Даниил Галицкий очень бегло осмотрел пополнение, было совсем непонятно – доволен он выбором, что сделал его сын, или нет. Князь тут же распорядился Роману ехать в черкесские горы, дабы попытаться нанять там местные племена. Дэ Толли остался обустраивать лагерь, и к черкесам Романа сопровождал старый слуга его отца, Горлик. Горлик был старик сухой и сморщенный, но живой и веселый при этом. Он словно был полон какой-то энергией, все время суетился и что-то делал. Даниил уверял, что Горлик сам был когда-то черкесом, но по внешнему виду понять это было непросто. Роман скорее поверил бы, что тот был степняком. С собой они взяли два десятка воинов. «Меньше – опасно, а больше – это уже неуважение», – пояснил Даниил.
Идти через степь было опасно, поэтому они сели на ладью в южном порту галицкого княжества, Белгороде, и отправились в черкесские земли по морю. По счастью, ветер дул попутный, и корабли острова Буяна, что трепетно охраняли Понтийское море, пропустили их легко. Капитана предупредили, что в море появилось чудовище, чудо-юдо рыба-кит, которое уже съело несколько кораблей и ряд прибрежных деревушек истребило подчистую. Капитаны флота Буяна были весьма напуганы, встреча с чудищем на море не обещала ничего хорошего, но галицким посланникам повезло, и они не встретили никаких чудовищ на своем пути.
Путешествие заняло всего две недели, чему был несказанно рад Горлик, обнаруживший в себе редкую непереносимость морской качки. Роман тоже рад был ступить на твердую землю – морские путешествия и он переносил без восторга. Горлик быстро нашел каких-то старых знакомцев, но они только разводили руками, утверждая, что без разрешения некоего Ахмата никто никуда не пойдет. Пришлось ехать к этому самому Ахмату, который жил в ауле в горах. Посольство галичан растянулось в длинную цепочку, потому что проехать по узким горным тропам можно было только по одному. Впереди шел проводник, старый приятель Горлика Фазил, веселый и доброжелательный малый. Он о чем-то постоянно трещал на своем языке, переговариваясь с Горликом, тот задорно отвечал. Фазил умел разговаривать на русском, что среди горцев было редкостью, но делал это нечасто и неохотно. Роман ничего не понимал из их разговоров, и это его немного тревожило.
– А этот Ахмат, он вообще кто? Князь? – обратился княжич напрямую к проводнику, чтобы как-то прервать его речь.
– Почему князь, – усмехнулся Фазил, – пастух. – Проводник немного помолчал и добавил: – А мы все – его овцы.
Возле ворот, ведущих в аул Ахмата, словно подтверждая слова Фазила, паслась большая отара овец. Роман пригляделся к пастуху: а вдруг это тот самый Ахмат? – но проводник спокойно прошел мимо того, лишь слегка ему кивнув. Дом Ахмата располагался в самом центре аула, большое и белое здание говорило о статусе хозяина. На входе послов встретил свирепого вида горец, отказавшийся пропускать посетителей. Фазил что-то пытался объяснить стражнику, но тот лишь свирепо вращал глазами и грозно сводил брови.
– Прошу простить, – тяжко вздохнул Фазил, – местные не понимают, что на Руси князь – это большой человек. Здесь князем может прозываться любой, даже голодранец с парой овец. Вот Мага – тоже князь, – кивнул он на здоровяка у ворот. – Сейчас я позову Алу, он мудрый человек, поможет. Фазил скрылся из виду, нырнув в одну из узких улочек, оставив Романа и Горлика в компании грозного Маги. По счастью, ожидание продлилось недолго. Проводник очень быстро появился в компании какого-то старика с длинной бородой. Судя по всему, это был тот самый Алу. С ним грозный страж разговаривал уже гораздо почтительнее и, сверкнув напоследок глазами, провел послов во двор.
Посреди двора сидел старик в богатых одеждах, возле его ног лежала огромная собака с коричневой шерстью и лениво наблюдала за входящими посетителями. В углу крепкий мужчина средних лет, в простой одежде, ловко рубил дрова топором, ухая каждый раз, когда разрубленные поленья отлетали в стороны. В глубине двора, за растущим там виноградом, промелькнула женщина, но быстро скрылась из виду. Роман уже знал, что здесь женщины держались в тени мужчин и что с местными девушками надо быть крайне осторожным в общении: если ее родня усмотрит оскорбление, могут быть серьезные проблемы, не спасет и охрана… Княжич нахмурился, вспомнив о малолетней невесте, которую ему присмотрел отец. Не то чтобы Аленушка ему не нравилась, просто он ее воспринимал исключительно как ребенка, никак не женщину.
– Мир этому дому, – поздоровался Роман, а Горлик перевел его слова.
Дровосек что-то ответил, а старик в богатых одеждах лишь коротко кивнул.
– Уважаемый Ахмат, – обратил свою речь к степенному старику Роман, а Горлик старательно переводил, – я прибыл из Тридевятого царства с посольством в поисках отважных воинов, которых можно нанять. Мы много слышали про смелость и лихость сынов этих гор и хотели бы предложить выгодные и справедливые условия для тех, кто согласится пойти к нам на службу.
Старик все время кивал, даже когда речь была закончена, он продолжил кивать, не говоря ни слова. Роман терпеливо ждал ответа, но слышал лишь звук разрубаемых поленьев в углу.
– Мой отец плохо слышит, – подал наконец голос дроворуб, он говорил с ярко выраженным акцентом.
– Вы говорите на нашем языке?
– Очень…. чуть-чуть. – Мужчина ослепительно улыбнулся: его зубы были белыми и ровными. Он отложил топор и подставил руки под воду, которую начала лить выскочившая из дома женщина. Закончив с помывкой рук, женщина так же быстро, как и появилась, скрылась в доме.
– Ахмат – это я, – пояснил мужчина. Ему уже явно минул четвертый десяток, а то и пятый; здесь, в горах, говорят, люди живут дольше и выглядят моложе.
– Вы, должно быть, слышали о моем предложении, – обратился уже к нему Роман, – есть у вас какой-нибудь ответ, можем ли мы найти здесь воинов для найма?
– После охоты. – Дальше он перешел на свой язык, и Горлик переводил его слова княжичу. Ахмат предлагал отправиться вместе с ним на предстоящую охоту, которая должна состояться как раз сегодня вечером. Именно на охоте и стоит мужчинам обсуждать вопросы, касающиеся золота, смерти и крови.
Вечером из ворот аула выехала процессия охотников. Впереди ехал грозный Мага, рядом – псарь со сворой здоровенных и косматых псин, которых так любили в этих горах. Следом за ним ехал сам Ахмат, Роману досталось место подле него, Горлик держался рядом, но чуть сзади, готовый в случае чего переводить. Перед охотой гости и хозяева вкусно поели. Роман впервые попробовал блюдо из кусков мяса барашка, поджаренных на тонких стальных спицах. Горлик уверил, что есть пищу здесь можно без опасений – в традициях горных селений существует запрет причинять вред гостю, с которым ешь под одной крышей. Воины тоже с удовольствием пробовали незнакомые блюда, тонкие хлебные лепешки также пришлись галицким воителям по вкусу.
В дар Ахмату была преподнесена кривая восточная сабля, в ножнах, украшенных золотом и драгоценными каменьями. Сабля была взята в походе, совершенном вместе с царем Дабогом еще дедом княжича. Под русский стиль боя больше подходил обоюдоострый меч, так что сабля лежала в казне и ждала своего часа. Среди горцев подарок вызвал уважительное восхищение, оружие передавали из рук в руки и восторженно цокали языками. Роман поразился, как быстро происходила перемена с этими суровыми воинами: хмурые и серьезные еще недавно, на застолье они являли собой само радушие и веселье. Ну а после пира началась охота.
Наследник Галицкого княжества все время пытался узнать, на кого сейчас охотятся горцы, но Ахмат лишь загадочно улыбался, уверяя, что это будет интересно. Кавалькада всадников все глубже и глубже забиралась в горы, как вдруг с одного из утесов на горского вождя прыгнула какая-то тень. Роман не успел даже толком разглядеть нападавшего, подумав, что это горный кот, но Ахмат среагировал быстро, ударив кулаком нападавшего и сбив его на землю. К упавшему телу рванули собаки, однако псарь быстро отогнал их в сторону, нападавший бесформенной кучей лежал на земле, но по обрывкам одежды стало понятно: горцев атаковал человек. Всадники, обступив поверженного врага, о чем-то переговаривались, лежащий на земле человек что-то злобно отвечал в ответ. После непродолжительного спора Ахмат слез с коня и сделал выпад новой саблей, проткнув несостоявшегося убийцу насквозь. Мага сбросил тело вниз, и кавалькада отправилась дальше.
