До конца коридора оставалось совсем немного, когда впереди послышался голос.

Я остановился и прислушался. В помещении за открытым проёмом говорили на общем языке. Один голос произнёс несколько слов, а затем ему ответил другой. Содержание разговора я пока не разобрал, но теперь уже не сомневался, что мы здесь не одни.

Вот тебе и место, в котором некому позариться на оставленный проходчик. Я так уверенно рассуждал о том, кому могло понадобиться сюда добираться, что почему-то даже не допускал встречи с теми, у кого для этого нашлась своя причина.

— Мастер, держись за мной, — негромко сказала Савва и дождалась, пока мы подойдём ближе.

Савва подошла к выходу из коридора первой и посмотрела влево. Я остановился возле неё, получив наконец возможность увидеть ту часть помещения, которая до этого скрывалась за краем стены. Зал оказался круглым и гораздо просторнее коридора. Слева от входа, возле стены, стояло несколько человек. Один из них повернулся, заметив наше появление, и оборвал разговор. Остальные тоже начали оборачиваться, а я уже смотрел на высокую худощавую фигуру рядом с ними.

С первого взгляда её ещё можно было принять за человеческую, но стоило незнакомцу повернуть голову, как я увидел вытянутый череп и слишком узкий подбородок. Кожа у него была очень белой, и даже при местном освещении эта белизна резко отличалась от лиц стоявших рядом людей.

Такое сочетание я уже видел. Тогда передо мной лежали три изуродованных трупа, а Стейни объяснял, как называли себя эти существа. В памяти сразу всплыли и их облик, и бумаги, которые мы нашли после их гибели. Мне хватило нескольких мгновений, чтобы сопоставить увиденное с тем, что я запомнил ещё тогда.

Передо мной стоял один из Старших, и он смотрел прямо на меня.

Я был абсолютно уверен, что эта встреча не закончится мирно. У обеих групп, только что столкнувшихся в зале, были слишком разные причины здесь оказаться, чтобы дело ограничилось дружеским разговором с похлопыванием по плечу.

Главным у них, видимо, был Старший. Стоило ему поднять руку, как Савва оттолкнула меня обратно в коридор и сама отступила следом, уходя с линии удара. От резкого толчка я едва устоял на ногах. Узкая полоса света прошла там, где я только что находился, и врезалась в стену. От грохота заложило уши, а во все стороны брызнула каменная крошка, от которой меня прикрыл автоматически сработавший рунный щит.

Обернувшись к Лиссу, я убедился, что он жив. Эльф среагировал даже быстрее меня и уже отбежал дальше по коридору. Ну и хорошо, теперь можно было драться, не оглядываясь на его защиту. Лисс был гораздо слабее тех, кто находился против нас, и в этой схватке ничем помочь не мог.

В освещённом коридоре лишний свет нам не требовался, а я всё ещё беспечно держал в руке рунный светильник. Швырнув его противникам под ноги, я вытащил из пространственной сумки своё старое боевое копьё. Об оружии стоило подумать заранее. Повезло, что со мной была Савва.

Ждать следующего удара я не собирался. В первые секунды боя нужно было заставить противников защищаться и выиграть несколько мгновений, пока они ещё не разобрались, кто перед ними и что мы можем. Если дать Старшему спокойно прицелиться ещё раз, следующая техника вполне могла достать кого-нибудь из нас.

В нашу сторону уже бежали люди и нелюди, готовые вступить в бой. Я перехватил копьё правой рукой, а левой вытащил из сумки горсть рунных бомб вперемешку со световыми.

— Савва, за стену! Лисс, закрой глаза! — крикнул я, подавая этер в руны зажатых в ладони артефактов.

Старуха отступила от края проёма, а я тут же метнул всю горсть в зал, стараясь забросить бомбы подальше от входа, к оставшимся возле Старшего противникам. Разбираться, какая из них куда упадёт, времени уже не было.

Прижавшись к стене рядом с Саввой, я отвернулся от проёма и зажмурился. Даже сквозь закрытые веки ударил яркий свет, а почти сразу вслед за ним раздались взрывы. В коридор хлынул горячий воздух вперемешку с каплями крови. Кому-то очень сильно не повезло.

Когда отгремели последние разрывы, мы с Саввой ворвались в зал. Двоих ближайших противников взрывы за спиной застали врасплох, и они на несколько мгновений отвлеклись. Вокруг одного ещё мерцала рунная защита, а второй так и не успел прикрыться. Я тут же пробил его железный нагрудник копьём, вкачав в удар этер по полной. В этой неразберихе я уже сам выбирал, кого атаковать следующим.

Я выдернул копьё из убитого и сделал два шага правее, разворачиваясь так, чтобы практик с мерцающим щитом оказался между мной и остальными противниками. Защита охватывала его целиком, замыкаясь вокруг тела сплошным куполом. Сейчас эта штука вполне могла послужить и мне, если держаться с нужной стороны.

Наконечник копья я направил ему в лицо. Практик повернулся ко мне, поднимая меч, а я свободной рукой уже доставал из сумки ещё несколько бомб. Савва выхватила короткий клинок и сместилась следом за мной, оставаясь по ту же сторону вражеского щита.

Коротким выпадом я проверил прочность защиты. Наконечник упёрся в купол, но пробить его не удалось. Практик дёрнулся и повёл мечом навстречу копью, а я в этот момент подал этер в руны и высоким броском отправил бомбы поверх его щита, к тем, кто находился дальше в зале.

Новые взрывы заставили защиту разгореться ещё ярче. Практика качнуло в нашу сторону, и мне пришлось отступить, сохраняя расстояние между нами. Его купол прикрыл меня от основной массы осколков, хотя мой рунный щит всё равно несколько раз вспыхнул, перехватывая то, что долетало сбоку. Новые рунные бомбы били куда сильнее прежних поделок, и результат мне определённо нравился.

Едва отгремели взрывы, Савва шагнула к противнику слева и наотмашь ударила коротким клинком, целясь в шею. Защитная оболочка ярко вспыхнула, на мгновение удержала лезвие, а затем погасла. Старуха довела удар до конца, и голова практика, как мяч, отлетела в сторону.

Свободной рукой Савва схватила обезглавленное тело за ворот и швырнула его в оставшихся противников. Ближайший из них не успел отскочить и рухнул под чужой тушей, заставив стоявших позади расступиться.

Я сразу двинулся в образовавшийся промежуток, выставив перед собой копьё. Савва шла рядом с коротким клинком в руке, а вход в коридор остался у нас за спиной.

Противники перестали пятиться. Один из них перехватил меч обеими руками, а тот, кого сбило брошенное Саввой тело, уже выбирался из-под мертвеца. Старший отступил от них к стене и провёл перед собой ладонью. Я увидел, как перед его пальцами собирается этер.

— Савва, в сторону! — только и успел крикнуть я.

Широкая полоса света ударила навстречу нам, перекрывая дорогу почти от стены до стены. Я присел и рванул вправо, выставляя щит перед собой. Техника зацепила край щита, и меня с силой развернуло, едва не опрокинув на пол. Правую руку резко рвануло следом, и плечо отозвалось болью. По щеке прошёл жар. Савва тоже пригнулась и метнулась влево, пропустив технику над собой. Между нами сразу оказался мечник, который до этого отступил от летящего тела.

Вместо того чтобы закрываться, он рубанул наискось, ещё не доставая меня клинком. С лезвия сорвалась энергетическая волна. Подставить под неё копьё я даже не пытался, снова принимая удар на защиту. Следом за своей техникой противник бросился вперёд и уже по-настоящему ударил мне в голову.

Я перехватил копьё обеими руками, принял удар на древко и отвёл лезвие в сторону. Пришлось отступить, не позволяя мечнику подойти ко мне вплотную. Противник оказался достаточно умелым, чтобы не тянуться следом за моим оружием. Он сразу вернул клинок, повернул его остриём ко мне и коротко ударил в грудь. На этот раз меня выручило расстояние. Я успел отойти ещё на полшага, и меч прошёл перед доспехом, не зацепив его.

Противники успели сообразить, как с нами драться, и это мне совершенно не нравилось. Старший бил издали, остальные мешали до него добраться. Причём ещё бомб сюда подкинуть уже не получалось. Савва находилась среди врагов, а я едва успевал разбираться с одним из них. Мы с этим мечником были на одном уровне развития как практики.