— Он — идиот, — облегчённо выдохнул Кравцов и, не удержавшись, расхохотался. — Да его сейчас просто прикончат все те, кого он на убой отправить собрался. Какой же кретин…
— К-хм, к-хм, — прокашлялся барон. — Для всех достопочтенных граждан славного города Вольный и, в частности, для того, кто сидит сейчас в своей норе и радостно смеётся, поясняю.
Камера, передающая изображение, отъехала чуть назад и рядом с Исаевым оказалась капсула с прозрачной крышкой, слегка покрытая изморозью. Впрочем, когда камера укрупнила изображение, лицо находящегося трупа стало видно предельно чётко.
— Для тех, кто не был лично знаком с ныне умершим, позвольте представить — Михаил Витальевич Кравцов, отец нынешнего патриарха, — продолжил Игорь. — Именно его бренное тело защищало Вольный от массированного удара неизбирательного оружия массового поражения. А не добрая воля недоброго патриарха, стремящегося вернуть заблудших овец в стойбище, как многие тут думали. Ещё раз повторю, для не самых сообразительных. Щита нет. Помер щит. Сломался. И сейчас у господина Константина нет поводов сдерживаться.
— Отец… Как так… Отец… — вглядываясь в навеки застывшие глаза трупа, прошептал Константин, стискивая в руках подлокотники кресла.
— Константин Михайлович, — тихо произнёс дворецкий, не зная горевать или радоваться произошедшему.
Он прекрасно понимал чувства господина, но теперь у того не было причин сдерживаться, и он мог покончить с мятежниками одним ударом. Тем более что этот Исаев так удачно сам собрал их в одном месте.
— Так, со вторым вопросом мы вроде как разобрались, — щёлкнув пальцами, Исаев перевёл внимание камеры на себя. — Теперь пара слов лично от меня. Так сказать, чтобы подтолкнуть сомневающихся или надеющихся отсидеться в сторонке. Мантис был необычайно любезен и представил списки людей, которых успел завербовать, пока находился под бочком патриарха. Не вижу смысла скрывать имена «героев», тем более что список действительно впечатляет, и поблагодарить каждого лично я не успею.
Картинка сменилась фотографиями, чередующимися с текстом, в котором содержалась краткая характеристика показанного человека. Похоже, Исаев слил базу в эфир в таком виде, в котором получил её от Мантиса.
— И да, ещё небольшое уточнение. Для тех, у кого надежда умирает последней, — вновь заговорил барон. — Досье транслируется всем и везде, то есть предаётся не только по видео, но и напрямую в закрытые радиоканалы. Так что, скорее всего, ваш товарищ, находящийся рядом, прямо сейчас с удивлением узнает, что всё это время нёс службу не с товарищем по оружию, а с презренным предателем. Думаю, объяснять, как он огорчится от этой новости, не стоит. Ну а теперь, раз все и всё поняли — фас!
— Константин Михайлович… — потянулся старый дворецкий к Константину, но остановился, когда где-то снизу раздались едва слышные хлопки.
— Как он умудрился это провернуть? — едва слышно прошептал Константин, пустыми глазами уставившись в пол.
— Господин, нам нужно уходить, на нижних этажах обезвредили несколько предателей, но обстановка становится опасной, — в спальню ворвались два гвардейца в полном обмундировании. — Необходимо укрыться в убежище, пока гвардейцы зачищают усадьбу от предателей.
Кравцов уже было собирался возразить, но, взглянув на экран и увидев на нём лицо одного из бойцов, с которым пересекался совсем недавно, ощутил, как у него по спине пробежал холодок. Смерть ходила совсем рядом.
Быстро переодевшись в уже ставший привычным за последний месяц боевой камуфляж, Константин вышел в коридор, в котором отчётливо пахло дымом.
— Пожар начался в гостевом крыле и постепенно движется в нашу сторону, — выслушав доклад по рации, доложил сопровождавший его гвардеец.
— Что по Кембеллам? — двигаясь следом за охранной по направлению к лифту, спросил патриарх.
— Мы послали людей их вывести, но доклада пока нет, — ответил охранник. — Боюсь, их могут и не успеть спасти, уж больно быстро распространяется пожар.
— Жаль, — без особых эмоций произнёс патриарх.
Сейчас он больше беспокоился о собственной безопасности, но, когда он запрётся в бункере, чтобы переждать первую волну нападавших, ему бы не помешала приятная компания.
Да и торговаться с Исаевым было бы куда удобнее, имея на руках нескольких заложниц. Ивар, наверняка, жив, и через него на этого урода будет проще надавить.
Пока Кравцов размышлял об этом, наконец, подъехал лифт, все четверо, уже изрядно кашляя, втиснулись в узкую кабинку, и один из охранников нажал на кнопку спуска.
Усадьба Кравцовых, расположившаяся на самом большом холме города, находилась недалеко от десантного модуля и сама по себе представляла прекрасное убежище. Верхние, наземные этажи выглядели как обычное, пусть и роскошное здание, оформленное в стиле Центральных миров. То есть ярко, дорого и чрезвычайно броско.
Минус первый уровень уже представлял из себя укреплённый ангар для техники, где сейчас располагалось несколько бронированных машин, и имел подземные выходы в городе, через которые можно было при необходимости скрыться.
На втором подземном этаже уже располагались казармы для личного состава, небольшой плац и столовая с лазаретом, способные обеспечить существование небольшого количества бойцов из личной гвардии Кравцова.
Ну и третий, самый главный и самый укреплённый этаж представлял из себя центр управления городскими системами и был оснащён охранными системами похлеще некоторых банков в Центральных мирах.
— Что происходит? — спросил Кравцов, когда лифт едва успел достигнуть первого этажа, а после освещение в кабинке погасло.
— Похоже, перебои с энер… — не успел до конца высказаться дворецкий, как пол под их ногами резко исчез, а потом появился, заставив всех повалиться на пол.
— Господин, вы как? — первым пришёл в себя гвардеец и тут же принялся ощупывать патриарха.
— Живой… кажется… — произнёс Константин, действительно пытаясь понять, целый он или нет. Чертовски болела нога, и, кажется, он здорово приложился головой о поручень.
— Мы застряли между минус вторым и третьим уровнями, — произнёс охранник, рассматривающий каменную стену, после того, как включил фонарик и раздвинул двери лифта. — Похоже, стопора успели сработать, иначе одними ушибами бы не обошлись.
— Какой-то хреновый лифт для убежища. Сдохнешь раньше, чем доберёшься до безопасного места. — раздражённо произнёс Константин, разглядывая узкую щель, сквозь которую сверху пробивался свет.
— По инструкции предполагалось, что эвакуация будет происходить по другому маршруту. Прошу сюда, — выбив решётку на потолке, гвардеец встал на колено и сплёл пальцы, делая замок.
Константин, наступив на живую опору, схватился за край проёма и, подтянувшись, оказался на крыше кабины. Следом за ним забрался телохранитель, тут же бросившийся открывать не до конца закрытую дверь, ведущую на второй этаж подземного убежища. На их счастье, та сопротивлялась недолго, позволив выбраться из западни.
— Сейчас пройдём шлюз, минуем плац и сможем спустить по лестнице вниз. И вы будете в безопасности, господин, — прикладывая руку к сканеру, зачем-то пояснил гвардеец.
Массивная дверь бесшумно открылась, пропуская их внутрь убежища. Пройдя по широкому коридору, они вышли в большое помещение, которое гвардейцы между собой называл плацом, и где в случае тревоги должен был собраться личный состав, в данный момент дежуривший в убежище.
И здесь действительно были люди. Вот только не те, кого был готов увидеть Константин Михайлович Кравцов.
— Ты!? Но откуда? — воскликнул молодой мужчина.
— Спорим, что за последний час ты не первый раз задаёшь себе этот вопрос? — с отвратительно знакомой улыбкой спросил стоящий впереди встречающих Кравцова наглый барон.
***
— Ты уверен, что стоит выпускать Ивара против этого урода? — спросила меня Агаши, стальной хваткой вцепившаяся в Кенну и не давая той самой броситься на Кравцова.
— Он — представитель рода, и ему вершить правосудие, — ответил я, поддерживая едва стоящую на ногах Льялл. Будь моя воля, отправил бы её на поверхность, но женщина буквально умоляла дать увидеть, как умрёт её мучитель. Про сестёр Кембелл вообще молчу.