— Час. Может, два. Я не знаю точно. Это первый раз.

— Хорошо. Делай. Потом отдыхай, второй штурм мы уж отобьем без тебя. — лейтенант бустрым шагом ушел на верх по лестнице оставляя меня с другом. Вокруг была тишина.

Второй?

Я огляделся. Руны на стенах практически погасли, мерцая так что даже заметно не было. Судя по всему, защита башни снова упала!

— Штурм? — спросил я, не веря и повернулся к Алексу.

— Второй. — ответил тот. Марка рядом не было. — Марк на позиции, а я сижу с тобой в резерве, на случай если ворота сломают. К нам пришли три демона и тысяч пять скелетов.

— Погоди, погоди… Второй штурм? — я попытался сообразить, понял, что очень хочу пить и закашлялся. Тут же получил от друга флягу, и только сделав пару глотков смог просипеть, голос пропал напрочь. — Почему я не слышал первый? Вырубался что ли?

Голова кружилась, да и слабость была такая, что хотелось лечь, свернувшись в одеяле как в детстве и не вставать. Кажется, я заболел, во всяком случае слезящиеся глаза ни к чему хорошему не вели. Нужно пойти умыться. И сделал шаг вперед и прислонился к стене.

— Ты не спал Кор, если тебе от этого станет легче, — Алекс поймал меня и помог удержаться. — ТЫ был в каком-то своём мире, что ли. Мы хотели тебя растормошить еще позавчера, но лейтенант запретил. А Марк сказал, что это похоже на боевой транс, только связанный с созданием. Стейни сказал, что потащим тебя на сколоченном щите, чтобы не отвлекать, если будет нужно.

— Оптимизм — второе имя нашего лейтенанта, — пробормотал я, кое-как пристраиваясь к холодной стене и пытаясь унять противную дрожь в руках. Организм бунтовал против трехдневного марафона на грани истощения, и до меня наконец дошло, что пока я тут самозабвенно играл в гениального артефактора, мои товарищи снаружи умирали по-настоящему. Хотя стоп! Я же ел! Вот только сколько прошло дней.

— Ну и как… как оно прошло?

— Через задницу, если коротко, — бросил Алекс, проверяя завязки на своем побитом доспехе. — Трое наших погибли. Раненых десяток, а Денису, похоже, совсем крышка, его распороли от плеча до задницы. Защита башни сдыхает, Кор. Раньше купол держался час, потом полчаса на перезарядку. Теперь он едва вытягивает минут двадцать, а потом гаснет. Эти твари будто по часам атакуют.

— В прошлый раз было по-другому. — отметил я.

— Да, сейчас есть хотя бы шанс дождаться восстановления и твари сами бегут.

— В смысле, по часам? — я нахмурился, заставляя заржавевшие шестеренки в мозгу провернуться со скрипом.

— В прямом. Они больше не лезут напролом. Стоят и ждут. И как только руны на стенах начинают мерцать, готовясь погаснуть, так вся эта костяная хрень срывается с места. И возвращаться успевает, не мрет под рунами просто так. Те твари что ими командуют знают, как это делать.

Зараза! Я метнулся к сундуку, понимая, что Стейни мне не приснился. Он был готов и активирован. Артефакт работал. Хотя я точно помню, что лейтенант приходил буквально только что.

— Лейтенант когда тут был?

— Часа три назад. — ответил Алекс и я окончательно запутался. — Тебе нужно полежать, друг, тебе даже на вид очень хреново.

— Нельзя лежать! Лучше помоги! — я пошел в бронированную комнату и попытался сдвинуть сундук с золотом с места, ага, хрен там плавал. Сил не было, совсем. — Так стоп!

Вернулся к своему творению, открыл крышку, под внимательно наблюдающим за мной другом, и посмотрел внутрь. А нихрена не понятно.

Внутри ящика была темнота. Причем какая-то неправильная, живая тьма, которая слегка колыхалась, словно поверхность воды. Я сунул руку внутрь и почувствовал странное покалывание, когда пальцы прошли сквозь невидимую границу и провалились куда-то глубже, чем позволяли физические размеры ящика.

— Работает, — выдохнул я, вытаскивая руку обратно. — Бездна меня возьми, оно действительно работает.

— И что это значит? — Алекс недоверчиво уставился на ящик.

— Это значит, что мы можем засунуть туда всё содержимое этой комнаты, и никто не узнает. Помоги мне дотащить первый сундук.

Алекс взялся за один край тяжёлого сундука с золотом, я за другой. Тащили медленно, останавливаясь каждые несколько шагов, потому что мои руки отказывались слушаться, а в глазах плыло. Когда мы наконец дотащили проклятую штуковину до моего ящика, я едва не свалился на пол от изнеможения.

— Как его засунуть туда? — спросил Алекс, глядя на разницу в размерах. Сундук был раза в три больше моего творения.

— Просто толкни внутрь. Пространственный карман больше, чем кажется.

Алекс скептически покосился на меня, но послушался. Наклонил сундук, приставил к краю ящика и толкнул. Тяжеленная деревянная громадина словно провалилась в невидимую дыру, исчезнув в колышущейся тьме. Алекс отшатнулся, выругавшись.

— Что за… Корвин, ты уверен, что это безопасно?

— Нет, — честно признался я. — Но приказ есть приказ. И вообще, какого хрена мы надрываемся тут.

Я взял ящик, весящий пару килограммов, и поставил его в центр комнаты, чтобы надо было меньше ходить. Мы работали молча, перетаскивая сундук за сундуком. Золото, драгоценности, оружие, свитки — всё исчезало в ненасытной пасти пространственного кармана. К тому моменту, когда мы закончили, я уже держался на ногах только силой воли и упрямства. Голова раскалывалась, перед глазами плясали чёрные точки, а руки тряслись так, что я едва мог удержать фонарь.

— Всё, — сказал я, захлопывая крышку ящика. — Готово. Теперь нужно только предупредить лейтенанта. Я наверх.

— Тут сиди, или в бойницу смотри, я сейчас! — сорвался с места Алекс, которому видимо надоело сидеть в засадном полку, и он побежал сам к лейтенанту.

А я направился к ближайшей бойнице. Несмотря на то, что нас была почти сотня, ну без пары десятков, на этаже практически не было бойцов, все сидели или ниже, на более удобном втором, или выше. Так что из открытой казармы я смотрел на поле за башней один.

И то, что я видел мне совершенно не нравилось. Скелетов действительно было много, судя по количеству костей, они уже доползали до третьего этажа и выше, а с начала штурма прошло не так уж и много времени, и парни никак не могли сбросить эту нарастающую волну со стен. Чуть вдалеке я видел несколько огромных фигур, трёх скелетов в броне и точно одного демона, собрата того, что убил Алекс у древней башни. Несуетливо тот махал лапами, как дирижер, стоя под защитой огромных тварей. Хотя нет, тварь была совершенно другой.

Не таким, как те, что мы видели раньше. Выше, массивнее, с рогами, закрученными спиралями назад. Даже издалека я различал руны, выгравированные на этих рогах, они мерцали тусклым красноватым светом. На твари были доспехи, тяжелые, закрывающие тело полностью и в руке он держал огромный раздваивающийся топор. Вместе с охраной, даже отсюда за сотню метров от твари я понимал, что ни лейтенант Стейни, ни Алекс, ни даже они все вместе взятые — просто не смогут справиться с этой тварью.

— Четверо мне свидетели, Бездна, — пробормотал я, обращаясь ко всем силам, которые знал и прислоняясь лбом к холодному камню бойницы. Голова раскалывалась, но я заставил себя смотреть дальше, фиксировать детали.

И детали показывали, что нас возьмут штурмом и вырежут как баранов, а сделать мы ничего толком не сможем. Что толку от убийство этих скелетов, если главный наш противник — это вот эта тварь с охраной, и таких тут три штуки. Тут никакая бомба не поможет, да и Очищение вряд ли.

Наверное, только потому что я трижды для себя повторил слова про руну очищения, я понял, что и как нужно делать. Поэтому вернувшись в очищенный от богатств склад, я принялся резать трафареты на куски, спешно рисуя на них руну за руной.

Руна очищения. Она работала против скверны, выжигая её из материи. Я видел, как она действует на стенах башни, мягко, по большой площади, создавая барьер, который отталкивал нежить и демонов. Но что, если применить тот же принцип, что использовал при создании пространственного ящика? Не рассеивать энергию, а сжать её, сфокусировать в одной точке?