Последний символ встал на место, контур замкнулся, и Тинг в моих руках обмяк. Взгляд его расфокусировался, а потом собрался снова, но это был уже совершенно другой человек — спокойный и пустой, словно его выпотрошили дочиста. Временно у него была полностью подавлена воля.

— Ты слышишь меня? — спросил я, проверяя.

— Слышу, — ответил он.

— Где ты держишь своего алхимика?

Я был полностью уверен, что алхимик должен находиться где-то рядом, скорее всего, в катакомбах, потому что держать такого слишком далеко от себя — это значит что можно его потерять: обстоятельства бывают разные. Я не прогадал.

— Во дворце внизу, под западным крылом, ниже винных погребов, там железная дверь, за ней коридор. Ключ у меня на шее висит.

— Стража есть?

— Да, двое, практики закалки костей.

— Веди меня к алхимику. Страже скажешь, что показываешь гостю погреба и отошлёшь их наверх. Пойдёшь спокойно и будешь вести себя как обычно. Ты здесь хозяин, а я твой гость.

Он молча кивнул, и мы пошли по лестнице для слуг, миновали несколько постов, где стражники глубоко кланялись, затем тот самый длинный погреб с винными бочками и оказались возле неприметной железной двери, возле которой стояли двое охранников. Тинг отправил их прогуляться на полчаса, те ушли, нисколько этому не удивляясь. Хозяин сказал слово, хозяин всегда прав.

За дверью открывалась большая просторная комната, переделанная в мастерскую и одновременно жилое помещение. Тут была и печь, сработанная грубо, столы со следами разных банок, лежанка, стопки исписанных листов, которые валялись повсюду. Посреди всего этого стояла девушка над одним из небольших котлов и снимала с него пену. Она была худая, лет двадцати, волосы у неё при этом были обрезаны коротко и неровно, явно ножом и самостоятельно. Я действительно её знал, запомнил её каштановые волосы. Она была именно той девушкой, с которой мы путешествовали в Степной Цветок и дальше. И почему-то я был даже не удивлён, что алхимиком оказалась дочь барона. Значит, Помеченная богами, да?

Потом сразу же проверил её своим навыком. Девушка находилась на последней стадии закалки кожи, то есть была очень сильным практиком. И теперь мне совершенно стало непонятно, почему она находится здесь взаперти, хотя вполне могла бы и сбежать.

— Ты совсем с ума сошёл, — сказала она, и только потом увидела меня. — Зачем припёрся? Да ещё и не один.

— Видимо, мой старый друг не совсем верно рассказал мне историю о том, как он работает со своим алхимиком, — сказал я, понимая, что Тинг тоже кучу всего мне наврал. — Приветствую тебя. Меня зовут Корвин Андерс, и я тоже Помеченный богами.

— Докажи.

Сказала она это спокойно. Даже не то чтобы вопрос, а так, как будто это было утверждение факта. При этом не отрывалась от котла и даже пену снимать не перестала.

— В смысле докажи? — переспросил я.

— В прямом. Ты приходишь сюда поздней ночью, тащишь с собой Тинга с лицом варёной рыбы, что само по себе, кстати, интересно, об этом мы ещё поговорим, что ты с ним сделал, и заявляешь, что Помеченный. Знаешь, сколько раз мне пытались втюхать нечто подобное?

Я покосился на стоящего рядом Тинга. Логика у неё была железная, с этим не поспоришь. Но вот как понять, что ей нужно? Мне вот ни разу ничто не пытались такое рассказать. Рассказать ей про мемы, которые были в ходу в моё время? Или вспомнить сюжет Пятого элемента? Про Корбена, детка, Далласа? А если она из другого времени и не поймёт, о чём я ей талдычу?

— На Земле меня звали Андреем Красниковым. В две тысячи двадцать шестом году, скорее всего, в офисе, я умер и очнулся здесь, в теле молодого мальчишки, держащего в руках Камень Бурь. Больше мне особо и нечего рассказывать. Ты и так прекрасно понимаешь, что такое интерфейс, навыки и как происходит твоя прокачка. Только, в отличие от тебя, я рунный мастер, а не алхимик.

Тут девушка рассмеялась, да так громко, как будто неестественно, что мне даже стало неловко на неё смотреть.

— Ты совсем с ума сошёл рассказывать такое стороннему человеку, тем более что здесь находится он, — и она кивнула в сторону Тинга.

— Сама попросила доказать, вот я тебе и доказал.

— Что с ним всё-таки такое? — спросила девушка, тут же резко переводя тему, будто увидеть земляка для неё это не дело первой важности.

— Тинг, не подслушивай нас, встань в угол и закрой глаза. Спи стоя, пока я тебя не позову, — сказал я стоявшему рядом парню и, перестав обращать на него внимание, вернулся к девушке. — А это временный контур подчинения, он растает через несколько дней вместе с верхним слоем кожи, даже следов не останется.

— Полезная штука, — она кивнула, затем, как будто ничуть не удивленная встретить такого же, как я, сдвинула с лавки стоящую неподалеку стопку исписанных листов и кивнула мне на освободившееся место. — Садись, пообщаемся, раз ты хочешь поговорить. Корвин или Корбен, я немного не расслышала? Лилу Даллас Мультипаспорт?

Всё-таки выкупила шутку. Значит, с большой вероятностью из моего времени.

— Корвин. Да и не сказать, что я просто поговорить сюда пришёл, — ответил я, но садиться не стал, предпочёл стоять. Мало ли какой подвох ещё здесь окажется.

— А что не так? Лично я рада видеть настоящего земляка и человека, который, как и я, попал в эту долбаную ловушку хрен пойми как и зачем. Ты уже разобрался, что здесь происходит и зачем мы здесь нужны?

Всё было странно и непонятно. Девушка не чувствовала себя беззащитной либо эксплуатируемой, даже не знаю, как это правильно назвать. Она вполне свободно и комфортно со мной разговаривала. Да и помещение выглядело вполне прилично. Я не видел никаких проблем, которые могли бы у неё возникнуть, кроме желания покинуть это помещение. Я заметил изнутри несколько засовов и замок, который можно было повесить, чтобы закрыться изнутри. То есть, получается, она не находится в рабстве у Тинга и ведёт себя совершенно вольно, разговаривая с ним практически на равных.

Сюда-то я шёл по совершенно очевидной причине, прекрасно понимая, что такое Помеченный богами и как он будет использован всеми, кто сильнее. И что это рабство, даже если золотая клетка. Здесь же было что-то иное.

— Мне сложно тебе что-то сказать по этому вопросу. Это всё равно что спросить о смысле жизни, вселенной и вообще. Слушай, что ты здесь вообще делаешь?

Алхимик оглядела помещение вокруг себя, даже повертелась, как будто тоже задалась вопросом, что она здесь делает. После этого слила жидкость в другой чан и уселась на табуретку, вытирая руки. Мой вопрос её озадачил.

— Что значит, что я здесь делаю? Я здесь работаю. Неужели не видно? А ты припёрся с этой балаболкой, не умеющей держать язык за зубами совсем не вовремя. Или ты его заставил рассказать наш с ним секрет?

— Я пришёл сюда, чтобы тебя спасать, — сказал я. — Я знаю, как охотятся на таких, как мы, и что с нами могут сделать, если поймают. Когда Тинг проболтался, что его мастер алхимии является Помеченным, я хотел понять, как он держит тебя в подвале и в каком состоянии. Честно говоря, ожидал увидеть здесь цепи и практически полумёртвого раба.

— И ты, такой красивый герой, решил прийти на белом коне, точнее, схватил за жабры этого засранца и меня освобождать припёрся? Ой, смешно.

— Тут я с тобой соглашусь, — ответил я, — потому что увидеть практика на последней стадии закалки кожи, который при желании вынесет половину охраны дворца и может уйти спокойно, — это меня действительно удивило. И поэтому мне откровенно интересно, почему ты сидишь в подвале бывшего вора, если можешь этого не делать и заниматься своими делами в других, более подходящих местах.

— Потому что здесь никто не будет искать. Андрей, или тебя лучше называть Корвин?

— Зови меня Корвин, — кивнул я. — То старое имя было моим до нашего слияния, а здесь и сейчас я совершенно другая личность.

— Вот оно что, — протянула девушка. — Значит, можно было слиться с местным аборигеном. Ага, я, если честно, не знала. Я задавила личность местного тела в первые же секунды, и после этого осталась в весьма неприятном положении. Особенно когда эти твари выперли меня вместе с охраной из леса. Я совершенно не понимала, где я нахожусь и что происходит. Кроме знания языка, у меня не осталось ничего, и меня учили фактически заново.