву. Быстро подошел к окну и приставил прямо напротив глаза мужчины ствол ружья.

Тот отшатнулся. Валера включил фонарь и осветил ему лицо. Мужчина скрестил руки и отошел на несколько шагов.

— Мужик, я просто посмотреть. Я думал, тут никого нет. Я ухожу, — донесся глухой голос через окно.

— Вали давай. Сейчас закона нет, стрелять буду без всякого предупреждения.

— Хорошо, прости, ухожу.

Мужчина исчез из вида. Валера прошелся вдоль окон, подошел к входной двери. Шум дождя и бегущих с крыши ручьев мешал расслышать, что происходило снаружи. Это здорово напрягало. Валера не поверил мужчине. Он говорил таким тоном, будто собирался не уходить, а искать другой способ проникнуть в дом.

На улице снова сверкнуло и громыхнуло. Машина в гараже отозвалась кряканьем сигнализации. Выключать ее было поздно. Ставить машину на сигналку, оказалось глупостью, хотя днем это казалось умной идеей, дополнительным источником предупреждения.

В дверь постучали.

— Извините, мы остались без жилья, без продуктов, не могли бы вы пустить нас. На улице сильный дождь, мы промокли.

— Нет, я вас не пущу, — отрезал Валера, направив ствол ружья на дверь.

— Вам не стоит нас бояться. Мы не причиним вам вреда. Мы совершенно безобидные люди. Я интеллигент, инженер с высшим образованием.

— Инженер? Тогда скажи мне, инженер, чему равен один Ньютон?

Валера был уверен, что подобный вопрос не станет проблемой даже не самому практикующему инженеру.

— Извините, я по другой теме инженер, — соврал голос. — Проявите снисхождение и милосердие, пустите меня и… моих товарищей спрятаться от дождя.

— А сколько у тебя товарищей?

— Двое.

— Ясно, — Валера понял, что это не совпадение. — Я узнал тебя, мужик. Ты с дружками целый день по улице шастал, во дворы заглядывал. Нихрена ты не инженер. Мой тебе совет, собирай свою банду и вали отсюда, пока мы не открутили вам башку. Завтра будет поздно. Я специально соберу народ, и мы прочешем все дачи, найдем вас и публично казним.

— За что это? — голос кардинально поменял тон. Он стал натуральным, вызывающим.

— За то, что убиваете и мародерствуете.

— Н-да, напугать решил, Робин Гуд. Ну, жди гостей, — голос выдал последнюю фразу таким ледяным тоном, что Валеру передернуло.

В голове от страха и желания избежать неприятную ситуацию все перемешалось. Он хотел уже забрать семью и уехать на машине отсюда, но спустя несколько минут понял, что выйти из дома будет очень опасно. Во рту пересохло. Он спустился в бункер через кухню.

— Что ты так долго? — Ольга схватила мужа за руку.

— Это те самые, они обещали придти сегодня, — Валера взял бутылку с водой и надолго припал к горлышку.

— Зачем?

— Обиделись. Я их хотел припугнуть, но они не испугались, наоборот, разозлились.

— А что нам делать?

— Я пока не знаю. Выходить из дома опасно, они могут нас поджидать. Будем ждать. Я буду наверху, а вы сидите здесь, и ни в коем случае не выходите наружу. Я сам спущусь, а если не спущусь, то ждите, смотрите по камере. Генератор не включайте, не шумите, чтобы вас никто не услышал.

— Валера, — Ольга бросилась мужу на грудь, — какой ужас-то. Откуда они взялись эти уроды.

— Всегда были, только ждали подходящего момента. Взболтали ведро с помоями, вот и всплыла со дна всякая дрянь.

— Может, они передумают? — с надеждой предположила супруга.

— Вряд ли. Такие подонки с собой такого отношения не прощают. Вернутся.

Валера нашел свою рыбацкую жилетку, набил в ее карманы все патроны, взял нож, спрятав его, как и в прошлый раз в носок под брюки, и три самых мощных фонаря. У двух из них имелся прерывистый режим мерцания.

— Валер, а может, пострелять в воздух? Народ сбежится, и они не станут на нас нападать?

— Сбежится? В такой дождь? — засомневался Валера.

— Там дождь? — удивилась Ольга.

— Не то слово, там конец света, а не дождь. Радио бы послушать в машине, да опасно сейчас, — Валера поправил на себе жилетку. — Выйду через кухню. Дверь сразу закрой за мной, вдруг они уже в доме.

Он поцеловал Ольгу и потрепал Агату за волосы.

— Если что, кричи, я открою!

— Ладно. Если буду просить открыть, значит открывай, но просто так, ни в коем случае. Если я погибну, живите здесь, пока не увидите, что на улице началось оживление. Тогда выходите. Не хочу, чтобы моя смерть оказалась напрасной.

— Не говори так, Валер.

— Это на всякий случай.

Валера приоткрыл дверь на лестницу, ведущую в верхний домик. Отсюда был слышен шум дождя и гром. Ольга окрестила мужа, прежде, чем закрыть за ним дверь. Валера поднимался осторожно, замирая на каждой ступени. Из верхнего домика не доносилось никакого подозрительного шума.

Он поднял крышку и закрепил ее на дне подвижного ящика. Отодвинул ящик и выглянул из-за него в дом. Тишина и полная тьма. Вернул крышку на место и задвинул ящик. Валера останавливался подолгу возле каждого окна и прислушивался к шуму снаружи. Он приоткрыл окно, выходящее в сторону улицы. Шум дождя многократно усилился. В нос ударил теплый сырой воздух, как в предбаннике.

Валера удивился бы сильнее, если бы не находился в состоянии нервной дрожи, заострив внимание на деталях напрямую относящихся в собственной безопасности. Вспышка молнии на несколько секунд ослепила его, а грохот грома в открытое окно контузил его на такое же время.

— Твою мать! — выругался Валера.

Из-за страха его потянуло в туалет по маленькой нужде. Он решил ее справить, чтобы не сделать это непроизвольно, во время встречи с мародерами. В верхнем доме имелся унитаз, хотя и во дворе стоял полноценный туалет типа «сортир». Ольга не признавала его, говорила, что не способна справить в нем нужду, потому что под ней большая яма, полная говна, которое видно.

Валера прислонил ружье к стене и помочился в унитаз. Он слишком поздно услышал подозрительный шум. Окно в большой комнате разбилось влетевшей в дом горящей бутылкой. Она разбилась о пол, жидкость растеклась по нему, мгновенно взявшись огнем. Дом наполнился душераздирающим воем сирены сигнализации. К такому повороту Валера не был готов. Огнетушитель имелся, но только в нижнем доме. На размышление были секунды. Валера бросился в кухню, оттуда на лестницу и постучал в дверь.

— Ольга, это я, — произнес он негромко, уверенный, что супруга стоит за дверью.

Как он и думал, дверь открылась мгновенно. Валера кинулся в дом, нашел огнетушитель и на выходе кинул супруге, испуганно взирающей на сполохи огня, видимые сквозь верхний выход.

— Закрывайся.

Он поднялся по лестнице. Огонь хорошо освещал дом, не было нужды пользоваться фонарем. Валера выбрался, встал за косяк и открыл вентиль огнетушителя. Белая струя накрыла пламя. Оно сопротивлялось несколько секунд, но сдалось. Валера отбросил огнетушитель в сторону и крепко сжал оружие.

Вдруг, прямо рядом с ним раздался выстрел. Пуля пробила окно и врезалась в стену напротив. Валера выстрелил наудачу, направив оружие в сторону окна. Дробь сокрушила стекло. Остатки его со звоном осыпались на пол. Валера пробежал под окном, схватил фонарь и направил его в окно, выставив на вытянутой руке. В свете мелькнула тень. Валера выстрелил. Раздался крик и потом несколько выстрелов, из которых только одна пуля попала в окно.

Валера перезарядился, трясущимися руками, едва попадая патронами в отверстия ствола. Он выстрели туда, откуда раздавались вспышки. Заменил стреляный патрон. В ушах стоял сильный шум от выстрелов и орущей сирены, так что он вряд ли бы услышал скуление раненого на таком расстоянии. Душа злорадно желала думать, что он не промахнулся.