Встав на них снова и чувствуя звон в ушах, я увидел, что огонь противоестественно быстро затухает, оставляя лишь красные угли, дающие неверный и странный свет. В нём я и разглядел наконец как следует зверя, который стал моим спасителем, а теперь вероятно станет убийцей. Быстро употребивший в пищу двух человек, но дёрнувший носом и не тронувший тело матери, возможно из-за того, что на наконечнике стрелы был яд, ко мне неторопливо шагал исполинский серый волк со светящимися жёлтым, потусторонним светом глазами. Монстр. О чём говорить, если его пасть была достаточно велика, чтобы перекусить взрослого человека надвое. Сознавая, что такому существу на один зуб, я преисполнился каким-то странным фатализмом. Мои родители были мертвы, но сдохли и их убийцы, лучник без руки тоже не жилец. Не потеря крови, так звери сделают своё дело, особенно в лесу, где обитают такие монстры. Даже злость куда-то ушла, оставив лишь опустошение. Потому я с каким-то странным равнодушием поклонился монстру, приложив руку к груди и произнёс:
— Спасибо за месть, лохматый. После того, что я увидел и умереть не жалко.
Волк же подошёл ко мне и наклонил свою лобастую голову, рассматривая неожиданно заговоривший кусок мяса. Его чёрный, влажный нос был так близко, что почти меня касался, а воздух из ноздрей явственно обдувал. Я же странно даже для самого усмехнулся, протянул руку и стал чесать короткую шерсть как раз между носом и глазами. Волк с окровавленной пастью кажется ошалел, его глаза расширились, сам он замер и даже дышать стал медленнее. Я же продолжил чесать, внутренне понимая, что пока процесс продолжается, меня не жрут. С перспективой отправиться за родителями я как-то смирился, но это всё таки не означало, что я тороплюсь встретиться с огромными клыками. Пасть зверя выглядела страшно, особенно после того, что он ей успел сделать за последние пару минут.
Волк стоял. Я чесал. Мы смотрели в глаза друг другу наверно с минуту, но для меня она растянулась на целую вечность. В какой-то момент зверю это надоело и он мотнул головой, отодвинув её чуть дальше. Поразглядывав меня несколько секунд, волк сделал то, чего я пожалуй ожидал меньше всего, когда его окровавленная пасть двинулась ко мне. Он просто взял и толкнул меня носов в грудь, от чего я с позорным конфузом упал на задницу. Поднявшись, я опять посмотрел на него. Ситуация была абсолютно непонятной, но умереть в случае чего хотелось всё таки не упав ниже суслика, который твёрдо стоит на двух ногах и без страха смотрит в будущее. Волку впрочем на мои переживания очевидно было пофиг и он снова толкнул меня носом. В этот раз я был готов, но разница у наших масс была такая, что это ровным счётом ни на что не повлияло.
— Пфых — издал зверь после этого странный звук, напоминающий смешок.
— Ну да, очень смешно — подтвердил я, снова вставая на ноги.
Волк снова фыркнул и открыл пасть, двинувшись ко мне. Я уж подумал, что меня наконец сожрут, но вопреки моим ожиданиям, страшные зубы лохматого монстра взяли меня на удивление нежно и куда-то понесли. Это был нонсенс. Безумие! Но вопреки здравому смыслу это было. Я болтался в пасти гигантского волка со светящимися глазами, который может тушить лесные пожары рычанием и двигался по ночному лесу неизвестно куда.
Странное это было путешествие. С одной стороны во мне теплилась надежда. Я ведь слышал в прошлой жизни, что история Маугли основана на вполне реальных фактах. В Индии действительно были зафиксированы несколько случаев, когда дети вырастали в стаях диких животных, а не были сожраны, как куски диетического, легкоусвояемого мяса. Правда социализировать их не удалось и они сами остались более животными, нежели людьми, но это уже было делом десятым. Я надеялся на жизнь! Вспоминал всех, кого воспитали волки во всяких легендах, книгах, фильмах и даже аниме. От Ромула и Рэма с Леманом Руссом до китайской колдуньи в фильме с Джеки Чаном и принцессы Мононоке с её дурацкой маской. Да, я пал настолько низко, что готов был уверовать даже в детский мультик, лишь бы челюсти, которые меня держали, не сомкнулись! И давил в себе страх. Минута полного фатализма прошла, смерть больше не вызывала одно лишь равнодушие, наоборот пришёл откат. Возможно как раз потому, что появилась надежда жить. Человек слаб и я не был исключением, даром что доподлинно знал о наличии души.
Ещё недавно я стоял перед необоримой силой, которая прихлопнула трёх магов, как мух. И отчётливо понимал, что ничего не могу ей противопоставить. Ни силу, которой у меня просто не было, не интеллект, на который любому зверю откровенно насрать, будь ты хоть трижды профессором и доктором наук. Но безумное стечение обстоятельств заставило сытого волка пока что сохранить мне жизнь. Знать бы ещё сколько продлится это «пока». Как скоро эта огромная туша проголодается?
Лохматый же подобными размышлениями себя похоже не утруждал, а просто двигался вперёд размашистым, но экономным бегом, которым его земные сородичи могут покрывать огромные расстояния. Волка ведь ноги кормят
Глава 5
Я из всех своих невеликих сил сделал максимально возможно быстрый шаг в бок, а потом схватился пальцами за шесть прыгнувшего на меня волчонка, дёргая на себя. Масса у Серого была для меня великовата, так что через мгновение мы с молочным братом покатились по полу логова, продолжая возню. Волчонок пытался меня прикусить, я старался его придушить. Успехи у нас обоих были довольно скромными. Впрочем и слава богу. Драка-то несерьёзная, детская. Но и проигрывать в ней нельзя, животные не любят и не уважают слабость. Становиться же «мальчиком для битья» мне очень и очень не хотелось.
Я уже более месяца обитал в пещере Лохматого и Люпины, как я назвал волчицу для себя, взяв за основу латинское название волков, из-за воспоминаний о основателях Рима и их приёмной матери. Оказавшись здесь в первый раз, я вывалился из зубов папаши-волка прямо рядом с волчатами, которые ползли к матери, чтобы подкрепиться молоком. Было дико стрёмно, но я помог ещё слепым щенкам преодолеть короткий путь, чем кажется заслужил благосклонность волчицы. Повезло. Если бы она углядела во мне хоть тень агрессии, то я скорее всего даже не успел бы понять, как именно Люпина меня убила. Размерами Лохматому она уступала не сильно и вряд ли не могла двигаться со схожей скоростью.
С того дня я оказался принят в «семью» и был безумно этому рад. Лес вокруг… не казался безопасным местом даже для взрослого мага. Что говорить о ребёнке, который всё ещё нуждается в прикормке молоком. Возможно конечно в этом мире не только волки, но и люди какие-то другие, покрепче, но по крайней мере на Земле Всемирная организация здравоохранения крайне рекомендовала грудное вскармливание до двух лет. Мне же был всего год с небольшим.
Щенки же определённо взрослели быстрее меня. Прозрели они за неделю после моего прибытия, а сейчас Серый, который крупнее брата и сестры, уже потихоньку пробует меня на прочность. Я же вынужден отвечать, пока что сохраняя статус главного. Но не думаю, что эта ситуация продлится долго. Возможно будь я чуть-чуть постарше и научи родители меня чему-то в плане работы с энергией, всё могло бы сложиться иначе, но однако пока что похоже, что я стану аутсайдером. Зато живым.
Серый наконец выдохся и я отпустил уставшего противника, напоследок слегка прикусив его за основания уха, в качестве напоминания кто тут пока что главный, на что он ответил позой покорности на спине с выставленным на обозрение горлом. Великое счастье, что у меня в своё время образовалась взрослая, шабутная восточно-европейская овчарка, которую пришлось воспитывать, для чего я нарыл кучу полезной и не очень информации сначала о собаках, а потом и о их лесных кузенах. Без этого бы наверно сошёл бы тут с ума или как минимум здорово напортачил.
Серый примирительно рыкнул, вставая и я дружески потрепал его по холке. Родители у нас по понятным причинам не дрались между собой, потому у меня была некоторая надежда, что мои молочные братья и сестра переймут мою модель поведения с проигравшим. Победи — утверди своё превосходство — прояви дружеское расположение к родичу. Хотя шансы были не велики. Живя в неволе, в больших вольерах с кусочком леса, щенки волков без родителей всё равно воссоздавали между собой ровно ту же иерархическую структуру стаи, что имеется в дикой природе. Так что поведение у них скорее всего прошито очень глубоко, чуть ли не прямо в генах, матушка-природа позаботилась. Она дама всё таки не только суровая и безжалостная, но и заботливая к своим детям.