Матушка тоже долго не пробыла. Большого количества активов у нашей семьи на станции не было, но и даже в таком случае они требовали внимания, тем более я попросил её проработать вопрос на случай срочной продажи.
Мне тоже сегодня предстояло много дел, так что, проводив сестру до транспортной капсулы, которая следовала до лётного училища, первым делом направился в охранную контору, чьими услугами сейчас пользовался в столице.
Вот только свою капсулу пришлось подождать… Одно хорошо, капсульная станция находится практически прямо перед нашим домом.
Подмечу, что по местным меркам был он весьма скромный, в два этажа, да и личной территории почти нет. Так небольшая лужайка, гараж да генномодифицированные деревья, что вырабатывают кислород в огромных количествах.
Но цена на квадратный метр пространства станции такая, что даже более обеспеченные роды, предпочитают более скромное жильё, нежели они привыкли. Собственно, это видно по соседям. Но об этом как-нибудь потом, капсула почти прибыла к месту назначения.
Пока ехал, полюбовался на наш городок, что висит на орбите дикой планеты. Сейчас здесь было тихо, так как большая часть аристократов была выброшена на планету. Подмечу, что именно «выброшена», как какой-то мусор. Нас не жалко, если умрём, то «бывает, они знали на что шли», а если мы добьёмся успеха, то «всё благодаря императору».
На нашем «кольце» весьма маленькая «зона аристократов», поэтому я весьма быстро добрался до густозаселённой части города. Здесь уже, как и в нормальных городах-ульях, были многоэтажные дома, минимум свободного пространства и крайне паршивый воздух.
Выйдя из капсулы, попал в людской поток. На станции проживало немало народу, а вскоре жителей станет многократно больше. Всё же когда ресурсы с планеты начнут сюда поступать, их нужно будет обработать, а может, даже и изготавливать что-то полезное.
И я говорю не только про орданиум и руду. Шкуры, драгоценности, органы и плоть монстров, что обладают особыми свойствами и используются в алхимии да артефакторике. Ну и многое другое.
Машину брать не стал, всё же до нужного места мне недалеко. Решил прогуляться, но ничего интересного не увидел. Всё тот же унылый серый город. Разве что теперь всюду висят рекламные баннеры из серии «Иди в колонисты, отвоюй себе место под солнцем!». И может, лет двести назад такие лозунги и работали, но после двух последних колонизаций, где по последним подсчётам погибло до десяти миллионов колонистов, и это только в первые месяцы высадки, желающих заняться этим рискованным делом резко поубавилось.
Но не буду о плохом, ведь я пришёл куда надо. Это было большое сооружение, в восемь этажей, но такое же серое и унылое, как и всё вокруг. Разве что на нём рекламных баннеров не было.
В этот раз в ход пошли кристаллы тримития, но экономить на безопасности семьи я даже и не думал, так что оплатил услуги на два месяца вперёд. Это была явно завышенная цена, но теперь я был уверен, что в случае чего, моих близких вытащат откуда угодно и доставят до безопасного места.
Следующим этапом была встреча с небольшими рабочими бригадами, которые всё-таки решили рискнуть и поселиться на моих землях. С каждой из таких групп я встречался отдельно, причём в разных частях Орбитала, так что всё-таки автомобиль взять пришлось.
Фермеры, строители, техники — все они были выходцами с разных планет, выглядели по-разному и вели себя по-разному, но всех их объединяло одно — желание зацепиться за место под солнцем, даже если придётся заплатить кровью и потом. Благодатный материал, если знать, как с ним обращаться.
Отдельной статьёй шли люди более узкой специализации. Те же биохимики или инженеры. Как я уже говорил, подобные специалисты ценились на вес золота, и я был изрядно удивлён, когда обнаружил у себя четыре подобные заявки.
Впрочем, подвох вскрылся почти моментально, стоило мне только ознакомиться с личными делами.
Тот же самый биохимик оказался молодой девушкой, выпускницей института какой-то захудалой планетки, о которой я и не слышал.
При личной встрече она смущалась, краснела и заикалась, при этом пытаясь мне объяснить разницу между динамической и функциональной биохимиями.
В общем, чувствую, что вместо благодарственного поцелуя от Морозовой получу минимум убийственный взгляд и возмущённое “фи”. Но на безрыбье и стажёр — учёный, так что, пройдясь ещё раз по аттестату девушки, сказал, что она принята.
Судя по её реакции, когда она это услышала, от падения в обморок удержалась лишь невероятным усилием воли, чем заработала пусть небольшой, но всё же плюсик от меня.
Встреча с инженерами, двумя братьями, прошла нормально. Несмотря на молодость, им едва перевалило за двадцать, они успели пару лет поработать на грандиозной стройке на Вале, возводя дамбу, способную уберечь будущий форпост от полуторакилометровых волн, прокатывающихся по всей планете.
Империя давно облизывалась на это шарик, висящий в космической пустоте и забитый полезными ископаемыми по самую макушку, так что, вооружившись последними технологиями, люди бросились на штурм Вала.
Со слов братьев, планета отвечала со всей своей яростью, счёт погибших уже давно перевалил за все мыслимые пределы, но парням удалось выжить, поднакопить средств и, что самое главное, получить бесценный опыт.
Вот только два года не такой значимый срок для крупных родов, да и молодость парней сыграла с ними злую шутку. Но я всегда считал, что в данном случае молодость — это проходящий недостаток, так что в отличие от менее дальновидных “коллег” стал богаче на двух инженеров-строителей.
А вот с инженером-механиком вышло что-то непонятное. Встреча была назначена в одном из тихих уголков станции, подальше от оживлённых трасс, в обычной забегаловке, располагавшейся на первом этаже какого-то дома муравейника. Человейника, если точнее.
Всё это выглядело чересчур странно, так что я, недолго думая, позвонил в охранное агентство, в котором за последние два дня стал любимым клиентом, и заказал двух бодигардов, как нынче модно говорить. Ну или телохранителей, если по-нашему.
В кафешку я зашёл один, оставив охрану снаружи. Впрочем, внутри тоже было не многолюдно. Точнее, там находился всего один человек, который походил на механика, как Шпилька на штурмовика.
Был он невысок, коротко стрижен и гладко выбрит. Цвет глаз я определить не смог, так как прятал он их за тёмными очками, которые так были ну просто жизненно необходимы в помещении на космической станции!
Одежда на нём была добротная и мало чем отличалась от принятой на станции. В общем, если бы не одно «но», я бы на него и внимания в толпе не обратил.
Но этого “но” было достаточно, чтобы потянуться к эфиру и приготовиться бить в ответ.
После пребывания на планете и работе с местным эфиром я стал куда чувствительнее, и эфирную ауру того же Дугальда мог хорошо ощущать. Но если сравнивать, то там это был лёгкий сквозняк, а тут незнакомец буквально излучал огонь, заставляя мой эфир улетучиваться, едва я его выпускал.
Хреновый расклад, если учитывать, что личное оружие на борту станции было запрещено носить за редким исключением. Два таких исключения дожидались меня снаружи, но мне ещё нужно было выбраться наружу.
— Достаточно, я увидел то, что нужно, — произнёс совершенно не запоминающимся голосом незнакомец. — В следующий раз будьте осторожнее, Игорь Владиславович.
— Спасибо, учту, — кивнул я.
Поднявшись из-за стола, мужчина накинул плащ, нужный сейчас так же, как и очки, и направился к выходу. Я слегка посторонился, и он прошёл мимо, не останавливаясь.
Я, конечно, мог его притормозить, но эта аура… Было у меня чувство, что даже вливая всю свою энергию в лечение, я останусь без рук, прежде чем дотронусь до него.
Мужчина вышел, а я подошёл к столику и хмыкнул. Труп с выжженными глазами, лежащий за широким диваном, куда больше походил на механика, чем странный советчик даже в таком состоянии.
Ещё несколько ослеплённых товарищей я обнаружил на небольшой кухоньке, явно нерассчитанной на такое количество поваров. То, что они — повара, я определил по солидному количеству ножей, что они носили на перевязях. Правда, работают исключительно с «мясом».