Мо Хэ с ужасом смотрел на алое лезвие. Меч, чувствуя его смятение и страх, тоже дрожал, вырывался, но Дэ Цзэшань держал его крепко.

– А-Чжи… – Какой у него был нежный, вдруг снова юношеский голос, Мо Хэ так давно его не слышал. – Пожалуйста. – Он перешел на шепот. – Лучше ты, мой чжицзи[320], чем они.

Какие страшные – и какие правдивые слова. Кто мог подойти на эту роль лучше, чем родственная душа? И Мо Хэ понимал – не хотел, но понимал, потому что осознал, какой путь решил проложить Шаньцзю своим сородичам собственной смертью.

– Неужели… неужели ради этого стоит умереть?

Дэ Цзэшань не отрывал от него блестящих глаз.

– Не стоит. Шучу. – Он улыбнулся, печально и горько. – Конечно, стоит, я же не глупец-самоубийца. Я лишь порочный, алчный демон, захвативший целую пустыню.

Мо Хэ отвернулся, сморгнув слезы. И тогда Дэ Цзэшань напал со спины. Много лет после этого Мо Хэ вспоминал о том, как Владыка демонов придумал самый простой способ для себя, чтобы заставить Мо Хэ атаковать. Вынудил пойти на эту безнадежную, проигрышную сделку – атаковал его спрятанным в рукаве кинжалом.

Когда Цинсин, защищая хозяина, инстинктивно ударил, Мо Хэ даже не успел отреагировать. Клинок пронзил Шаньцзю насквозь.

– Нет!

Ударная волна светлой ци отбросила клинок в сторону, и тот, духовное оружие, бывшее с Мо Хэ долгие годы, обиженно задрожал, завибрировал, но его хозяину было все равно. Стоя на коленях, он обнимал обмякшее, слабое и такое легкое тело Шаньцзю – он будто стал меньше с тех пор, как они познакомились. Струйка крови потекла по подбородку демона, и Мо Хэ нежно стер ее рукавом. Бледное лицо перед ним расплывалось от слез.

– Ты и правда самый подлый человек из всех, кого я знаю… – тихо проговорил он, баюкая Шаньцзю на руках и слушая, как хрипло вырываются вздохи из его груди.

– Солнце… и луна не могут быть на одном небосводе… хоть и пытаются…

Тонкие, невесомые пальцы скользнули по щеке Шаньцзю, вытирая одинокую слезу.

– Прости.

Это было последнее, что сказал ему Шаньцзю, прежде чем закрыл глаза. Тьма будто только того и ждала. На глазах у Мо Хэ тело рассыпалось в пепел, не оставив ничего, кроме тетради в черной обложке, обвязанной красной лентой. Но Мо Хэ не двигался и так и просидел всю ночь под плачущим кровью небом.

Он вернулся в Чэньси великим даочжаном Сюаньи, установив межевой камень на границе Огненной пустоши. Отныне нечисти было запрещено покидать ее под угрозой смерти.

Он не оделся в белое, но сменил халат на тот, что чернее ночи, а волосы подвязал красной лентой – символом его обещания. Он поменял иероглифы в имени на те, что больше подходили его скорби и бремени.

А его меч Цинсин больше никогда не покидал ножен, запечатав сам себя.

© Ю. Сы, текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Приветствую всех, кто добрался до третьего – финального – тома, и поздравляю! Два тома дорогие читатели наблюдали за тем, как некий достопочтенный пытается стать Владыкой демонов, нет, вернее, сожрать великого даочжана Сюаньи, нет, разумеется, цель этого достопочтенного – уничтожить праведный мир и проклятого даоса вместе с ним. Итак, раз с целью мы определились (к концу истории), то давайте заодно вспомним, что произошло в этой истории до этого:

Мо Хэ победил шуйгуя в Чанъане, цзянши в Сянъяне, шэяо в Шанло, побывал на призрачном рынке, ловко избавив столицу от демонов на ближайшие десять лет, и попутно раскрыл заговор четырех наместников Огненной пустоши. Кажется, эта новелла выглядит как список побед проклятого даоса…

А чего же добился некий достопочтенный? Стал учеником одной черепахи и… в целом на этом достижения некоего достопочтенного заканчиваются. О, еще он явил свою истинную сущность, и теперь все, включая Мо Хэ, знают, что он не просто яо, а великий цюнци, древний демонический зверь. Впрочем, это не помогло Се Юньци…

В финале второго тома этот маленький демон еще и обнаружил, что давнее пророчество, изменившее всю его судьбу, самым прямым образом связано с проклятым даосом. И потому Се Юньци поклялся отомстить. Поверят ли читатели в его искренность? И умеет ли этот достопочтенный вообще держать слово?..

Читайте третий том и узнайте финал этой истории!

Арка VI. Облака рассеялись, и показалось солнце[321]

Глава 55. Пропить жизнь, проспать смерть[323]

В Огненной пустоши редко бывало облачно. Но сейчас весь восток пустыни был погружен во мрак: свинцовые тучи низко нависали над острыми пиками, среди которых стоял дворец. Если присмотреться, становилось понятно, что это не облака, а клубы темной ци, которая никак не рассеивалась.

В огромном сумрачном дворце стояла мертвая тишина. Не было видно ни души – казалось, что хозяева и слуги давно покинули это место.

Вдруг где-то в глубине длинной крытой галереи с грохотом распахнулись тяжелые двери, а следом послышались звонкие шаги. На плитах из Огненного нефрита каждый шаг разносился гулким эхом, отражаясь от расписанных фресками стен и поднимаясь до высоких потолочных балок.

Мужчина бодро прошествовал по галерее, будто не замечая неестественной тишины. Он свернул в сад, прошел через несколько лунных дверей и оказался перед роскошным центральным павильоном. Понурые кусты хризантем задрожали, стоило ему приблизиться, и мужчина застыл, прищурился, а потом резко сунул в листья руку.

– Ай-ай-ай, Второй господин, за что же вы так! – взвизгнул кто-то.

Второй господин, Тао У, фыркнул и потянул за ухо мелкого демона, спрятавшегося в кустах хризантем. Это был бледнолицый маленький цветочный дух, выглядящий таким же понурым, как и его цветок.

– Где все? – хмуро спросил Тао У.

– Какие все? – сыграл дурачка дух, глядя на наместника запада большими светлыми глазами. – У нас тут нет никаких всех.

– Так я тебе и поверил. – Тао У безжалостно выкрутил демону ухо, и тот завизжал пуще прежнего. В тишине двора этот писк казался оглушительным.

– Все прячутся от гнева господина! Второй господин, помилуйте! У меня только одно ушко, второе плохо слышит…

– Сейчас и это перестанет. – Тао У хотел усилить хватку, но в этот момент перед ним появился высокий слуга. Он подошел так тихо и незаметно, что в нем с первого взгляда можно было распознать мастера боевых искусств – Сяо Шэ.

– Господин, прошу, пощадите нашего садовника, ему и так в последнее время несладко. – Сяо Шэ обнял ладонью кулак и поклонился.

Тао У, потеряв интерес к духу хризантемы, отпустил его и сложил руки на груди.

– Я стучал. Я звал. Никто не ответил, и мне пришлось войти без приглашения, но ни один слуга меня так и не встретил. И это так называемое гостеприимство Третьего дворца? – Он окинул взглядом увядшие цветы во дворе, мрачное небо над головой и посмотрел на Сяо Шэ: – Где этот идиот?

– Я приношу извинения за то, что мы не смогли должным образом поприветствовать дорогого гостя, – спокойно отозвался слуга вместо ответа. – Я провожу Второго господина в приемный зал…