— М-м-м-м, кровавую расправу?
— Что?
Теперь мой черед улыбаться.
— Игра так называется. Присоединяйся. Чем больше участников, тем лучше. Называется «Кровавая расправа».
Про «Мафию» на этих землях еще не слыхивали, а я, пару дней проживавшая с братом дознавателя, свой клан с мошеннической деятельностью открывать не желала, хотя Пират не единожды склонял меня к этому.
Собрав на кухне всех домочадцев, начала объяснять:
— Отбросим титулы и звания, — прищурилась, разглядывая Анжелику, — играем вместе.
— Почему с челядью? — возмутилась бледнолицая барышня.
— Потому что я тоже к ней отношусь, — поджала губы и осмотрела остальных. Еще чуть-чуть, разогрею революционные настроения в доме. Вон как десай Аллен угрожающе скалкой помахивает. — Итак, все, кто хочет участвовать, вытягивают карты. — Посмотрела на кусочки бумаги: там все было примерно так же, как и в моем мире. — Кому достаются обычные номера цифр — горожане Дримгейта, у кого старшие карты — те бандиты, убивающие горожан. Так как только я знаю правила, буду ведущей. Когда говорю: «Город засыпает, просыпаются бандиты», эти прощелыги решают, кого из горожан они убивают, а потом пробуждаю остальных, возвещая о жертве, а вы в беседе должны определить, кто же крайний.
— Мам, круто ведь, — подхватил мои словечки Форд, дергая Анжелику за юбку.
— А детям можно участвовать? — решилась спросить вампирша.
Я бы, конечно, поспорила, но от невинных детей несло таким винным перегаром, что он мог снести любого трезвенника, и это никого не смущало.
— В игре кровавоубийства нет, — расплылась я в улыбке.
Умертвие Клод разочаровался и решил покинуть нас. Ну, как говорится, на вкус и цвет все косточки разные.
Что началось! Карты мафиози выпали Кевину и Эйдену, которые умело заметали следы своих преступлений. Я же, пока все рассуждали, готовила коктейль под названием «Кровавая Мари» — уж очень хочется запомниться в Аридии.
Подавая напиток, наблюдала, как вампиры, оборотни, маги и люди теряют рассудок в попытках вызнать, кто же мифический убийца. Вот чем я буду заниматься, оставив семью де Цепешей,— открою собственное казино с незнакомыми здесь играми: «Мафия», «Уно», «Крокодил», может, «Подземелья и драконы». Весь мир Аридии наполнен магией, им должно понравиться.
С моими планами это тоже сходилось — я мечтала разговорить дознавателя насчет себя.
— Вы выиграли, дес де Триаль, — возвестила, салютуя бокалом, — такая находчивость и смекалка.
— Ты сомневалась, Маша?
— Нисколько, — сморщилась я от его слов, — знала, что де Цепеши выгрызут себе победу.
Ой, как двусмысленно все прозвучало. Но меня прервала Эланора, которая не считалась ни с кем и ни с чем.
— Хорошая игра, девочка. Жду, когда сойдемся в честном бою. Изучай топоры.
— Мама, — с ударением на второй слог устало произнес де Цепеш, — зачем ты пугаешь Мари?
— Да что ее пугать? Был бы ты умнее, что, как мы выяснили, не твой случай, понял бы, что Маша — прямой потомок....
Ее возглас поглотило рычание Триаля. Дальше мы не поняли ни слова из их разговора.
Древняя старушка изобразила жест «слежу за тобой», а я подумала, что искусство владения боевыми топорами точно лишним не будет. Кто его знает, когда она решится его проверить.
— Маша, ты была великолепна, — не очень трезво заключил Кевин, а за ним вся его команда.
— Я была ведущей, — пожала плечами, не желая принимать всю славу.
— Я никогда не проводил так хорошо время, — радостно заметил Кристиан.
Что-то мне подсказывало, что и с девушкой наедине он не оставался. Сравнить, по сути, не с чем.
— Он прав, Мари, — встал Эйден, закрывая собой все остальное пространство, когда нас оставил его брат.
— Поверь, я рада, — посмотрела на оборотня, — но, с другой стороны, мне же это и убирать.
— Ты не в прислугах у де Цепеша, не обманывай меня, Маша, — не самым трезвым голосом заметил дознаватель.
— Тебе-то откуда знать, какие у нас договоренности?
— Сразу поинтересовался.
— Тогда вдвойне странно, что тебя так завлекла прислуга, — фыркнула в его сторону.
— Стой! — остановил меня оборотень. — Я не мог не заметить, как умело ты провела игру.
— И что? — выдохнула ему в лицо.
Он приблизился вплотную, прижав меня к посудной полке. Сейчас мы остались наедине. Команда ремонтников ушла вслед за Кевином, а служащие покинули зал, как только я объявила окончание игры.
— Ничего, — развел тот руками. — Иногда ты так меня бесишь, не знаю, как с этим смириться.
Я замерла, подозревая какой-то подвох.
Вот оборотень навис надо мной, склонился, потянулся и… Захлопали все двери и ставни на полках. Какая-то невидимая сила отбросила мужчину от моей фигуры и задула огонь в светильниках.
Это я с духом дома познакомилась? Удивительно. А чем дознаватель ему не угодил?
— Это было… — потирал голову Эйден, так как стукнулся о ножку стола.
— Неожиданно? Внезапно? Неприятно? — улыбнулась, одновременно чувствуя неловкость.
А знаете, какая я неловкая в неловкой ситуации? В данный момент я отвернулась от волка и вцепилась в двери шкафчиков, которые несколько секунд назад так активно двигались, и чуть не обрушила весь буфет.
Мы чуть не поцеловались. Маша-попаданка и подозревающий ее в чем-то дознаватель. Хороший полтергейст, спасибо, что меня по полу не прокатил.
— И что это? — поднялся наконец мужчина и магией закрепил треклятую полку.
— Разве де Цепеши не рассказывали тебе о хранителе Ведьминой горы? — я даже удивилась такой неосведомленности местного жителя.
— Я не верил.
— Я тоже, — огляделась вокруг и, чувствуя себя полной идиоткой, произнесла: — Дорогой домовой, а можно больше этого оборотня не обижать? Он временно с нами поживет.
На люстре зазвенели подвески. По моим ощущениям, это от обиды.
— А ты не хочешь спать? — обратилась к Эйдену.
— Почему ты меня выпроваживаешь? — спросил он и уставился на потолок.
Вот все нужно объяснять. Иногда думаю, что мужчин наделили силой, а умом как раз обделили.
Уперла руки в боки и развернулась.
— Не видишь, мне надо с домом поговорить, как бы абсурдно это ни звучало.
— Ведьмы, — выдохнул оборотень, но оставить меня согласился.
Второй такой перелет волка по кухне может не пережить сама кухня, а может и Эйден, но Маша не железная. Ей стены завтра красить.
Трудно, очень трудно сохранять серьезное лицо, если беседуешь с пустотой. Но я прониклась происходящим.
— Значит, ты невидимый хранитель дома и спас меня от поползновений со стороны мужчины? — тихо шептала в пространство.
В помещении загорелась одна из ламп. Решив, что это знак согласия, я продолжила.
— Ты принял меня как ведьму и разрешишь ремонтировать дом? — Люстра опять зазвенела.
К черту «Мафию», тут своя игра с вопросами.
— Ты принял меня как ведьму, но мне нужно снять проклятие Ираиды, чтобы ремонтировать поместье? — уточнила условия.
Зажегся второй светильник.
— А можно больше данных ? И вообще, весь договор посмотреть?
Внезапно распахнулись створки окна, открывая вид на сад. Вдали маячил склеп злобной колдуньи.
— Мне надо к ее могиле?
Еще один огонек появился на кухне.
Фух, это прояснили. Теперь вернемся к личной жизни.
— Дорогой дух, а можно тебя попросить разбираться с моими ухажерами не так радикально?
И опять перезвон подвесок.
— Ценю твои усилия, но давай я буду вслух проговаривать, если мужчина мне досаждает?
Зажглась новая лампа.
— Спасибо, — поблагодарила я невидимое существо. — Теперь могу рассчитывать на твою помощь?
И еще один огонечек.
Чувствую себя как в храме.
Прошептав еще одно спасибо, двинулась к своей спальне. Денек тот еще. Уже в кровати раздумывала над ситуацией с дознавателем. Как сказала Эланора: «Быть умным не твой случай». Это не про Триаля, фраза полностью и бесповоротно относится ко мне. Подумать только: чуть не приняла ухаживания того, кого стоит усиленно избегать.