Мне нравился этот человек или не человек, который сидел в темнице артефакта. Казалось, в нём пышет какое-то жизнелюбие, что было даже удивительно, если учесть, что с ним произошло.

— Ищу, как расширить вход. Подожди немного.

Управление находилось на внешней стороне медальона. Я узнал знакомые элементы, проследил, как они соединены между собой, и нашёл связку, удерживавшую проход в таком положении. Именного замка на ней не оказалось. Можно было подать свою силу и развернуть вход, только делать это прямо над мёртвым Старшим мне совершенно не хотелось.

Я поднял с пола снятую у него сумку и убрал её в свою. Затем встал и направился к люку, держа медальон за края. Савва пошла следом.

— Сейчас выйдем в зал, там больше места, — сказал я пленнику. — Там и разверну проход.

— Да хоть куда-нибудь выпусти. Я слышал, как орали, и уже всякое разное думал, хотя на кого они тут натолкнуться могли такой толпой, даже не представляю. Ты, если чего, знай: я против тебя ничего не имею и максимально миролюбив. А спасёшь меня, так вообще лучшим другом тебе стану.

Лисс повернулся ко мне, услышав незнакомый голос. Я показал ему медальон и так же жестами попросил держать рот на замке, он понял сразу и отошёл немного в сторонку. Савва же приготовилась к новой драке, вставая рядом со мной.

Я положил артефакт на пол и развернул перед собой щит, тоже на всякий случай. Пленник пока что был знаком мне только по голосу. Выпустить его я собирался, но получить удар от того, кого только что освободил, совершенно не хотелось. Лисс встал позади меня, оставив достаточно места до предполагаемого выхода.

— Сейчас расширю проход, — сказал я. — Выходи, вытянув руки вперёд, и не спеши. Перед тобой стоит защита.

— Я тебя понял, только открывай уже.

Я подал этер в управляющую связку. Тёмная полоска приподнялась над медальоном и разошлась в стороны, превращаясь в затянутый мутной пеленой проход. Я продолжал направлять силу в руны, пока вход не стал достаточно широким, чтобы через него можно было пройти в полный рост.

С той стороны послышалось движение. Сначала из пелены показались руки, затем наружу шагнул человек в потёртой свободной рубахе до колен и почему-то без штанов. Он целиком вышел из прохода и остановился перед щитом, держа ладони на виду. Своего вида при этом, похоже, ничуть не стеснялся.

Я закрыл проход, и незнакомец слегка вздрогнул, тут же оглянувшись. Несколько мгновений он смотрел на медальон, лежавший на полу, затем повернулся ко мне.

— Спасибо тебе, друг, — сказал он тише, и голос теперь звучал настороженнее.

Я пока не убирал щит. Савва стояла рядом с клинком в руке, Лисс молчал за моей спиной. Незнакомец перевёл взгляд с одного на другого, затем начал разглядывать зал. Возле люка оставались тела, стены были испещрены следами ударов, а посреди всего этого стоял постамент с прибором.

При виде устройства он скривился, словно от зубной боли.

— Вот из-за этой дряни они меня и тащили. Нашли её где-то в глухих джунглях, в заброшенном древнем храме старых богов. Во всяком случае, я так слышал.

Он присмотрелся к основанию, на котором стоял прибор.

— Погоди, а я ведь уже бывал в этом зале. Только тогда на этом основании ничего не стояло.

Я знал об одном человеке, который добрался до этого зала, когда основание ещё пустовало. И сейчас очень хотелось проверить, не его ли я вытащил из медальона.

— Ты мне уже пообещал стать лучшим другом, а я до сих пор даже имени твоего не знаю, — сказал я.

— Ренар, — ответил он. — Но можешь звать меня Киану Ривз.

Практик внимательно посмотрел на меня, словно о чём-то догадавшись, затем перевёл взгляд на Лисса и почесал небритый подбородок.

— Лаэрн вряд ли будет Помеченным богами. Они слишком хитрожопые, чтобы ввязываться в такие истории. Значит, это, скорее всего, ты? Тебе что-нибудь говорит слово «система»?

— Я смотрел все фильмы с твоим участием, — ответил я.

— Слава всем богам, нашим и не нашим, — выдохнул Киану. — Неужели свой? Землянин? Как же я рад тебя видеть!

— И не просто землянин, а современник. Я так понимаю, мы все из одного времени? Вот только не понимаю, с чем это связано.

— Друг мой и мой спаситель, у тебя очень много вопросов и, как я понимаю, мало ответов. Поверь мне, как человеку, который прожил в этом мире гораздо дольше, чем ты. На часть твоих вопросов я могу ответить, если ты сначала предоставишь мне какие-нибудь штаны.

Киану указал на свои голые ноги и немного подёргал рубаху, словно пытаясь прикрыться получше. Выглядел он, конечно, весьма нелепо.

— А за что это тебя так? Лишили самого главного.

— Да меня, можно сказать, из кровати вытащили. Я ведь бывал в этих местах. Доводилось мне спускаться с группой отмороженных товарищей, а затем почти десять лет я прятался в своём небольшом поместье. Линь должен был написать книгу, которую мои люди должны были распространить по всем библиотекам всех городов. Не знаю, насколько хорошо они справились.

— Ещё как справились. Эту книгу я читал, — ответил я. — Больше ста лет назад вы спускались вниз.

— Сто лет! — воскликнул Киану. — Вот же твари! Так они меня в стазисе держали! Это получается… Боги, боги… Нам срочно нужно возвращаться!

— Так, стоп, подожди, — я поднял руку, останавливая мужчину. — Я, конечно, не ожидал тебя здесь встретить и вообще не рассчитывал, что мы когда-нибудь встретимся. Но сюда я пришёл совсем по другой причине. Твоё спасение получилось попутно, и, пока не разберусь со своими делами, обратно не пойду.

— Но об этом мы можем поговорить тогда, когда вернёмся. У тебя есть возможность вернуться на поверхность? Нам нужно срочно это сделать. А поверхность хотя бы ещё цела?

— Пока цела, — сказал я уже медленнее. — Ты ведь знаешь, что происходит, да?

— Друг мой, Тун Мин… Хотя это какое-то странное имя. Вроде как ты не с азиатских земель. Выглядишь вполне как европеец, как и твоя искусственная подружка.

— Такое имя мне дали, когда я жил в Великой Долине, в городе Шэньлуне.

— А-а! — понимающе закивал Киану. — Смешанные земли. Да, знаю такие, слышал про этот город. Даже как-то выпивал с их императором. Но сам ты, получается, с европейских земель. Скорее всего, из человеческой империи, откуда-нибудь оттуда, да?

— Верно, — сказал я. — На самом деле меня зовут Корвин Андерс.

— Хорошее имя, мне нравится. Ты один или слияние?

— Слияние.

— Наш человек.

— Так, давай-ка я дам тебе штаны, — сказал я, убирая разделявший нас щит.

— А знаешь, свои штаны лучше оставь себе. Сделай другое доброе дело. У тебя должна быть пространственная сумка того Старшего, который таскал меня в медальоне. Ты же забрал все трофеи с этих трупов?

— А тебе зачем?

— Скорее всего, у него мои вещи. Он ведь всё у меня отобрал, должен был забрать и мою личную пространственную сумку. Сам бы я её точно нигде не оставил. Я аккуратненько, прямо при тебе оттуда своё достану, а остальное верну. Ну, чтобы между нами были максимально дружественные и миролюбивые взаимоотношения. А то мне не очень хочется почувствовать на своей шее остроту твоего клинка. Я, знаешь ли, жить люблю.

— Хорошо.

Я порылся в своей сумке, нашёл ту, которую снял с пояса Старшего, державшего медальон, и протянул её Киану. Он ослабил шнурок на горловине и запустил руку внутрь, стараясь не делать резких движений. Эта осторожность меня даже немного удивила. Через несколько мгновений практик вытащил небольшую потёртую сумку с длинным белым ремнём, проверил застёжку и довольно хмыкнул.

— Вот эту заберу, это моё. Всё остальное оставляю тебе.

Он вернул мне трофейную сумку, а я убрал её к остальной добыче.

— Да не собираюсь я тебя убивать. С чего ты взял?

— Я достаточно долго прожил в этом мире и понимаю, как здесь всё работает. Поэтому, поверь мне, лучше я сделаю так.

Переубеждать его я не стал. Просто смотрел, как он роется в своей сумке, достаёт небольшой свёрток и раскладывает его на полу, выбрав место подальше от тел. Внутри оказались рубаха, штаны и мягкие серые сапоги. Киану развернул ткань так, чтобы одежда не касалась камня, однако одеваться пока не стал. Вместо этого он снова полез в сумку и вытащил небольшой металлический артефакт. Он аккуратно положил его перед собой, оставив достаточно места до разложенных вещей.