А то не выдержу и опять уведу её в свою комнату. Нет, пора думать о серьёзном. Это тот самый момент моих циклов. Ещё несколько дней и начнётся полная неизвестность.
Выживу после штурма — всё будет в новинку. Будто все эти годы были только подготовкой к этому моменту. Зато у меня будет уже два камня. Кто знает, на что способен второй.
А первый ждёт своего часа. Я использую его только в нужный момент, и в этот раз меня не застанут врасплох.
— Никаких следов того человека в маске, — доложил Алекс, виновато опустив голову. — Обыскали всё, князь.
— Он здесь, я знаю, — сказал я. — И отправится с нами. Будьте осторожнее.
— Поэтому ты не говоришь, когда мы выходим, — он кивнул. — И не надо, даже мне.
— Я бы ему голову оторвал, — пообещал Паха.
— И оторвёшь.
— А можно я останусь? — попросила Света. — Здесь так хорошо, а там, на острове Шувалова…
— Ты же не сможешь оставить нас на произвол судьбы, — я усмехнулся. — Даже если я скажу тебе оставаться, ты всё равно поедешь с нами.
Света нахмурилась, но ничего не сказала.
Пора начинать совет. Будет очень много всего, что я не знаю, но часть того, что было, повторится вновь. А что-то будет даже лучше, ведь у меня сейчас намного больше сил.
Офицеры почтительно поднялись, когда я подошёл к столу с картами.
— Разведка Строгановых донесла, что Шувалов готовит флот для атаки, — отчитался Трофимыч, поправляя свою генеральскую фуражку. — Мне обязательно её носить? Ну никак не сидит на голове.
— Ты же теперь генерал, тебе фуражка положена.
— Батя бы мой охренел, если бы это услышал. Ладно. Шувалов будет высаживаться здесь, как только закончить приготовления. Так что штаб считает, что…
— Надо атаковать самим, — сказал я.
— Верно, князь, я как раз хотел предложить именно это. Разведка так же доложила, что на острове Шуваловых западная береговая батарея будет молчать.
— Угу.
Западная батарея на ремонте уже как несколько месяцев, но её могут вернуть в строй уже через пару недель. Эту информация осталась от моих прошлых попыток.
А ещё оборона держит в глубокой тайне, что ремонтируются орудия южной береговой батареи. Ремонт затеяли до того, как Макс Воронцов провёл ритуал. Так что здесь я был уверен, что большие пушки будут молчать. Их не успеют восстановить.
Но тип в маске, если он рядом, не будет знать, что это знаю я. Я удивлю всех перед самым началом штурма.
— Хороший день для высадки может через неделю, — офицер из дома Строгановых наморщил лоб, глядя в календарь. — Но к этому моменту мы можем…
— Нет, — отрезал я. — Шувалов успеет подготовить флот. Высаживаемся раньше.
— Но когда?
— Выходим сегодня!
— Сегодня? — Трофимыч откашлялся и вытер вспотевший лоб. — Да, внезапность, конечно, будет на нашей стороне, но так сразу и без подготовки…
— Выходим сегодня и высаживаемся, пока они нас не ждут, — я взял лежащий на столе нож и воткнул его посередине карты острова Шуваловых. — Детали штурма обсудим непосредственно перед самой высадкой.
— Есть, князь. Следуем вашему плану.
Даже если тот шпион передаст инфу прямо сейчас, Шувалов не успеет подготовиться. Да и не просто не успеет подготовиться, в прошлых циклах он вообще не верил, что я на это решусь.
Никто тогда в это не верил. Как будет в этом — я не знаю. Всё-таки Шувалов потерял руку, а Морозов огрёб от нас ещё раньше.
Так что день, время и место самой высадки я не буду объявлять заранее. Но погода в тот день будет классная, самое то для десанта с моря.
Я посмотрел на недовольных офицеров. Им всё не нравится. Они думают, что я полагаюсь на удачу. Но Трофимыч со мной не спорил. С ним я план тоже не обсуждал, но его всегда привлекала дерзость операции.
А без этого нам победа не светит.
— Теперь осмотрим войска? — предложил Трофимыч. По его лицу видно, как ему не терпится показать, кого он нанял.
Людей я видел и раньше. В основном это наёмники, ветераны многих войн, опытные штурмовики и десантники. Четыре батальона, сработанных друг с другом. Они недавно освободились от контракта и теперь искали себе знатный дом для работы.
На дворян работать проще, чем на корпоратов, платят столько же, но работы меньше. Если бы я опоздал хоть на день, этих наёмников нанял бы Оболенский. Но я оставил его с носом.
Это всё те же самые люди, которые всегда нанимал Трофимыч во всех циклах. Но зато теперь они были вооружены совсем по-другому.
Морская пехота Строгановых выстроилась в отдалении, с любопытством глядя на мои батальоны штурмовиков. Две тысячи человек. В масштабах войн моего мира это капля в море. Но в мире, в котором сотню с лишним лет назад континенты раскололись на острова, жило не так много народа.
Две тысячи опытных бойцов в этом мире очень солидная сила.
Над солдатами, выстроившихся в идеально ровные квадраты, реяли мои знамёна с грифом. Этот же герб у каждого на плече.
У всех бойцов дорогая штурмовая броня, умные шлемы с прицельными приспособления и тактической сетью между взводами, ротами и батальонами. А ещё винтовки и пулемёты, новейшие, мощные, подключенные к шлемам. Корпораты не пожалели денег на экипировку моей армии. Такого нет даже в гвардии императора.
Тут и экстеры и интеры. Не вчерашние студенты и студентки, и не обедневшие европейцы, которые пачками нанимались во все дома, куда звали. Здесь здоровенные ветераны-маги, которые могут долбануть и в ближнем бою. Опытные, знающие кучу опасных заклятий.
С ними инженеры, сапёры, разведчики, снайперы… все, кто нужен для будущего дела.
И не только люди. Лёгкие бронемашины, десантные катеры-амфибии, разведывательные вертолёты и даже пять танков. И, разумеется, куча боеприпасов и запчастей. Корпораты подготовили меня к настоящей войне.
— Я не видел этих ребят в бою, — сказал Трофимыч, придерживая фуражку, чтобы не сдуло ветром. — Но у них лучшие рекомендации. Из всех наёмников, что можно нанять, эти самые опытные. И ушла на них куча денег.
И не одна куча, много. Мы потратили большую часть из того, что мне вернули бюрократы и передали из корпорации. Но в прошлых циклах эти траты себя оправдывали.
Я стоял чуть на возвышении. В глазах рябило от визоров шлемов, направленных в мою сторону. Интересно, этот тип, теперь уже без маски, среди них? Или среди офицеров? Или где-то ещё?
Трофимыч вышел чуть вперёд, под моё знамя, которое трепало сильным ветром.
— Славься, дом Воронцовых! — заорал он во всю глотку.
— Славься, дом Воронцовых! — хором повторили две тысячи голосов.
К этому никогда не привыкнешь. Как целая морская волна, что чуть не сбила с ног. Я не хотел улыбаться, но не выдержал. Меня эта картина радовала. А когда Шувалов увидит всё это великолепие на пороге, ему будет очень грустно. И ему придётся отдать мне камень.
— Желаешь сказать речь, князь? — спросил Трофимыч.
И опять он застал меня врасплох. Забыл, хотел же подготовить речь. О чём бы поговорить с ними? Только не о долге и прочем. У меня свои цели, а они хотят заработать. О деньгах? Так и я так выплачиваю щедрые зарплаты.
Я медленно осмотрел первые ряды. А они все смотрели на меня.
— Ну парни, — я усмехнулся. — Надерём пару жоп?
— Надерём! — заверили меня бойцы.
— Тогда всё ясно? На посадку, пока погода не испортилась!
Да уж, войску Шувалову, которое наполовину состоит из бывших крепостных, будет нечего противопоставить этому отлаженному военному механизму. Это не просто механизм, это настоящая военная машина. Эти ребята меня не подведут.
Главное, не умереть в убежище ещё раз.
Я достал обломок маски. Должна же остаться отметка на морде. И рана на локте, они всегда болезненные. Как бы его вычислить?
Кто-то подходил ко мне со спины. Трофимыч, а с ним и ребята. Я убрал обломок в карман.
— Как идут, — восхитился Трофимыч, подходя ближе. — Профи, ничего не скажешь.
— А у тебя крутые войска, — добавил Кирилл, выныривая с другой стороны, держа фотоаппарат. — Всю плёнку на них истратил.