— Делай, мы остаёмся тут ночевать. — решил Стейни, отпинывая оторванную конечность в сторону. — Гаррет, приберите тут немного, чтобы не воняли. Остаёмся тут.

Головы сержант и Алекс уже отпилили, и засунули найденный тут же роскошный покрытый золотой и серебряной вышивкой плащ, завязав узлом. Тела вытащили наружу и свалили чуть дальше от двери. Ну и заодно помародерили, правда без меня, я занялся рунами, как и было приказано, думая только о том, что лейтенант не попросил себе такой же щит для себя Гаррета и сержанта. Видимо решил, что не нужно.

С трупов сняли десяток золотых перстней, странные шестигранные монеты, тоже из золота.

— Да я бы даже остатки одежды забрал — посетовал Гаррет. — Дорогая. Вот твари. Как цари тут ходили.

— Ничего лишнего брать не будем. — отрезал Стейни, продолжая изучать карты и записи. — Обыщите лучше комнату, может что-то интересное лежит на полках или в шкафах. Эти ублюдки наверняка припрятали что-то ценное.

Пока народ шарился по залу, я решил к ним не присоединяться, а как раз сосредоточиться на том, как сделать настоящую бомбу. И пришел к выводу, что не знаю как. Пока не знаю как, но догадки всё же имеются. Фонарик и щит словно столкнули плотину моего незнания, и я наконец начал немного понимать, что и как можно делать, а путешествие по этим подземельям еще больше приоткрыли тайн и возможностей по работе с рунами. Даже удивительно, что о них так мало знают наверху сейчас. И не придают им значения.

Я сел за край стола, разложив перед собой всё, что у меня было. Три пластины бронзы, камни из жилки, пара заготовок лазурита.

Проблема была в том, что я понятия не имел, как создать управляемый взрыв. Малая Искра давала огонь и тепло, но не направленную разрушительную силу. Руна Рез могла разрезать, но для этого нужна была точка приложения. А мне нужно было что-то, что разнесёт к чертям всё в радиусе нескольких метров.

Я потёр виски, пытаясь вспомнить всё. Связки. Руны работают в связках, усиливая друг друга. Твердь-Рез делала копье смертоносным, потому что сначала укрепляла материал до предела, а потом добавляла режущее свойство. Что если…

— Корвин, посмотри на это, — окликнул меня Алекс.

Я поднял голову. Он стоял у массивного шкафа в углу зала, створки которого были распахнуты настежь. Внутри, на полках из тёмного дерева, лежали десятки предметов. Кристаллы, свитки, металлические цилиндры с рунами на поверхности.

Я подошёл ближе, прищурившись. Камень Бурь на груди потеплел, но не обжигал. Просто давал знать, что здесь много этера.

— Лейтенант, — позвал Алекс. — Тут целый склад.

Стейни оторвался от карт и подошёл к нам. Гаррет и Леви тоже подтянулись, разглядывая содержимое шкафа с нескрываемым интересом.

— А вот это неожиданно, — сказал лейтенант, протягивая руку к одному из цилиндров, руны на нем светились тусклым голубым светом. — Это накопители. Батареи для этера. Такие стоят в повозках Каравана.

Я взял цилиндр в руки, ощущая, как внутри него пульсирует энергия. Плотная, сжатая, готовая вырваться наружу при правильной команде. Таких цилиндров в шкафу было штук двенадцать. Плюс россыпь мелких кристаллов, каждый размером с горошину, которые тоже светились изнутри.

— А если сделать из них бомбы? — предложил Леви. — Ну а чего, этера там дохрена, бахнем, пусть радуются.

— Если эта штука бахнет, тут поляжем все мы. — ответил, немного подумав лейтенант. — Он хранятся в специальных контейнерах. Открытые накопители — это беда. Хотя на крайний случай, возьмем несколько штук. Корвин, ты их несешь.

— Да я лучше с копьем. — попытался я отказаться, но лейтенант был непреклонен.

— С копьем будем все мы, так как ты среди нас самый худший боец. Сделай нам бомбы, солдат, вот что нам пригодится.

Я опустился на пол спиной к стене, вытащил флягу с водой. Сделал глоток, смакуя каждую каплю. Вода была теплой, с привкусом горечи, но сейчас казалась лучшим напитком в мире. Рядом устроился Алекс, мерно полируя наконечник копья.

— Ты как, нормально? — спросил я тихо.

Он пожал плечами.

— Зависит от того, что считать нормальным. Если нормально — это когда у тебя в голове постоянно звучит чей-то голос, требующий крови и смерти, то да, я в полном порядке.

Я хотел что-то ответить, но промолчал. Что тут скажешь?

— Кир и Дарн, — вдруг произнес Алекс, глядя в потолок. — Они ведь не просто умерли. Они стали частью этой мясорубки. Бродят там, внизу, вместе с остальными проклятыми.

— Не думай об этом.

— Как не думать? — он обернулся ко мне, и в его глазах мелькнул золотой отблеск. — Мы оставили их. Просто бросили и ушли.

— У нас не было выбора, — я сжал флягу так, что она хрустнула. — Если бы мы остались, то умерли бы все. Ты это понимаешь. Мы не могли их забрать, просто не могли.

— Понимаю, — он отвернулся. — Но легче не становится. Мы ведь не должны бросать своих.

— Звучит красиво. — согласился я. — Но не всегда выполнимо. Если я тут подохну…

— А в глаз? Сдохнуть сейчас, это слишком даже для тебя Кор.

— Да не собираюсь я подыхать. — ответил я и протянул другу флягу, тот принюхался, внезапно вылил её на пол, поморщился и резко собравшись ушел на другую сторону комнаты, откуда вернулся с полной флягой, с нормальной прохладой водой.

— Там бочка целая, ты не видел, что ли?

— Да откуда. — обиделся даже я. — Никто ничего не говорил. Спасибо.

Мы сидели отдельно от наших командиров, которые продолжали рассматривать всё что было на столе и тихо переговаривались словно решив не светить перед нами информацией. Было немного обидно, я уж начал думать, что лейтенант и Леви меня зауважали, начали советов спрашивать, но в итоге хрен там плавал. Сиди солдат, ваяй бомбу, а слушать что придумает начальство даже не смей. Зараза.

— Так и что твоя бомба?

— Ну если ты не будешь спрашивать каждые пять минут, то может быть что и получится. — проворчал я. Алекс отодвинулся молча, тоже видимо обидевшись. — Да ладно ты, извини, я не хотел обидеть.

— Да я, наоборот, чтобы не мешать. — улыбнулся устало друг. — Делай дело, Кор. Прикрой наши задницы своими бабахами.

Но я всё равно ничего путного изобрести с нуля, и в таком состоянии не мог. Единственно что пришло мне на ум, это соединить лазурит, наполненный этером под завязку и такую же пластинку, чтобы малейшим толчком этера переполнить резервуар и практически сразу кидать. Вот только проблема — как соединять разные материалы? Я не ювелир и инструмента у меня нет никакого, а залить кровью и обмотать тряпкой, я уверен, что нихрена не получится. Такие заготовки должны быть идеальны.

— Значит такого бадабума не будет. — решил я для себя, и только подумал, о том, что появилась идея, как впереди, за дверью раздался звук, медленно разрываемой ткани. И кажется разрываемого мяса.

Мы вскочили одновременно, Стейни и Леви бросились к двери, перехватывая копья, Гаррет, принялся складывать в свою сумку всё, что нашел на столе, а Алекс, следуя указанию сержанта повернулся к дыре упирая копье в пол. Вот и отдохнули!

Дверь затрещала, дерево начало прогибаться внутрь. Что-то массивное давило с другой стороны, и наша хлипкая баррикада разваливалась на глазах.

— Назад! — рявкнул Стейни, отступая от створки.

Дверь вылетела с грохотом, половина засова пролетела мимо моей головы и впечаталась в стену. В проёме показалась тварь.

Я видел проклятых. Видел мутировавших зверей. Но это было что-то другое.

Оно едва протискивалось в дверной проём, хотя тот был достаточно широким для трёх человек. Тело, похожее на медвежье, но вытянутое, с провисающей кожей серо-зелёного цвета. Четыре лапы, каждая толщиной с мою талию, заканчивались когтями длиной с кинжал. Голова… голова вроде как была человеческой. Вернее, когда-то была. Череп раздулся, вытянулся вперёд, челюсть отвисла так низко, что касалась груди. Глаза горели тем же мёртвым голубым светом, что и у проклятых, но ярче, злее.