— А вот я бы на их месте забыл, — выдал здравую мысль Серёга, и я с ним полностью согласился. Пытаться что-то предъявить Меркулову себе дороже.
Глава 17
Лифт
Перун
Орбитальный лифт едва слышно стонал. Казалось, что мы присутствуем при пробуждении механического колосса, внезапно пришедшего себя и пытающегося сбросить с себя захватчика.
— Двадцать третий проехали, — вслух произнёс Кабанов, хотя все находящиеся в грузовом лифте и так прекрасно это знали.
Нервничал парень. И его мандраж передавался остальным бойцам, связанным с ним невидимыми нитями.
— Должны дотянуть, — чтобы хоть что-то ответить, произнёс я.
На сетчатую крышу лифта упал здоровенный кусок высохшей оболочки гигантского организма, захватившего Лифт. Но порыв ветра, который уже прекрасно ощущался на такой высоте, подхватил её и унёс куда-то прочь.
Я проследил за ним взглядом, пока он не потерялся в десятках таких же «чешуек», которые осыпались с Лифта и ровным слоем укладывались вокруг него.
Атмосфера гибнущего существа, пускай и враждебного… хотя тут ещё вопрос, действительно ли враждебного?.. Давила похлеще многотонного пресса.
И чем выше мы поднимались, тем сложнее становилось этому ощущению сопротивляться. Наваливалась апатия, помноженная на изматывающее ожидание. Те пять часов, что дал Меркулов людям Чона, изрядно потрепали всем нервы.
И дело было даже не в размышлениях о судьбе ушедших гвардейцев и их миссии. Думать об этом было попросту некогда.
Поток тварей, прущих с Зоны, и не думал прекращаться, заставляя отправлять на оборону все большее и большее количество бойцов.
Меркулов ещё заранее отдал приказ сконцентрироваться на рукопашном бое, дабы сберечь боезапас и тратить его только на особо крупные цели. Которых, однако, тоже хватало.
И тем не менее мы держались. Даже несколько раз контратаковали, отбросив тварей за территорию грузового терминала.
Результат был кратковременным, тварей вернулось в несколько раз больше, но мы успели воспользоваться временным успехом и превратить прилегающую к ангару территорию в настоящий лабиринт из всего того, что удалось обнаружит поблизости. Даже те низкие строения подорвали, превратив их в руины, затрудняющие передвижение.
Таким образом удалось уменьшить натиск прущих монстров, распределив их на несколько потоков. Благодаря этому перемалывать нечисть стало куда легче, позволяя сменять людей.
Так что известие о том, что подача энергии на лифт, да и не только, возобновилась, воспринялось пусть и с облегчением, но не то чтобы с большим. Смена деятельности, не более того.
Ещё и новости от Насти заставляли изрядно напрячься, добавляя ещё большую неопределённость в происходящее.
Организм, поглотивший Лифт, умирал. По крайней мере на первый взгляд всё выглядело именно так.
Кровеносная система, по которой, помимо «обычной» крови, циркулировал эфир, стремительно деградировала, оставляя без питания могучий организм.
С одной стороны, данная новость радовала. Как же, мы считай только пришли, а неведомая хрень уже от страха окочуриваться начала. Ха-ха-ха…
Вот только на данный положительный момент было несколько отрицательных.
Во-первых, эта самая биомасса держала на себе приличное количество всякого хлама, который, едва почувствовав свободу, начал падать вниз, вызывая целые лавины. В общем, грохот стоял на всю окрестность, порой даже заглушая звуки продолжавшей работать артиллерии.
Во-вторых, тут уже конкретно порадовала Морозова, судя по её исследованиям, гибнет сам организм, зато остальные твари, не связанные с ним энергоузлами, чувствовали себя прекрасно. Значит, ожидать того, что твари помрут сами по себе, не стоило. А, следовательно, бравым парням любителям стрелять дважды предстоит ещё много работы.
Ну и последним отрицательным моментом по счёту, но отнюдь не по значению, являлось главное правило Вселенной.
Нет, я не про то, что после сытного обеда нужно хорошо поспать, а то, что, если где-то что-то убыло, это что-то непременно где-то прибыло.
И не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы связать разгоравшееся алое марево на двадцать пятом этаже, где находился Кузнецов, с медленным умиранием колосса, лишавшегося энергетической подпитки.
Так что едва поступила информация, что лифт способен двигаться вверх, а не только вниз под силой гравитации, я сразу же направился туда в сопровождении Кабанова.
Там нас уже поджидал Меркулов со своими лучшими бойцами. Хотя, стоит отдать должное, плохих у него по определению не было.
Уже тогда аура гибнущего существа изрядно давила, так что без лишних разговоров, взгромоздив себе на плечи крупные баки с огненной смесью и обвешавшись подсумками с боеприпасами, мы заняли место в лифте.
Одиннадцать гвардейцев Кабанова плюс Сергей, четырнадцать десантников, возглавляемых Степаном, и я, в качестве вишенки на агрессивно настроенном торте.
Лифт, даром что грузовой, всех нас вместил с трудом, заставив толкаться локтями и превращая в идеальную мишень, вздумай какой-нибудь недруг напасть на нас во время подъёма
Так что мешкать мы не стали, скупо пожелав удачи друг другу, Меркулов оставался руководить обороной, и, нажав на кнопку, стали подниматься в небеса.
И несмотря на плёвое расстояние, всего-то метров сто-сто пятьдесят, подъём был чертовски медленным. Грузовую платформу штормило из стороны в сторону, пол под ногами ходил ходуном, словно мы вот-вот полетим вниз.
И тем не менее, наша «утлая лодчёнка» упорно поднималась вверх, преодолевая препятствия на пути и позволяя посмотреть башню Лифта изнутри.
Какие-то уровни мы проскочили насквозь, разглядывая лишь стальные переборки, запечатавшие выход из шахты лифта.
Другие этажи, представляющие из себя скорее обыкновенные пролёты между настоящими уровнями, напротив, позволяли заглянуть вглубь Лифта, одновременно вызывая желание впитать увиденное в подкорку мозга, и в то же время забыть это навсегда.
Так поднявшись до одиннадцатого уровня, мы увидели подобие гигантской пещеры, наполненной совершенной сумасшедшей комбинацией газов с мелкой полупрозрачной пылью. Из-за этого автоматически вспыхнувшие лучи фонарей озарили подобие миниатюрной пустыни, в которой были даже настоящие барханы.
И на всем расстоянии, которое позволяли рассмотреть наши фонари мы могли увидеть высушенные трупы людей, среди которых копошились полуметровые твари, напоминавшие прямоходящих волков, вооружённых примитивным оружием.
При нашем появлении находящиеся поблизости твари, как одна, повернули свои отвратительные морды в нашу сторону, и я увидел, что их глаза вспыхнули фиолетовым туманом.
Однако хоть что-то они предпринять не успели. То ли наш грузовой лифт нарушил хрупкий баланс этого биома, то ли омертвение биомассы достигло уровня, но ближайшая к нам стенка пошла трещинами, и сквозь неё проник внешний свет.
А вместе с ним к «волкам» пришла смерть. Передние ряды тварей стали падать на песок прямо рядом с трупами своих жертв.
Остальные, успев среагировать, пытались убраться как можно дальше, но невидимая смерть косила их один за другим, не давая ни единого шанса.
За минуту до того, как наш лифт покинул этот уровень, отвалился здоровенный кусок плоти. Стало куда светлее, и я с трудом удержался от того, чтобы не попытаться потереть глаза через забрало шлема.
Вдоль стен находились жалкие подобия шалашей и палаток, собранных из различного мусора, видимо, попавшего сюда до того, как этот биом закрылся от внешнего мира.
Подъёмник, с трудом продравшись сквозь высыхающее мясо увёз нас прочь, а мы с Серёгой молча переглянулись. Одно дело — драться с тупыми тварями, но тут явно были признаки интеллекта. Причём его обладателей явно натаскивали на убийство людей.
На шестнадцатом или семнадцатом уровне наш лифт упёрся в мембрану, по началу едва-едва поддающуюся давлению упорного механизма.