Поймав зверя на перезарядке, я шагнул еще ближе, попадая в ловушку и тягой притягиваясь к центру, прямо к зверю. А затем ударил его раскрытой левой ладонью прямо в лоб, туда, где каменная пластина раскрошилась возле раны и где лилась кровь. Перчатка мгновенно переключилась с защитного на атакующий режим, и я открыл все накопители, выпуская энергию разом. Вокруг вспыхнул белый свет, ослепляя. Раздался дикий рев, и все вокруг исчезло.

— Подскажи мне, друг, зачем человеку пятка? — услышал я голос Тарна откуда-то справа. — Понятно, что без головы жить неудобно, без рук тоже плоховато. Ноги нужны, чтобы ходить. А пятка для чего? Чтобы в неё всякая дрянь прилетала?

— Чтобы ты мог задавать глупые вопросы и отвлекаться от боли, — ответила Наира. — Не двигай ногой, сейчас вытащу.

— Да я и не двигаю. Щекотно просто.

— Мне перестать?

— Нет-нет, продолжай. Он не вытаскивается, зараза.

— Ну вот, сейчас сделаем тебе новую дырку, — раздался рядом веселый голос Сина. — Потом заткнем ее пальцем, и все, будешь ходить как болотная обезьяна.

— Мне кажется, это неудобно.

— Ну, боги-создатели не спрашивали, удобно или нет. Как родился, так и ходи.

Тарн ненадолго замолчал, видимо, задумавшись над тем, как сложно быть болотной обезьяной. Я попытался открыть глаза, но мир передо мной по-прежнему был сплошным белым пятном, в котором кое-где появлялись серые разводы и чьи-то лица, превратившиеся в маски.

— Корвин очнулся. — сказал голос Алекса.

— Я вижу, — отозвалась Наира. — Корвин, если ты меня слышишь, не вставай и не открывай пока глаза.

Естественно, после этих слов первым делом я попытался встать. Получилось, правда, не очень. Мало того, что я ничего толком не видел, так мне еще и живот скрутило, а в левой руке отозвалась дикая боль. Словно я не зверя током бил, а засунул ладонь в горящую печь и зачем-то очень долго там держал. Пришлось снова прилечь и хотя бы сделать вид, что я не собирался делать то, что сделал в самом начале.

— Нет, вот ты смотри, что один, что второй. И в кого такие олухи непослушные?

— Как там зверь? — спросил, и не узнал свой голос.

— Да лежит себе, — ответил Син, — не шевелится и не плюется, и вообще ведет себя гораздо приличнее, чем при жизни. Его потом копьями немножко потыкали самые смелые, когда полезли панцирь снимать и ядро доставать. Но он напоследок жахнул еще пару колышков, так что смелых теперь больше нет.

— Но зверь мертв?

— Я же говорю тебе, лежит. А вот все остальное сложно сказать. Проверять еще раз желающих нет.

Я попробовал нащупать его с помощью своих навыков, дотянулся до зверя и прошёлся восприятием по телу. Да, действительно, сердце не билось, потоки энергии замерли, и большая часть мягких тканей была сварена электрическим разрядом.

— Мертвый, — сказал я и только сейчас выдохнул облегченно. — Ловушка сама отключилась?

— Да, как этер кончился, — ответил Син. — Мы бы иначе тебя и не вытащили, туда всё как в бездну стягивало. А обниматься с этой каменной дурой только у тебя желание было.

— Тарн, как у тебя дела?

— Да, в принципе, неплохо. Лишняя дыра в ноге, пара мелких ран, сломанные ребра, и хорошо шандарахнулся головой. Но оно того заслуживает, я слишком сильно выпендривался.

— Вы забыли еще про нос. — прокомментировала Наира.

— Сломанный нос не считается. Тем более что он уже зажил. Во всяком случае, я больше не гнусавлю.

— Надеюсь, с моими глазами все в порядке, — сказал я вслух и потрогал их правой рукой. Судя по всему, ослепление было временное, и потихоньку зрение начинало восстанавливаться. Во всяком случае, силуэты вокруг я начал постепенно видеть, но в каком-то черно-белом цвете.

— Да мы все поначалу немного того, — сказал Алекс. — Бахнуло так, что я подумал, что мы все умерли и попали в чертоги богов.

— Я бы тоже уже обрадовался, — присоединился к нему Син. — Думал, сейчас напьюсь винишка вволю и буду в вечности отдыхать. Но бедные мои глазки прозрели слишком рано, пришлось вытаскивать тебя.

— Шипы этой твари очень плохие, — сказала Наира. — Они пробивают тело и прорастают в нем. Да не дергайся ты!

— Да вытащи уже из меня эту хрень! — заорал Тарн.

— Не могу, не вытаскивается она, давай просто отрежем тебе ногу.

— Иди в задницу.

— Ну и сиди тогда, помогать тебе больше не буду, — сказала Наира.

— Да что вы ругаетесь-то, — сказала я устало. — Мы же победили, дело сделано, всё в порядке.

— Ну, с нами-то все в порядке. Наша группа хотя бы жива в полном составе, — сказал Син.

— А что люди генерала? — спросил я.

— Половина труппы, несколько буквально испарилась, и остальные ранены все.

— Ринго?

— Голова лежала где-то рядом, а тело мы еще не нашли.

— Нда.

— Ну а что ты хотел, мастер Корвин? — сказал Тарн. — Эта тварь была практически готова к переходу на ступень ядра. Это еще чудо, что она нас всех не поубивала.

— Да мне кажется, она вообще была миролюбивая и никуда особенно не лезла, — подлил масла в огонь Син. — Лежала себе и лежала, а тут мы. Думаю, этот говнюк, ваш Арден, специально нас сюда втравил.

— Уже не важно, дело-то сделано.

— Стоит сказать это людям генерала, которые сложили здесь свои головы. — Наира тяжело выдохнула, но ругаться дальше не стала.

Кажется, мы все находились где-то на границе нормального состояния. Глупо шутили, несли странную чепуху и вообще занимались непонятными делами, лишь бы отвлечься от всего происходящего.

— Вот именно про это я и говорил. Мастер Корвин, — сказал Тарн, — превозмогание и только оно есть важнейшая часть пути практика. В итоге ты и сам вошел в собственную ловушку и ударил духовного зверя голой рукой.

— Это крайний случай, когда другого варианта не оставалось, и это означает плохое планирование, — ответил я.

— Такое бывает очень часто, — громко сказала Наира. — Можно продумать все до мелочей, а потом появляется что-то, чего ты не знал. Война не любит правильных расчетов.

— Я не люблю воевать, — поморщился я.

— Зато у тебя это неплохо получается.

— Я действительно думал, что он меня не достанет, — неожиданно признался Тарн. — Син сказал, что бьет только на пятьдесят шагов, а я держался гораздо дальше. Даже видел шипы и сначала решил, что он не попадет.

Его признание стоило дорого. Он привык быть самым сильным человеком рядом и совершенно искренне считал, что степень каналов позволяет ему пережить практически любую глупость. Но вот сегодня выяснилось, что глупость иногда приносит проблемы, а противник может стрелять дальше расчетной дистанции и творит другие серьезные непотребства, которые могут привести к гибели. Я понадеялся, что в дальнейшем это будет остужать его голову.

— Зато я сейчас подведу короткий итог, — сказал я, пересчитывая траты ресурсов в голове. — Мы лишились как минимум миллиона единиц этера в накопителях. Я практически пустой, осталось только то, что дала мне природа. Трат такого уровня в моей жизни еще никогда не было. Надеюсь, тут найдётся чем поживиться, чтобы мне не было так грустно.

Через некоторое время я стал чувствовать себя гораздо лучше, и зрение постепенно вернулось. От левой перчатки как проводника не осталось ничего, она сгорела полностью на моей руке. Ожоги были, но не слишком большие. Регенерация практика ступени каналов работала хорошо и справилась с основными проблемами. Да и Наира к тому времени вытащила шип из пятки Тарна, и он наконец-то хромая, смог сделать первый шаг. Он и отправился за ядром, а затем через несколько минут, собственно, его и принёс, вскрыв тушу каменного зверя. Ядро было размером почти с человеческую голову, темно-серое, с золотистыми и белыми прожилками. Причем поверхность его казалась каменной, но внутри медленно двигался густой голубоватый свет. Даже стоять рядом с таким было неуютно. Этер давил на кожу, заставляя собственные каналы откликаться.