Клык тут же склонил голову, словно ожидал этого.

— Наверху над входом в первый ярус, нам нужна укрепленная позиция. Возможно, стены, наблюдательные вышки, рассчитанные не от зверей, а на людей-врагов, если они будут. Всех наших мы будем загонять на вниз, тут безопасно, других вариантов всё равно нет. На первый и четвертый жилой ярусы, места хватит всем. Здесь же устроим поля, которые обеспечат нас едой на всякий случай, потому что, если все соберутся против нас, шанса выстоять у нас, скорее всего, не будет. Люди гораздо хитрее, чем каменные вояки.

— Уметь бы еще это строить, — сказал Горбун. — Мы никогда не строили защиту от людей. Я даже не представляю, как это должно выглядеть.

— Этот вопрос решу я, — сказал Гвоздо. — Я знаю, как должны выглядеть укрепления. Нам нужны ров и частокол для начала. Пока сгодится из дерева, а там можно построить каменную стену, если будет чем класть.

— Я могу отправить големов на помощь, все четыре десятка, — добавил я, на что на меня посмотрели как на сумасшедшего. — А чего им будет? Они стоят все равно без дела. Полдня на свежем воздухе и обратно. Зато все равно это быстрее, чем люди работают.

— Наши люди воспримут это очень тяжело, потому что только недавно мы сражались против них, у каждого еще в памяти свежи погибшие родственники. Поэтому появление големов наверху будет не самым разумным решением, — ответил Клык.

Да, я вынужден был согласиться. Големов будут бояться еще долго, и приучать людей к тому, что с ними можно сосуществовать вместе, тоже придется долго. Зато общий разговор шел правильно. Каждый брал свой кусок и начинал понимать, что нужно делать. Может быть, впервые за все время, что находился в Яме, я окончательно почувствовал, что мы не просто банда выживальщиков, а нечто похожее на структуру.

Говорить про государство или что-либо подобное было пока еще рано, да я и не уверен, что было нужно. Но, во всяком случае, сейчас я видел вполне сформированный управленческий контур, который был способен решить все задачи, которые стояли перед ним.

— Только помните главное, мы не останемся здесь. Яма и город — это всё хорошо, всё это нужно, но это совершенно не конец, а только подготовка к тому, что аварийный туннель существует, и он нас ждёт. Как только мы его пройдём, мы окажемся снаружи. И там, наверху, за стенами Ямы, есть другой огромный мир, в котором живут миллионы людей, стоят огромные города, которые торгуют между собой либо воюют такими же огромнейшими армиями. И туда мы выйдем.

— Ну так пусть это будут их проблемы, а не наши, — сказал гордо Рен. — Кто с нами справится, если мы владеем силой резонанса? Кто будет готов встать против нас, когда мы настолько сильны?

— О, парень, — протянул негромко Тарн. — Ты даже не представляешь, что творится в большом мире. Мы будем всего лишь песчинкой у моря, которую запросто смоет водой.

— Об этом пока думать не стоит, — успокоил я всех. — Проблем у нас и так пока хватает. Давайте смотреть по мере поступления. Я надеюсь, все со мной согласны.

Согласны были все, да и голосования никакого не было. Клеймо на предплечье каждого из них было ответом задолго до того, как я начал говорить и строить планы на дальнейшую жизнь нашего сообщества. Надо бы нам какое-нибудь название придумать интересное и знамя.

Только после того, как были решены все общие вопросы и задан вектор развития в сторону безопасности и усиления, я, а вместе со мной около двух десятков бойцов, пошли в самый низ города для того, чтобы наконец-то увидеть своими глазами то, что из себя представляет аварийный туннель.

Спуски на пятый ярус и ниже были вполне безопасны. Врагов в виде каких-нибудь живых существ или еще какой-нибудь непонятной хтони поблизости не было. Да и не могло быть, сюда сложно было попасть кому-то, тем более пока Страж был живой, если к нему можно было применить это слов и ревностно защищающий территорию. Поэтому я ничего не опасался. На пятом ярусе мы пошли смотреть прежде всего големов, которые собрались в центре сектора и замерли, словно каменные столбы.

Бойцы за моей спиной было напряглись, я это почувствовал через мозг даже без оглядки, но ни один голем не шевельнулся, и через минуту люди немного расслабились. И даже могли позволить себе небольшие вольности, ткнуть кулаком в каменное плечо и тому подобное, но когда начали плевать в каменные рожи, я заставил прекратить, хотя прекрасно понимал чувства людей, привыкших с детства бояться этих существ.

Сам же Страж, ради которого мы положили столько сил, на самом деле оказался довольно скучной штукой. Я уже ожидал увидеть что-то грандиозное, может быть, какого-нибудь каменного великана или светящуюся сферу, как в тех историях, которые рассказывал Кеш. А на деле это был просто здоровенный артефакт. Большой, да, тут не поспоришь, размером с человеческий рост, вросший в каменный постамент и опутанный рунными линиями, которые расходились от него во все стороны, уходя в стены и в пол.

Паук в центре паутины, так это все выглядело. Причины, почему он находился на пятом ярусе, тоже были вполне обоснованы. Максимальная защита, которая позволяла ему при этом спокойно контролировать все ярусы выше, направлять своих големов и уничтожать противника, который мог на них появиться.

Самое обидное оказалось то, что нападение, когда он использовал червей и големов и атаковал нас на поверхности, оказалось всего лишь одной из схем, которые можно было им применить в целях собственной защиты, и не более того. То есть никакого хитрого хода здесь просто, в принципе, не было. И все равно до конца в это поверить я не мог. Это было очень странно, слишком разумно и непредсказуемо для ограниченной болванки, что я видел перед собой.

Ну а сейчас, когда Сердце Рун забрало у него эту волю и передало мне, и теперь он ретранслировал мои команды на всех своих подчиненных, он вроде и выдал мне все свои секреты. Разбираться в этих хитрых схемах и переплетениях я буду потом. Сейчас мне было не до этого, поэтому особо долго задерживаться здесь смысла не было, нужно было идти дальше.

И когда все вволю наигрались и насмотрелись на своего страшного поверженного врага, мы пошли дальше и спустились на еще один уровень. И вот здесь уже был готов задержаться я. Шестой ярус выглядел совершенно иначе, отличаясь даже от второго и третьего. Там, по сути, были сборочные цеха, которые занимались уже финальной доработкой изделий, а здесь же я видел перед собой настоящий производственный комплекс. Место, куда поставляли руду, где руда превращалась в металл.

Десятки огромных доменных печей, кузнечные цеха, наковальни из черного камня. Исполинские каменные молоты весом в десятки и сотни тонн, для движения которых использовались мощные рунные артефакты. Те же горны с подводящими каналами, через которые когда-то шел этер вместо воздуха, разогревая металл до самых высоких температур.

Все это было создано настолько качественно и крепко, что мне оставалось лишь завидовать упорству человека, который все это сделал. Я уверен, что даже мастер Цао отдал бы левую руку за то, чтобы просто посмотреть на все это. Если представить, как все это выглядело, когда это работало, пылало жаром и жило, то даже у меня закатывались глаза от восторга.

Только когда я наигрался и насмотрелся на все, что мне было интересно, понимая, как трудно будет заново запустить все это производство, мы отправились дальше. Согласно схеме, дальше начинались штольни с рудой, как раз ниже производственного, но когда мы добрались до спуска, я понял, что схема врет, или она была очень старой и давно не менялась. По моим прикидкам, сейчас мы находились на глубине в районе полутора километров под землей от поверхности ямы. И под нами открывалась бездна, тянущаяся еще на сотни метров вниз, где можно было спуститься только по краям, что было весьма небезопасно.

Мимоходом отметил факт, что на глубине не повышалась температура, но чуток поразмыслив, понял почему. Это на Земле, чем глубже, тем ближе к ядру и магме, а Сфера то построена по совсем другому принципу, поэтому как глубоко не спускайся, жарче не будет. Единая температура по всей толще.