— Тоже не спалось, — уклончиво ответил Аунорес. Он вновь оберну к окну, за которым призрачное сияние галактического ядра озаряло все вокруг таинственным зеленоватым светом.

На минуту между рэдрозианином и землянкой повисла тишина, ее опять нарушила Стелла:

— Завтра ты улетаешь? — Она скорее утверждала, чем спрашивала.

— Моя миссия завершается. Теперь мне осталось только сопроводить на Рэдроз представителя Арсарнарса.

— Значит, завтра мы расстанемся. — Голос девушки дрогнул.

Аунорес ничего не ответил, тонко ощущая душевное состояние своей спутницы. Как и тогда, в первый раз, когда он оставил ее на Земле, ему было тяжело с ней расставаться. Даже еще тяжелее. Ведь за последнее время они успели достаточно сблизиться, подружиться, почувствовать нечто большее, чем просто приятельские отношения. Но рэдрозианин лучше девушки понимал все их различия, он знал, что вопреки всем их желаниям они никогда не смогут быть вместе. Поэтому Аунорес считал лучшим для них навсегда расстаться.

В попытке отогнать мучительные мысли, рэдрозианин вновь спросил, не отрывая взгляда от окна:

— Ты вернешься на Землю?

— Наверное… Так будет лучше. — Стелла печально вздохнула. — Правда, за двести лет, там все стало чужим. — Она смахнула слезу, выступившую от чувства затерянности в океане пространства и времени. — Марк был прав, не стоило мне лететь в эту экспедицию…

— Мы не можем изменить того, что предначертано в наших судьбах, — возразил Аунорес, однако к девушке он не обернулся.

— Да будь проклята эта судьба, что так коварно со мной обошлась! — глотая слезы, пробурчала Стелла.

— Не говори так, — остановил ее рэдрозианин. — Ты не должна проклинать судьбу. Ведь она даровала тебе жизнь, когда погибли все другие из экспедиции. Уберегла на охваченной хаосом Земле из параллельного мира…

Стелла посмотрела на звезды, казавшиеся такими холодными в бескрайнем просторе космоса.

— К чему мне жизнь, если в ней нет смысла, — тихо с грустью произнесла она.

— В существовании каждого живого существа есть свой смысл, — ответил Аунорес. — Нужно только правильно его определить.

— Ты говоришь, как эти жрецы или священники, провозглашая: «на все воля Всевышнего», — с упреком в голосе фыркнула Стелла. — Я устала искать смысл там, где его нет. — Она горько усмехнулась. — И какой может быть смысл в глупых чувствах…

Аунорес резко повернул голову к девушке, и ее насторожил внезапно вспыхнувший в его глазах огонь.

— Чувства не могут быть глупыми.

— Но какой в них смысл, если они приносят лишь боль? — спросила Стелла, глядя своему собеседнику прямо в глаза.

На минуту повисла напряженная пауза. Аунорес явственно ощутил, как его стал затягивать ошеломляющий вихрь хаотических мыслей девушки, заставляя как и в первый раз терять над собой контроль. Стелла же почувствовала как у нее закружилась голова от магнетического мерцания горячих огоньков в глазах Аунореса.

Рэдрозианин молча отвернулся, и девушка ощутила пробежавший по коже неприятный холодок. Она опустила взгляд.

— Думаю, нам лучше попрощаться сейчас, — решила Стелла. — Желаю счастливого возвращения домой. — И девушка направилась к дверям.

— Пойми, мы не можем быть вместе! — не выдержал эмоционального напряжения Аунорес. — Даже если бы оба этого хотели.

— Если бы… — с какой-то горечью в голосе повторила Стелла. Но все же она остановилась.

— Поверь, мне тоже тяжело с тобой расставаться, — Аунорес отвел взгляд. — Но я должен… несмотря на всю жажду души быть рядом с тобой.

Взгляд землянки немного прояснился от такого неожиданного откровения.

— Неужели силы наших чувств не достаточно, чтобы преодолеть глупые предрассудки? — спросила она.

— Биологические различия — это не предрассудки, — возразил Аунорес. — Даже среди рэдрозиан невозможны близкие отношения без гармоничности звездных знаков.

— Каких еще звездных знаков?.. — не поняла девушка.

— Звездных знаков Высших существ, — добавил Аунорес. Он подошел к Стелле ближе. — Наши жизни зависят от этих «живых звезд» намного больше, чем кажется на первый взгляд. Наши души связанны с их энергией. Поэтому я могу соединить свою судьбу только с рэдрозианкой звездного знака Аэроса или Альциоры.

— Выходит, наши чувства — это ошибка? — тихо спросила девушка.

— Если исходить из законов природы… Я не знаю, как такое могло произойти. Но ясно одно — у этого проявления нет будущего…

«Ты так считаешь»? — прозвучал чей-то телепатический голос. Он вкрадчивым тембром отозвался в сознании и шелестящим эхом растворился в сгущавшихся тенях зала.

Рэдрозианин с землянкой пораженно замерли, заметив, как в помещении, разгоняя мрак, материализовался светящийся голубоватый силуэт человека.

[ image23 ]

«Арроу»?.. — промелькнула в сознании Аунореса первая мысль, и тут же юноша понял, что ошибся. Он не знал, почему так решил, но был твердо в этом уверен. Аунорес ощутил, как в его душе пронеслась странная волна оцепенения, смешанная с суеверным трепетом. Подобное может почувствовать только простой смертный, представший перед Творцом.

Чувства Стеллы были немного иными, в них преобладало смешанное со страхом беспокойство. Она поняла, что перед ними предстал очередной представитель «живых звезд», могущество которого казалось неизмеримым для простого человека.

— Аэрос… — как бы выдохнул Аунорес. Точно под внезапной тяжестью, его голова непроизвольно поникла в глубоком почтении.

«Ваши отношения и в самом деле выглядят аномальными, — произнесло Высшее существо. — Последствие бесконтрольности. Но считать их безнадежными… — Аэрос посмотрел на девушку, и та невольно замерла в оцепенении, встретив всепроникающий взгляд его светящихся глазниц. Она ощутила немалое облегчение, когда Высшее существо вновь отключило от нее свое внимание и спокойно заметило, обращаясь к Ауноресу: — Рэдрозиане не всегда обладали трансформирующимися оболочками и узким выбором сочетания душ. В прошлом (далеком прошлом) они биологически не отличались от тех же землян».

— Так значит, я могу надеяться на возврат к первобытному состоянию, которое… поравняет меня с землянами? — спросил Аунорес и тут же сам невольно испугался собственной дерзости. Говорить с Властелином своего звездного знака, да еще предлагать условия… Однако не зря же когда-то его биологическая оболочка была выбрана для воплощения в мир людей души Арроу.

«Нет, — ответил Аэрос на его вопрос. — Для чего отступать в процессе эволюции назад. — Он перевел взгляд на журналистку. — Когда можно сделать шаг вперед».

На мгновенье глазницы Высшего существа ярко блеснули, затмив сознание девушки, и внезапно голубоватый фантом так же неожиданно исчез, как и появился. На его месте остался только легкий искрящийся шлейф. Плавно кружась в пространстве, он охватил весь силуэт землянки. Секунду Стелла как статуя стояла на месте, озаренная переливчатым ореолом, а потом, когда это сияние поглотилось ее телом, девушка без чувств рухнула на пол.

Аунорес бросился к журналистке, но едва он к ней прикоснулся, как в замешательстве увидел, что по силуэту землянки пробежала быстрая молния. Она волнительным эхом отозвалась в теле рэдрозианина. Не ожидавший такой реакции юноша резко одернул ладонь и с непониманием посмотрел на пробежавшие по его пальцам быстрые блики.

«Эффект энергосвязи»?..

Его мысли отвлек тихий вздох приходящей в себя девушки.

— Что со мной?.. — неуверенно прошептала она. Аунорес заметил блеснувшее в глазах Стеллы необычное свечение. Юноша помог девушке подняться и, встретив ее вполне осознанный, далеко не земной взгляд, мягко улыбнулся.

— Благодарение Аэросу! Теперь мы будем вместе, — с нежностью прошептал он, с трудом веря в произошедшее чудо.

В искрящихся глазах журналистки промелькнула легкая тень.

— Вместе? — повторила она. — Значит… ты не покинешь меня?

— Ни за что на свете, — ответил Аунорес и медленно склонился к губам девушки.