Выпалив всё это, наставник поспешил ретироваться, а я поймал заинтересованный взгляд Чакравати.
— Он просто не умеет веселиться и не понимает шуток, — не стал я вдаваться в подробности. — О, вот и Настя.
Проскочив в каюту и заперев за собой дверь, видимо, чтобы Гита не сбежала, девушка с грохотом поставила несколько тарелок с закуской на стол, перед этим смахнув с него все документы, чем привела секретаря в лёгкий шок и возмущение.
— Забудь о делах, мелкая, мы сегодня отдыхаем! — ловко всучив в руки Гите уже каким-то чудом наполненный стакан, весело произнесла Настя, а после подмигнула мне. — За здоровье нашего патриарха!
Глава 4
Исаевск
Перун
— Нет, нижнее бельё она всё-таки не носит, — пронеслось у меня в голове, пока я разглядывал сквозь прищуренные веки поспешно одевавшуюся Чакравати.
Поспешно стянув с себя мою футболку, которая на этой взрослой крохе смотрелась будто какое-то платье, девушка первым делом влезла в брюки. Пару раз подпрыгнув, она принялась судорожно застёгивать молнию. При этом она с испугом, то и дело поворачивалась в мою сторону, проверяя, сплю я или нет.
И не только я. Даже не поворачивая голову налево, я прекрасно ощущал приятную тяжесть и теплоту, а нос щекотали пряди светлых волос. Но, в отличие от меня, Настя действительно спала.
Вот только звук упавшей башни, какого-то чёрта составленной из стульев, на спинке самого верхнего почему-то находились комбинезон Морозовой и блузка с пиджаком Чакравати, прервал чуткий сон девушки.
Открыв глазки под грохот падающей мебели, Морозова мило улыбнулась и чмокнула меня в нос.
— Доброе утро, Игорь, — сонно произнесла Настя, а после повернула голову в сторону замершей будто статуя Гите. — И тебе привет. Выспалась?
Мой секретарь, продолжая прижимать мою же футболку к обнажённой груди, медленно кивнула, не сводя с меня взгляда. Смысла притворяться, что я продолжаю спать уже явно не было.
— Игорь, прекращай пялиться на девушку, видишь, она стесняется, — толкнула меня в бок Морозова, при этом сама не спешила отворачиваться. Я бы даже сказал, что взгляд её был придирчиво-оценивающим.
Разлепив глаза и сделав вид, что только-только проснулся, повернулся в сторону Анастасии, успевшей усесться на кровать. Судя по тому, что лифчик с трусиками на ней присутствовали, ночью между нами ничего не было.
— Гит, подай мне, пожалуйста, комбинезон, раз там стоишь, — как ни в чём не бывало продолжила Настя, и за спиной я услышал шуршание. А чуть позже над моей головой пролетела скомканная одежда.
Но, как оказалось, шоу только начиналось. Поднявшись с кровати, Анастасия начала медленно одеваться, причём встав так, что процесс во всех подробностях видел не только я, но и Чакравати. И процесс этот походил на стриптиз наоборот. Вот скажите, как можно так эротично застёгивать клипсы на комбинезоне?
Н-да, даже Агаши, на что искусна была, определённо могла бы взять пару мастер-классов у более опытной женщины.
Наконец-то застегнув молнию, но при этом не до конца, оставив этакое декольте, девушка мило улыбнулась явно нам обоим.
— Гита, малышка, я уже оделась. Или хочешь, чтобы Игорь Владиславович посмотрел, как ты одеваешься? — с намёком произнесла Морозова, и мне, честно говоря, чертовски захотелось повернуться. Но и портить удовольствие Насте не хотелось, так что я невероятным усилием воли удержался.
Тем временем Чакравати издала писк с лёгким оттенком возмущения и, судя по звукам, стала одеваться. Впрочем, в связи с тем, что вещей было всего ничего, этот процесс много времени не занял.
Настя же, обойдя кровать, подошла к Гите и, наклонившись, что-то прошептала девушке на ушко. После чего та выскочила из спальни пулей.
— Всё, сбежала Белоснежка из логова дракона, — рассмеялась Морозова и обернулась ко мне. — Господин дракон, вы так и будете каждый раз после гулянки утаскивать принцесс в своё логово?
— Во-первых, вы сами заявились, я, вообще-то, просто намеревался выспаться, — поднявшись с кровати, я потянулся за футболкой со штанами.
Судя по часам, утро было ранним, так что во что-то официальное можно было не одеваться. Тем более что я точно расслышал, как Настя попросила Чакравати организовать завтрак на троих.
— Во-вторых, как показывает практика, после таких посиделок ничего с вами, принцессами, не происходит, — продолжил я. — Ты зачем мою секретаршу споила и в неловкое положение поставила?
— Элементарно же. Чтобы пробить стену скованности по отношению к вам, господин Исаев, — Настя подошла ко мне и то ли расправила помятую футболку, то ли просто по груди погладила. — Девочка она хоть и умная, но по отношению к вам чересчур робкая. И эту робость желательно преодолеть пораньше и привязать её к вам покрепче.
— Что-то я раньше, Анастасия Олеговна, не замечал за вами такой практики, как манипуляции чувствами других людей, — произнёс я, чувствуя, как руки девушки поднимаются по мне, а сама она прижимается сильнее.
— Никаких манипуляций, скорее дружеская помощь, — приподнявшись на цыпочках, посмотрела мне в глаза Морозова. — Пока наш славный патриарх раскатывает по далёким далям, мы, девочки, иногда друг с другом со скуки немножко сплетничаем. А порой и тайнами делимся.
— Дай догадаюсь, тайны лучше всего рассказываются под настойку? — перехватив руки Насти, повернул девушку спиной к себе, посильнее прижав.
— Когда как, — девушка умудрилась наклонить голову, прежде чем я цапнул её за ушко. — Но так или иначе, мы с Крис решили, что Гита слишком хороша, чтобы её потерять. Как специалист она очень хороша. Впрочем, как и человек. А если она эмоционально привяжется к тебе, это будет здорово. Так что не отталкивай её.
— Не только манипулятор, но ещё и сводница, — толкнул я девушку на кровать. — Самой-то не стыдно, Анастасия Олеговна?
— Всё во имя рода и моего патриарха, — смеясь, девушка перекатилась на другой край кровати и, спрыгнув с него, покачала передо мной наманикюренным пальчиком. — Не будем сегодня смущать бедняжку больше положенного, Игорь Владиславович, кажется, я слышала звук открываемой двери.
Поправив комбинезон, который и без того идеально сидел на идеальной фигуре, Морозова подмигнула и в два шага исчезла за дверью.
— Ничего не понятно, но очень интересно, — подвёл я итог произошедшего разговора и, натянув одежду, вышел вслед за Настей.
В гостиной комнате уже действительно находились Гита и небольшая тележка с едой. Первой я ободряюще улыбнулся, заставив вновь покраснеть, а вот вторая напомнила про необходимость наведаться к Морозовой в лабораторию, чтобы выяснить причину постоянного голода.
Но это уже потом, а сейчас, пока девушки хлопотали, накрывая стол, я успел сходить в душ и привести себя в порядок, в процессе размышляя, чему бы уделить внимание сегодня.
Впрочем, все планы разбились в щепки, когда я вновь появился в гостиной. Еда там по-прежнему была, вот только к ней добавилось пара башен из документов и планшетов. А когда я посмотрел на Настю и Гиту, сидящих ровно и со строгим деловым видом, понял, что утро перестаёт быть томным. Кажется, меня сейчас покормят, а потом заставят отрабатывать вчерашний вечер…
По итогу так и вышло. Всю бумажную волокиту я разбирал, сидя в удобном кресле и домашней одежде, а вокруг меня хлопотала пара красавиц. Правда, ближе к обеду я стал относиться к ним как к гарпиям. Вроде и красивые, но попробуй намекнуть, что стоило бы перерыв сделать, и всё — весь мозг выклюют.
Так что из собственной каюты… в общем, врут те, кто говорит, что мой дом — моя крепость… я выбрался лишь ближе к вечеру. И то отпустили меня лишь потому, что, мне необходимо было связаться с Дугальдом Кембеллом и договориться о встрече на завтра.
Но, когда я, морально выжатый после общения с Морозовой и Чакравати, шёл по коридорам Черепахи, нехотя сам себе признался, что оно того стоило. Я, конечно, и одной десятой документов не разгрёб, но сверхсрочные дела разобрать успел.