Как не трудно догадаться вопросов было много. Но к счастью для меня разбойники не стали играть в героев и решили сдаться, а потому я смог их задать. Один из джентльменов удачи вякнул про демона со страху, от этой версии я и решил играть. Страх — это тоже оружие, если его правильно применять против добычи, она пойдёт туда, куда надо тебе, а не ей. Детское тело конечно слегка мешало выглядеть внушительно, но зато я умел передавать Кив в голос, для атаки мой рык слабоват, по крайней мере против добычи на территории стаи, но зато если говорить правильно обертоны получаются и правда немного жуткие. На контрасте с телом ребёнка это даже наверно смотрелось ещё страшнее. В общем учитывая, что пользователи Кив немножко закончились, а у остальных с реакцией и ночным зрением похуже, я разбежался, опять перемахнул на остров и резко затормозил, прорычав:
— Сдавайтесь или умрите, смертные!
Смертные выпендриваться не стали, дозрели до стадии депрессии с принятием, зря только в руки Кив для молний качал, которые могли пару человек насквозь пробить. Ну да оно и к лучшему, бессмысленная жестокость не наш метод. Так же к лучшему и то, что я сдержал детское желание похулиганить. Хотелось всё таки выдать старое КиШовское «Ты говоришь я демон? Так и есть, со мною не видать тебе удачи. Навеки моё дело зло и месть. Для демона не может быть иначе!» на местный лад, тем более что оно уже было переведено. После сказок и пары колыбельных для Жэндэ, пока она лечилась у Эны, я как-то заимел хобби с переводами всяких штук из прошлой жизни на местный язык. Потом правда малявка выздоровела и родители резко запретили ей общаться с лесным чудой-юдой, но увлечение у меня осталось. Однако я сдержался и вообще был молодец. Фраза, обращённая к бандитам должна была быть короткой и доходчивой, а не превращаться в что-то длинно-поэтическое. Провинция, не поймут-с.
Всё сработало, оружие они побросали и начали споро друг друга вязать по моему приказу. Быстро правда нашёлся один умник, недостаточно хорошо затягивающий узлы, но он тут же познакомился со слабенькой молнией, забился в конвульсиях и пустил пену изо рта под мой клишированный злодейский смех. Я не из тех, кто получает удовольствие от чужих страданий, но зато никто не умер, а у бандитов в должной мере выросла мотивация. Убить — это всегда успеется, только вот трупы я оживлять не умею. Последнего разбойника я связал сам, а потом освободил выживших караванщиков, велев им взять острые железки пленных и следить за ними в оба глаза. Возражений не последовало, этих людей я пугал не меньше, чем бандитов.
Следующим пунктом программы стал осмотр трофеев и обыск тел с палатками. Они принесли мне кучу всего интересного, включая несколько пухлых свитков внушительного вида и тот самый ножик. Покрутив его в руках и убедившись, что не ошибаюсь, я решил заняться пленным земельником, который мог вероятно ответить на мои вопросы лучше всех остальных вместе взятых. Только была парочка проблем.
Пользователи Кив ребята не слабые, особенно если стоят на Лестнице Земли. У них вообще физическая сила практически профильный параметр, так что очень не факт, что верёвки просто не будут порваны, когда вырубленный противник очнётся. Прикинув так и эдак ситуацию я махнул рукой на гуманизм, а потом без лишних сантиментов подрезал ему сухожилья в руках и ногах. Операция была не самая приятная, но болезный был, так сказать, под анестезией. Второй печальной новостью было то, что маги тут менее чувствительны к боли, чем обычные люди. Так говорила Старая Эна, да и по себе я это вполне ощущал. Только вот обо мне нельзя было сказать, что я квалифицированный палач… Нет, в прошлой жизни конечно про всякое читал и порой на экране видел, про иглы под ногти в курсе, про другие страшные штуки тоже, но самому как-то этим всем пользоваться не приходилось. Рассудив, что начать практиковаться никогда не поздно, а пытка электричеством считается одной из самых болезненных, я реши что всегда успею начать бить врага молниями с руки по яйцам за неимением клемм, которые можно прицепить к его мудям. Но сначала лучше попробовать более гуманные методы. Да, я ненавижу всех этих уродов и хочу, чтобы они ответили за свои преступления и сдохли. Но сам становиться жестоким палачом не хочу. Может быть это желание остаться чистеньким малодушно, но мне плевать. Я такой, какой я есть, так устроен. И не хочу меняться в худшую на мой взгляд сторону. Убивать и пытать людей же не хорошо для человека, да?
В общем я взял деревянное ведро, набрал вонючей болотной воды и с размаху вылил на вырубленное тело так, чтоб хотя бы часть влетела в ноздри. Пациент закашлялся, попытался перевернуться на бок и пришёл в себя.
— С возврращением, мясо — прорычал я, всё так же играя Кив в горле — Как спалось?
— Пошёл ты ₽^#@, *₽#/;! — ответили мне.
— Смело. Но глупо — хмыкнул я, приласкав болезного молнией, чтоб дальше помолчал, а не ругался — Слушай сюда, мясо. Выборр у тебя простой. Ты либо ррассказываешь мне всё, что я хочу знать и отпрравляешься к своему богу. Либо я прриношу тебя в жертву своему Хозяину и он мне ррассказывает всё, что мне нужно знать. Врремени на подумать у тебя, пока я рритуальный круг готовлю.
Сказав это я пошёл и начал чертить круг с каракулями на земле. Старая Эна говорила мне о местных верованиях, в целом тут цвело и пахло вполне обычное язычество, вроде как доморощенный Белобог когда-то вломил своему братцу, которого в принципе можно было бы и Чернобогом обзывать, изгнав родственника с подручными за край мира. Но мир-дружба-жвачка так и не наступили, потому что не имея возможности творить зло лично демонюги и их божество развращают души людей, нашёптывая им всякие гадости из серии: убивай, грабь, насилуй, доминируй, унижай. В общем классическое это не я плохой, это меня бес попутал на уровне религии. Разумеется бывают у тёмных сил и адепты, которые пытаются их вернуть, куда ж без этого. И главный страх верующих в том, что их душонка отправится не в местные рай или ад, где в принципе можно поскитаться, раскаяться да переродиться в какую-нибудь зверушка или бакашку для искупления, а отправится за кромку мира, где бессмертная душа будет сожрана без остатка. Собственно этим я и пугал.
Глазомер у меня был неплохой, окружность удобным ножом начертить удалось довольно ровную, затем настало время пентаграммы, а после неё я начал выводить по углам слова на русском. Символов этих тут никто не знал, так что по идее они должны были смотреться достаточно загадочно, хотя на деле вышло «призываю», «дух», «Сталина», «строить», «коммунизм». Пять лучей звезды, пять слов. Мох был не самым приятным материалом, но я справился. Пленник же активно молился в слух всем богам, заставляя остальных людей бледнеть. Но языческие боги, как это у них принято, положили божественный болт на искреннюю молитву, а бывшим караванщикам не хотелось на меня нападать. Они после общения с бандюганами ходили-то с трудом, да и проскакивали в их взглядах некоторые нотки злорадства. Особенно у женщины… Не удивлюсь, если её тут успели попользовать, а бабы такое не прощают.
— … клянусь верно и праведно служить вам, всюду нести добро и справедливость — тем временем уже подвывал земельник.
— Время на раздумье вышло — хмыкнул я, взял парня ща шкварник и потянул в центр пентаграммы — Да и не переживай ты так, всё будет быстро и почти безболезненно. Только тут тебя немного порезать придётся, но я постараюсь аккуратненько. Не зверь же какой. Полежи тут пока.
Оставив жертву в центре ритуального круга, я пошёл и восстановил разрыв линии, оставленный телом, протащенным по земле. Парень же перестал подвывать молитвы и стал пытаться уползти, но с перерезанными сухожильями получалось у него паршиво. Никак не получалось в общем-то. Я же отложил металлический кинжал и достал тот, что из рога. Вообще по слухам тёмные жрецы пользовались каменными, не признавая железо, но тут главное что не металл.
— Ну-с, прриступим — проговорил я, примериваясь и парень наконец не выдержал.