– Я тоже не знаю. Может, подарки вовсе не дарят, только гуань для волос. Когда мне исполнилось двадцать, отец дал мне лишь второе имя[381] и отправил служить хозяину.

– Но я и так ему служу, – надул губы Ин Тао. – Мне тоже дадут второе имя? А кто?

Сяо Шэ серьезно задумался над этим вопросом. Обычно второе имя давал старший родственник, отец, или же Учитель, но у сяо Тао не было ни того ни другого. Растительные духи появлялись на свет при благоприятных обстоятельствах и по воле случая обретали способности к совершенствованию. Никаких родителей, только родная земля. Родной край Ин Тао был очень далеко отсюда, а Се Юньци принес его в Третий дворец еще маленьким саженцем. Можно сказать, что… хозяин и был его старшим. Сяо Шэ нахмурился. Он знал своего господина, и тот был ужасно небрежен в таких моментах, – ведь духа вишни в его саду звали просто Ин Тао!

– Это должен быть кто-то старше и мудрее, – наконец проговорил Сяо Шэ. – Дать имя – большая ответственность, но и большая честь. Ты можешь попросить кого-нибудь из старших демонов клана Чу, к примеру? Допустим, первую госпожу…

– Не, – тут же скривился Ин Тао. – Она такая… Такая… – он не стал договаривать, но Сяо Шэ и сам знал, что имел в виду Ин Тао. Тетушка их господина была женщиной… суровой, можно даже сказать, слегка увлекающейся. Только вот увлечение у нее было одно – плести интриги и строить планы о свержении праведного мира. После общения с ней их хозяин всегда несколько дней ходил мрачнее тучи и срывался на всех подряд.

Сяо Шэ предложил еще кандидатуру:

– Может, лао Линь? Он мудр и в почтенном возрасте, наверняка он придумает неплохое имя.

Ин Тао задумался, но потом снова покачал головой.

– Этот старый олень – тот еще педант и зануда. Выберет что-нибудь вычурное с мертвыми иероглифами, а мне потом как объяснять людям?

– Не олень, а цилинь, – машинально поправил его Сяо Шэ.

– Дагэ, давай ты выберешь мне имя? – вдруг оживился Ин Тао. – Ты же мой старший. Ах, как замечательно я придумал!

Он перевернулся на живот и поднялся на локтях, в ожидании глядя на Сяо Шэ. Большие блестящие глаза, подернутые пьяной дымкой, уставились на него, и бедный телохранитель сглотнул, не зная, куда смотреть. Мало кто мог заставить его растеряться.

– Я… не… – пробормотал он, а свет в глазах юноши потух.

– Не хочешь, – заключил он и трагично перекатился на другой бок, поворачиваясь спиной к Сяо Шэ. – Ну и не надо, глупая обезьяна, не нужна мне твоя… твоя помощь. Проваливай, пошел. Попрошу… не знаю кого. Или не буду брать второе имя. Да и вообще церемонию не надо проводить! Большое дело! Я всего лишь какой-то мелкий дух… – Чем больше он говорил, тем жальче ему себя становилось, и в конце концов Ин Тао шмыгнул носом, чувствуя, как защипало глаза.

– Эй, – не на шутку испугался Сяо Шэ, хватая его за плечо и поворачивая к себе. – Эй, сяо Тао, я не отказывался, просто…

– Просто решил, что я недостаточно хорош, чтобы быть твоим младшим? – спросил Ин Тао.

Сяо Шэ глубоко вздохнул. Способность этой маленькой вишни выворачивать его слова была просто потрясающей. К тому же спорить с пьяным…

– Все совсем не так, – терпеливо сказал Сяо Шэ. – Просто я боюсь, что не смогу придумать достойное имя.

Ин Тао удобно устроился на его колене и фыркнул.

– Я всего лишь мелкий дух, нет нужды в чем-то роскошном, – сказал он. – Просто выбери достойное имя.

– Хорошо.

– Лучше двусложное. Что-то с растительными графемами. Или даже с вишней. Или с цветами. И лучше, чтобы не слишком сложное, а то я устану его запоминать. Но чтобы хорошо сочеталось с фамилией. А фамилию можно поменять? Хотя нет, я к ней привык. Тогда только имя. Можно еще что-то поэтичное, с отсылкой на стихи… И вообще, раз мне исполнится двадцать, значит, я смогу пить вино, когда захочу? Ха, дагэ, больше ты мне не запретишь! Противная обезьяна, придется отдать все мои запасы вина…

Сяо Шэ почувствовал, как начинает болеть голова. Избалованный маленький дух еще долго болтал всякую чепуху, но затем затих, успокоенный поглаживанием по голове, и незаметно для себя заснул. Сяо Шэ подхватил его на руки, намереваясь отнести в комнату, но вдруг замер и прищурился.

С высокой башни был хороший обзор, и вдалеке, за однообразными красными скалами, он увидел черное облако. В ясный солнечный день оно особенно выделялось на горизонте. Но самое странное, что оно продолжало расти, будто приближалось.

Сяо Шэ застыл на башне, а затем резко сорвался вниз с Ин Тао на руках. Приземлившись во дворе, он перехватил бесчувственного юношу одной рукой и оглушительно свистнул. Весь дворец переполошился, слуги обернулись к нему.

– Нас атакуют! Немедленно поднять защитный барьер! – крикнул Сяо Шэ и, не теряя больше ни мгновения, бросился в свои покои. Он аккуратно положил Ин Тао на кан, схватил со стола талисманы и мешочек-цянькунь и выскочил наружу, закрыв за собой дверь.

Демоны всегда жили в ожидании следующей битвы и не расслаблялись. Стоило Сяо Шэ поднять тревогу, как Третий дворец ощетинился: демонические звери приняли истинный облик, слабые духи попрятались, а все защитные барьеры были подняты. Сам Сяо Шэ взлетел на дворцовую стену и напряженно замер, сжимая в одной руке меч, который извлек из духовного хранилища, а в другой мешочек с ядами.

Черное облако становилось все больше, и Сяо Шэ мог различить золотые молнии, которые рождались в его недрах, а также множество красных глаз.

Хэйшэны[382]. Опасные создания тьмы, подчиняющиеся наместнику севера. А за ними полчища демонов, прикрытые наступающей ночью.

– Защищать Третий дворец! Всех трусов я лично разорву на части, – разнесся суровый голос Сяо Шэ над дворцовой стеной. Он глухо зарычал, и зеленый халат на его спине с треском разошелся по швам, являя черную шерсть на резко увеличившейся спине. Он рос и рос, пока не стал с целый чжан, лицо не обратилось в ужасную морду с красными глазами, а две ноги не слились в одну огромную вывернутую ногу. Меч в его лапе с длинными когтями казался игрушкой, но он все равно крепко сжимал его, злобно глядя на приближающихся врагов.

– Как приятно, когда тебя ждут и встречают, – раздался веселый голос. Сяо Шэ поднял морду и увидел во главе разнородного войска Луань Дунь, которая лениво полулежала на хэйшэне, будто это было духовное судно. Она улыбнулась, слепыми глазами «глядя» вниз, на дворец. – Сам наследник клана Сяо[383] вышел ко мне. Какая честь. В знак благодарности за гостеприимство я даже верну Третьему братцу твой труп.

Сяо Шэ громко зарычал, и его крик подхватили демоны во дворце.

– Ц-ц, – Луань Дунь усмехнулась и махнула рукой. – Эти земли теперь мои, и вы тоже мои. Наместничества востока больше нет. Убивать всех вас не имеет смысла, но… – улыбка на ее лице стала еще шире, – так будет намного проще. У меня нет времени разбираться. Я считаю до трех, и всех, кто не спрятался… – за повязкой в пустых глазницах вспыхнул зеленый огонек, – я обязательно найду.

К закату Се Юньци разрывало от гнева, злобы и беспокойства. Сяо Шэ больше не выходил на связь. Этот достопочтенный несколько раз пытался достучаться до него с помощью духовного кристалла, но та сторона молчала. Се Юньци не мог не признать, что чуточку переживает за своего телохранителя. Все-таки даже ему была не чужда привязанность, и Сяо Шэ много лет был подле хозяина, да и этот глупый растительный дух тоже ничего.

Но гораздо важнее было то, что Третий господин потерял дворец – все накопленные за эти годы богатства и духовные сокровища, всех своих прислужников и подданных, мягкую постель и наряды! Се Юньци ни мгновения не сомневался, что Первая сестра сровняет его дом с землей, забрав все самое ценное. И это его ужасно, просто невыносимо злило.