— Ладно, мне идти некуда, если разругаемся, буду терпеть до последнего. — В шутку припугнула Алена брата.

— Обещаю следующим летом выкрасть из Самбурга или Тазовского хорошего паренька для тебя. — Иван на ходу приобнял сестру за плечи.

— Так значит ты считаешь меня злой из-за того, что у меня нет мужчины?

— Да, думаю причина в этом. Природа требует своего, а ты не удовлетворяешь эту потребность.

— Изольда тоже одна и ничего, не жалуется.

— А ты народи двенадцать детенышей и тоже успокоишься.

Из сгустившегося тумана показалась темная полоса южного вала. Грязь сильно растеклась под основанием кручи. Изольда прибавила шага, дошла до самой жижи и замерла, глядя вверх. Иван подошел к ней. Сверху доносился едва различимый мужской и женский говор. Иван сомневался, звать или не звать людей. Вспомнил Виктора, но подумал, что тот передумал идти, а это могли быть совсем другие люди, которых и привела Изольда по доброте своего песцового сердца.

— Что делать? Окликнуть или нет? — Иван не мог определиться самостоятельно и спросил у сестры.

— Блин, у нас тесно и без них. — Алене не хотелось новых жителей.

— То же самое нам сказали в Самбурге, а мы на них сильно обиделись. — Напомнил Иван.

— Решай сам, тогда.

Иван был в резиновых болотных сапогах и решил подойти ближе, чтобы различить речь. Алена и Изольда остались на относительно сухой земле. Иван подошел к самому основанию вала. Край недавно обвалился и на срезе еще были видны участки промерзшей почвы и почвообразующей породы.

— А если тебе соврали? — Спросил женский голос.

— Зачем ему было это делать? А песец зачем нас сюда вел? — Ответил мужской.

Иван его сразу узнал, это был Виктор.

— Виктор, это ты? — Громко спросил Иван.

Голоса замолкли на секунду.

— Иван, это ты? — Спросил Виктор в ответ.

— Я. Ты с семьей?

— Да, жена и дети.

— А мы уже и ждать вас перестали. Долго вы добирались. — Иван обрадовался их появлению.

— Тяжело было сорваться с места. Страшно. Да и заплутали мы, честно говоря.

— Вы пока не спускайтесь. У нас тут сильно размыло откосы талым снегом и дождями. Тут грязи выше, чем по колено. — Предупредил Иван.

— Да нам уже и нестрашно. Мы по самые уши в грязи. Не пугайтесь, когда покажемся вам. — Виктор засмеялся.

— Я попробую поймать ваших девчонок. Слева от вас есть пологий спуск, идите к нему. — Выкрикнул Иван и направился туда.

На пологом спуске и глубина грязи оказалась меньше, и крутизна не такая, чтобы бояться свалиться. Сверху показалась темная мужская фигура и маленькая фигурка ребенка.

— Как опускать? — Спросил Виктор, переживая за результат.

— Пусть садится на задницу и понемногу, притормаживая руками и ногами, спускается. — Предложил Иван.

— Ну и горки тут у вас, захочешь, не полезешь. — Виктор усадил ребенка и объяснил, как надо действовать.

Девочка, как паучок, поползла вниз. Уже в самом конце она начала скользить, но Иван ее поймал, посадил на плечо и вынес к Алене. Затем принял вторую, ровесницу первой. Кто-то из них являлся соседской девчонкой. Алена проводила их к ближайшей луже, отмыть руки. Но, честно говоря, мыть их требовалось полностью. Третьим Иван ждал супругу Виктора, но им оказался парень.

— Это кто? — Поинтересовался Иван, решив, что Виктор его обманул.

— Сын. — Ответил Виктор. — Лёшка.

— Еще дети есть?

— Нет. А что, перебор? — Разволновался Виктор.

— Нет, все нормально. Просто я решил, что у тебя две дочери. — Признался Иван.

Лешка оказался проворнее девчонок, самостоятельно спустился вниз и, черпая короткими сапогами грязь, выбрался из неё. Алена бросила на него заинтересованный взгляд.

— Тебе сколько лет? — Спросила она в лоб.

— Шестнадцать. — Ответил немного опешивший парень.

— Хороший возраст для дрессировки. — Пошутила Алена.

Затем спустился Виктор, и чтобы не смущать Ивана, поймал свою супругу сам.

— Ну, вот мы и приперлись. — Со смехом объявил Виктор. — Честно говоря, боялись, что уже никогда не найдем ваши вагончики. Спасибо этой животине. — Он посмотрел на Изольду, искупавшуюся в луже и отряхивающую шубу. — Странное поведение для песца.

— Она больше, чем животное. Это наш тотем, связь между людьми и миром духов. — Представила ее Алена. — Её зовут Изольда.

— Надо же, она действительно как из другого мира. — Виктор откашлялся. — Вот, Свет, это тот самый Иван.

— Очень приятно. — Светлана кивнула.

— А это наш старший балбес Лешка. — Представил глава семейства сына. — А это дочки, Даша и Вероника. — Виктор не стал акцентировать, кто из них родная, а кто приемная.

— Очень приятно. Рад, что вы добрались. — Иван кивнул на сестру. — Алёна, сестра моя.

— Очень приятно. — Ответил Виктор. — Ну, где у вас тут ополоснуться. Грязный, как сволочь. Три раза в какую-то жижу проваливался. — Он направился в сторону лужи, из который умылись все остальные. — Первый же шел, путь проверял. Ладно, опытный уже, догадался веревку взять, а то бы…

Лица отмывшейся семьи обнажили их худобу. У всех впали глаза, под ними темнели круги. У Лешки краснела серьезная царапина на ладони. Из-за нее основания среднего и безымянного пальца распухли. Парень старался ими не двигать из-за боли. Алена быстро подсуетилась.

— Дай посмотрю. — Чуть ли не приказным тоном попросила она. — Рана уже гноиться начала. Так и до гангрены недалеко.

— У нас с собой только таблетки от головной боли были, да от давления. — Оправдалась Света. — Мыли руку, меняли повязки, но ничего не помогло.

— Давайте скорее домой. — Поторопил Иван. — Обработаем рану, накормим и нагреем воды, чтобы помыться.

— Да, семья, давайте, живее шевелите булками. — Приказал Виктор. — А вас, девчонки, я буду нести по очереди.

— Я одну возьму. — Вызвался помочь Иван.

— Бери Дашу, она полегче. — Предложила Света.

Почему-то Иван решил, что именно Даша неродная дочь. Взял ее на руки. Она действительно, весила как перышко. В ней едва было двадцать килограмм.

— Я жене рассказал про твое предложение, но мы сразу не решились. — Виктор по дороге поведал историю про то, как они покинули Уренгой. — Мы ждали, когда вернуться все остальные группы. Вдруг в тех местах жизнь намного лучше, чем у нас. Могло ведь такое быть?

— Ты же сам рассказывал, что пекло выжгло все, что южнее полярного круга? — напомнил Иван.

— Рассказывал, но сомнения в правдивости слухов всегда остаются. В общем, три дня ждали. Вернулась одна группа из двух, которая пошла в сторону Тарко-Сале. А та, что пошла в Нур, так и не пришла. В общем, парни сказали, что там реально припекло сильнее, а в Губкинском еще хуже. Там даже спустя месяц грязь еще хранила жар. Но это не самое страшное. Там начался настоящий бандитизм. Продукты и скот сгорели, есть абсолютно нечего. А наши добряки, давай рассказывать, что у нас такого пекла не было и многие продукты сохранились. И привели за собой на хвосте отряд бандитов. Ночь была, началась стрельба непонятная, крики, вопли. Мы в своем подвале пересидели, а утром узнали от соседей, что какие-то твари хозяйничают в поселке. Кое-как дождались следующей ночи и ушли. Что могли взять, взяли и шли не оглядываясь, как ты и сказал, по берегу Пура. Вначале всё было прекрасно. Добрались до Тихого, поняли, что там уже давно никто не живет. Вместо села, как и у нас, кратер, да еще и куча мелких провалов. Ночью мы больше не ходили, потому что нереально вообще. Опасность на каждом шагу. А когда добрались до Самбурга, повернули на северо-восток и быстренько сбились с курса. Ходили кругами неделю, то снег, то туман. Еды уже не осталось. Леха поранил кисть, когда меня из грязи тащил. Короче, с каждым днем становилось все страшнее и страшнее. Я уже думал руку себе отхреначить, чтобы семью накормить. Вот реально был уже готов. Но потом Светка среди ночи увидела огонь вдалеке, погода прояснилась, а то до этого три дня туманы стояли. Утром увидели, что это не костер, а нефтяное озеро горит. А потом меня, как обухом по голове ударило. Когда мы разошлись после той нашей встречи, у нас за спиной поднялся черный столб дыма. Мы так и подумали, что вы то озеро, на которое шли, зачем-то подожги. Наш главный решил, чтобы нам не досталось. Короче, подошли к озеру, кое-как определили, где от него север и пошли прямо. А потом этот песец появился. И вот мы здесь. — Виктор закончил повествование.