Игорю было плевать на причины, ему хотелось заработать денег. Он посмотрел на часы и решил, что Женя сейчас на обеденном перерыве. Супруга работала в городской администрации помощником архитектора. Их строящийся дом являлся ее проектом, в который она вложила много труда и любви. Игорь вынул сотовый телефон. Единственная полоска связи загорелась на нем и тут же потухла. Судно находилось слишком далеко от берега, чтобы дозвониться. Начальство сэкономило на спутниковом телефоне оставив им для связи только УКВ-радиостанцию.

Игорь включил телевизор, чтобы иметь хоть какой-то контакт с внешним миром. Хорошо, что телевизионный сигнал уверенно принимался корабельной антенной. Бегущие строки пестрели привычными сообщениями о разрушениях в разных частях света. Все активные военные конфликты на планете разом замерли, напуганные предупреждением природы. На Кавказе тряхнуло так, что многочисленные поселки оказались отрезанными от остального мира сошедшими камнепадами. Работы по их разбору могли занять месяцы.

Южную Америку пучило. Страшные картины внезапного поднятия поверхности, от которого разрушались целые поселки и даже города, пугали идущими под землей процессами. Казалось, что там зреет нарыв, который обязательно прорвется наружу.

— Базальтовые континентальные плиты разъедает магмой. В ней образуются плюмы, истончающие стенки породы. Снизу они поддавливаются магматическими течениями, вызывая поднятие участков земной коры. — Вещал приглашенный эксперт-вулканолог.

— А это опасно для планеты? — Спросила ведущая.

— Для планеты вряд ли, а вот для флоры и фауны, если динамика сохранится, это может стать очередными глобальным вымиранием.

— Я под словом планета имела ввиду человечество. — Поправилась ведущая.

— Это, конечно, неправильно ассоциировать человечество со всей планетой. Мы микроскопическая ее часть, как во временном отрезке, так и в объемном. Мы ничтожны. Много ли вкладываете смысла и чувств, когда наступаете на муравья, перебегающего вам дорогу?

— Немного, честно сказать.

— Вот именно, для природы, мы даже не муравей, мы микробы, которые о себе возомнили.

— Обидно. — Ведущая улыбнулась. — Так что надеяться на снисхождение не стоит?

— Не стоит. Это как раз тот случай, когда мы не можем ни на что повлиять. Лучший совет — готовиться к худшему. Вода, еда, соль, спички и люди, которым можно доверять. Мы не знаем причин начавшейся активности, и потому не можем прогнозировать динамику процесса. Я не хочу пугать зрителей и тем более, вызывать панику, но помните, кто предупрежден, тот вооружен. Я лучше ошибусь и напугаю вас, чем успокою, и окажусь неправ.

— А в истории планеты уже случались подобные вещи?

— Почти все массовые вымирания были вызваны тектонической активностью за исключением мел-палеогенового вымирания, в котором виноват астероид. Так что вещь эта свойственная для нашей планеты. Но будем надеяться, что Земля стала старше и активность ее будет соответствовать возрасту.

— А какие последствия кроме разрушений могут вызвать массовые землетрясения?

— Изменение очертания континентов, новые разломы, уже наметившиеся в настоящее время, повышения и понижения ландшафтов, морского дна. От охлаждения атмосферы до разогревания. Если будет много пепла, то нас ждет похолодание, если углекислого газа, то мы можем получить новый парниковый климат и потепление.

— Я за второй вариант. — Ведущая со смехом подняла руку.

— Оба не сулят ничего хорошего. Сельское хозяйство не сумеет быстро приспособиться к изменениям климата и нас будут ждать голодные годы. Но повторюсь для впечатлительных зрителей, только в случае, если динамика тектонических процессов сохранится. А я уверен, что вероятность этого не такая уже и большая.

— А какой самый мегаопасный сценарий катастрофы вы можете предположить? — Спросила ведущая с явным желанием услышать пугающий ответ.

— Он же самый невероятный. — Заметил приглашенный гость. — Дополнительное тепло в жидком ядре планеты копится за счет ускорившегося вращения. Мы наблюдаем аномалии магнитного поля, свидетельствующие о том, что внутри планеты не всё в порядке. Если представить, что этот процесс затянется на десятилетия, то в какой-то момент может произойти внезапный сброс тепла через разрушение литосферы, как оболочки, мешающей охлаждению. Океаны закипят, воздух раскалится, погибнут все сложные живые организмы. Затем тепло уйдет в космос и на планете снова образуется приятный климат, а через миллионы лет вновь появятся сложные живые организмы. Вполне возможно, что они будут иметь другую морфологию и освоят иную биохимию, чем ныне живущие твари.

— Это очень страшно, но очень интересно. Хотелось бы заглянуть в будущее, узнать, что нас ждет впереди и к чему готовиться. В нашей студии был ученый-вулканолог Рожков Дмитрий Дмитриевич. Спасибо вам за интересный рассказ.

— Спасибо за приглашение. Надеюсь, я никого не напугал. Всё будет хорошо. — Пожелал ученый напоследок.

— Несомненно, особенно у тех, кто остается на нашем канале. — Добавила ведущая.

— Я давно на вашем канале, а рыбы больше не ловится. — Мрачно пошутил Игорь.

Выступление ученого, несмотря на финальный оптимизм, вызвало у него тревогу. Планету лихорадило, это было очевидно и без его комментариев, но беспомощность в прогнозировании заставляла чувствовать неопределенность перед будущим. А хотелось бы конкретики и желательно успокоительной. Игорь предпочел бы сейчас находиться с Женей, чтобы не переживать за нее, не имея возможности оберегать.

Телевизор показывал рекламу лекарства от головной боли. Картинка вдруг разбилась на разноцветные квадратики и пропал звук. Матросы и боцман, отчистившие лоток от рыбы и начавшие заново травить снюрревод, замерли, как будто тоже что-то почувствовали. Игорь поставил обороты на средний ход и вышел наружу.

— Капитан, смотри, кажется, снова цунами. — Боцман указал рукой в северо-западном направлении.

Игорь вернулся на мостик за биноклем. Телевизор уже работал, как ни в чем не бывало. Посмотрел в указанном направлении и заметил белые буруны, не похожие на те, что обрамляют высокие волны. Эти больше напоминали поднимающиеся из воды пузыри газа. Учитывая расстояние до них, это должно было быть огромное пространство.

— Что видно? — спросил боцман.

— Точно не могу сказать. Кажется, там бурлит. Ты никогда не видел подводные вулканы?

— Нет, конечно. Откуда тут вулканы, капитан? — Боцман подошел ближе. — Дай посмотреть.

Игорь протянул ему бинокль. Боцман долго смотрел. За это время корабля достигли первые волны, разошедшиеся от источника бурления. «Печора» закачалась из стороны в сторону.

— Ну, что, разглядел? — Капитан устал ждать вердикта со стороны подчиненного.

— Ну, да, похоже, что там наружу выходит газ или пар. Это странно для наших широт. Рыбу рядом с этой опасной штукой мы точно не поймаем. Надо звонить начальству и сообщать, что мы меняем дислокацию. — Боцман вернул бинокль.

Он был сильно старше Игоря, и когда говорил о чем-то промежду прочим, подразумевалось, что именно так и надо сделать. Опыт боцмана нельзя было недооценивать. У него уже выработалась настоящее рыбацкое чутьё.

— Да, надо было раньше уходить отсюда. — Капитан направился в рубку, чтобы запросить у начальства разрешение на смену место вылова.

Снял танкетку рации.

— Берег, это капитан «Печоры». У нас сутки нет нормального вылова. Сети едва на четверть заполняются. А еще у нас какая-то аномалия возникла рядом, то ли газ со дна шпарит, то ли пар. Боимся, что она распугала всю рыбу. Разрешите изменить место вылова. Предлагаю сместиться восточнее на пятьдесят миль.

— «Печора», это дежурный. У нас сегодня какой-то аврал. У всех нет вылова и все хотят уйти восточнее. Вы там друг за другом будете забредать и вообще ничего не поймаете. Начальства сегодня нет в полном составе. Я даже не знаю, что тебе ответить.

— Просто занеси в журнал, потом разрулим. — Предложил Игорь. — Реально, здесь ловить нечего.