Ответ на интересовавший Арроу вопрос был настолько неожиданным, что рэдрозианин быстро поглотил информацию памятью Высшего и стремительно вырвался сознанием из недр довселенского объекта на свободу… Он «перевел дыхание», быстро приходя в себя. Арроу медленно открыл глаза и посмотрел на зависший в пространстве черный шар.

«Это… все натворил протоадрон. Он заблокировал системы «Альфара», отчего космолет попал в разверзшуюся расщелину гиперпространства».

«Что же ему было нужно от летающего аппарата? Его пассажиры»? — спросил Инметау.

«Он искал меня», — ответил Арроу, отведя взгляд от черного шара.

«Он уничтожил Аунореса»? — поинтересовался Аэрос.

«Нет. Это сделало гиперпространство».

«Значит, нужен новый дипломат, — сказал Инметау. — Мы сообщим эту информацию на Рэдроз».

«Нет», — внезапно возразил Арроу.

Высшие энергосубстанции обратили внимание к АРЭС-Альтауэту.

«Я знаю, где и когда все произошло и могу предотвратить».

«Эта История уже стала прошлым», — заметил фиолетовый фантом, тогда как Аэрос промолчал.

«Если есть шанс ее изменить, то я его использую», — непреклонно возразил Арроу и, не сказав больше ни слова, он покинул межгалактическое пространство, исчезнув в гиперсреде.

Инметау проводил его взглядом и посмотрел на Аэроса.

«За последнее время Арроу заметно изменился. Стал более непокорным».

«Он и раньше был непокорным», — спокойно ответил Аэрос.

«Да, но после гибели Рианн… Не может ли он представлять для нас опасность»?

«Нет. Пока мы не заставим его делать то, против чего учили, — сказал лидер Совета и, тоже посмотрев в пространство, где догорали искры разрядов закрывшегося перехода, добавил: — Он до сих пор винит себя, что не смог предотвратить гибель Рианн».

«И это чувство руководит его нынешними поступками».

«Да, — согласился голубоватый фантом. — Он хочет творить Историю. Что ж, пусть будет так. Ведь это его миссия».

«Направлять течение реки жизни вселенной в нужное русло? Но ранее он шел уже по предначертанному пути», — заметил Инметау.

«Возможно и нынешние его действия предопределены», — сказал Аэрос.

«Тебе видней. Ведь из всех нас только ты близко знал Альтдеи»…

«Не только я», — возразил Аэрос и добавил, заключая странную на первый взгляд беседу: — Мы не можем предсказать судьбу Арроу, так как не мы ее творцы. Но мы можем уберечь его от неверного шага, как Хранители Истории».

***

Аунореса внезапно разбудил резкий сигнал тревоги. Парень мгновенно спохватился с кресла и настороженно посмотрел на простиравшееся за экраном звездное безмолвие. Рэдрозианин бросил короткий взгляд на безмятежно спавшую на соседнем сиденье девушку, затем обратил внимание к огоньку автопилота.

— «Альфар», что случилось?

— Мои сенсоры зафиксировали появление чужеродного тела. Спектральный анализ показал, что это протоадрон.

— Протоадрон?!. — не понял рэдрозианин.

Он впервые слышал это слово.

— Довселенский объект, сопровождающий Арроу.

— Арроу?.. Значит он… здесь? — встрепенулся Аунорес.

— Его биополя я не зафиксировал.

— Но этот протоадрон…

— Он один и сейчас проник… — Компьютер замолчал, заглушенный внезапной помехой.

— «Альфар»! — позвал Аунорес. Космолет не откликнулся.

Рэдрозианин мгновенно подплыл в кресле поближе к пульту и торопливо нажал несколько кристальных кнопок.

Безрезультатно.

— «Альфар»! — снова позвал юноша, но в ответ была тишина.

Некоторое время Аунорес продолжал лихорадочно манипулировать переливчатыми сенсорными кнопками, пытаясь восстановить контакт с машиной. Неожиданно шеррит Тзентерса замер. Ему показалось, что за его спиной кто-то находится. Он не улавливал какого-либо излучения, не слышал ни единого шороха, но был уверен, что в салоне космолета появился кто-то или что-то постороннее, вызывавшее чувство необъяснимой тревоги. Аунорес медленно обернулся и тут же ощутил, как страх, смутно зародившийся в его душе, выплеснулся наружу единым неожиданным импульсом. Он увидел прямо за своим креслом зависший в пространстве небольшой угольно-черный шарик.

Несколько секунд рэдрозианин ошарашенно взирал на этот неподвижный чужеродный объект, похожий на черную мини-дыру. И тут протоадрон внезапно устремился к юноше. Аунорес в порыве вжался в спинку кресла и инстинктивно зажмурился. Он затаил дыхание, ожидая чего-то ужасного… Секунды истекали, а ничего не происходило. Тогда рэдрозианин, перебарывая необъяснимый, вовсе не свойственный ему первобытный страх, осторожно открыл глаза. Взгляд Аунореса тут же приковал к себе застывший у самого его лица черный шар. Казалось, от него одновременно веяло космическим холодом и нестерпимой жарой горячих звезд. Незабываемое ощущение, от которого стыла душа…

Не в силах отвести от протоадрона взгляд, рэдрозианин чувствовал, как его неумолимо начинало затягивать в эти беспросветные черные недра, из которых не было возврата…

Из заколдованного круга юношу внезапно вырвал тихий женский голос.

— Аунорес…

Протоадрон мгновенно устремился к проснувшейся девушке, и его вид вырвал из груди Стеллы тревожный крик.

— Нет, не тронь ее! — закричал Аунорес, в порыве рванувшись к черному шару и тут же вновь замер, так как протоадрон, оставив перепуганную девушку, снова скользнул к рэдрозианину.

Последовала долгая секунда неподвижности, показавшаяся юноше целой вечностью, а затем Аунорес медленно попятился назад, не без страха заметив, что шар последовал за ним. Он замер, ожидая, что протоадрон тоже остановится, но довселенский объект продолжал приближаться. Его размеры стали увеличиваться, заслоняя собой все пространство. Казалось, он вот-вот поглотит рэдрозианина. Но неожиданно черный шар уловил промелькнувший в пространстве яркий энергоимпульс и тут же без предупреждения исчез.

Несколько секунд Аунорес неподвижно сидел на месте, все еще не веря в свое счастье. Затем он нерешительно шелохнулся, ощущая, как с трудом подчинялось ему отяжелевшее тело.

— Что… что это было? — тихо спросила Стелла, в ее глазах еще не развеялся пережитый ужас.

— Не знаю… «Альфар» назвал его протоадроном. — Аунорес посмотрел на молчавший огонек автопилота. — «Альфар»! — позвал он. Не дождавшись ответа, Аунорес нажал на кнопку резервного энергоблока. После непродолжительной паузы, огонек мигнул и зажегся неровным светом. — «Альфар»… — повторил рэдрозианин.

Вместо ответа космолет резко встряхнуло от нахлынувшей мощной энерговолны. Она точно спрут захватила летающий аппарат и потянула его в разверзшуюся бездну гиперпространства, где оглушенных пассажиров ожидала неминуемая и быстрая гибель в полном своем понимании.

Однако это течение реки времени неожиданно нарушило вторжение АРЭС-Альтауэта, который направил его в другое русло. С помощью протоадрона, Арроу не составило труда точно определить пространственно-временные координаты потерпевшего крушение «Альфара». Альтауэт появился в нужной точке космоса именно в тот момент, когда ее покинул бросившийся в погоню за энергией довселенский объект.

Первым делом Арроу оградил «Альфар» от воздействия гиперсреды защитным полем, после чего вывел летающий аппарат в открытый космос. Одновременно АРЭС-Альтауэт совершил прыжок в «настоящее», из которого он прибыл. При возвращении Арроу допустил небольшую погрешность в несколько рэдрозианских минут. Мизерный срок даже в жизненных циклах самых краткосрочных цивилизаций, но он произвел в судьбе рэдрозианина ряд непредвиденных осложнений.

Впрочем, в тот момент АРЭС-Альтауэт об этом еще не знал, поэтому не торопился со своим возвращением на Рэдроз, решив, что прежде должен убедиться в сохранности бетельгейзийских делегатов и их средства передвижения, то есть «Альфара». Он легко проник вовнутрь салона, где находились пребывавшие в коматозном состоянии пассажиры. Более выносливый, чем у землянки, организм Аунореса пребывал в удовлетворительном (как сказали бы медики) состоянии, а вот девушка от полученной перегрузки начинала умирать. Ее лицо побледнело, удары сердца почти прекратились, функционирование головного мозга угрожающе замедлилось. Исходя из этих данных, Арроу, прежде всего восстановил жизнедеятельность землянки, машинально просканировав ее удивительно тонкую как для жительницы Солнечной системы энерго-биологическую суть. Когда Арроу убедился, что с девушкой все нормально, он перестал о ней как-либо думать, целиком переключив внимание к Ауноресу. Это была его вторая встреча со своим «братом» по биологическим родителям. Но в душе Арроу она не вызвала ничего, кроме мучительного импульса ностальгии по прошлому. Тому прошлому, когда он впервые встретил Аунореса во дворце шерата Актиара. Вот только не о рэдрозианском шеррите были его мысли, а о том последнем миге, когда смущенный юноша увидел чарующую улыбку Рианн…