— Мы даже работать не прекратили, мастер. Она как пришла, так и ушла. Бахнуло, конечно, громко. — коротко отчитался тот о буре тот, — Местные, конечно, вначале сильно испугались, пытались спрятаться, а когда увидели, что мы не боимся, остались с нами.

Это было хорошо, тем более что защитный контур в крепости был построен немного иначе, чем в городе. Здесь столбы из железного дерева были вмурованы прямо в каменную кладку на равных расстояниях друг от друга. А вместо лиан горького корня служили желоба, выдолбленные в камне и заполненные тем же самым корнем, только измельченным, и залитым сверху глиняным раствором. Пусть это и было грубее, чем в городе, но надежнее, потому что камень не сгниет и не сгорит, а желоба можно будет перезаполнить в любой момент.

Я прошел с щупом по ближайшим столбам и убедился, что все связки также здесь работают штатно. Да и расход этера здесь был гораздо ниже, чем в городе. Видимо, толстые каменные стены частично гасили ударную волну еще до того, как она добиралась до самих рун. Это было полезное наблюдение, которое стоило учесть при проектировании следующих укреплений.

— Погода теперь больше не подведёт, — сказал я, взглянув на строящиеся стены. — Я сейчас отзову с шестого яруса двадцать големов и отправлю их тебе на помощь. Они будут тебе подчиняться, можешь распределять их так, как тебе нужно. Ещё десяток отправлю на рудник, пусть копаются вместо крестьян.

— Мне кажется, люди будут их бояться гораздо больше, чем приближающейся бури, — сказал тот в ответ. — И мне нужны доски, мастер. Много и очень срочно.

— Я знаю, — ответил я. — Как раз сейчас пойду заниматься этим вопросом. А людей пока не используй. Пусть големы займутся сложными местами, с которыми не справляются местные. Я думаю, неделю-две они поработают, и я их уведу обратно. Если здесь появятся смертные, они же поубивают их всех. Поэтому будь аккуратен. Смерти при постройке мне точно не нужны.

Каменные вояки, как и каменные трудяги в одном лице, не должны были простаивать. Я хотел их запихнуть в любую дырку и проблемное место, чтобы использовать их труд на благо всего общества. И здесь как раз големы были нужны, потому что некоторые каменные выступы нужно было сравнять на стройке, и смертные люди и практики не могли с этим справиться достаточно быстро. А големам это ничего не стоило.

Но с другой стороны, мы изначально замахнулись на слишком огромную башню-крепость. Я, конечно, понимал размеры башен Вайсхейвена, для чего они были созданы, и ориентировался именно на неё и те же размеры, которые были мне уже знакомы. Но сейчас, мне приходили мысли о том, что можно было спокойно построить башню раза в два поменьше, и это бы даже было выгоднее и быстрее. Потому что материала на внутреннюю отделку, этажи, перегородки и прочее уходило столько, что цифры, которые предоставил мне Гвоздо, расписанные на листке, где он всё это тщательно и скрупулёзно высчитал, поражали воображение.

Полчаса мне потребовалось, чтобы обойти стройку по периметру, слушая в пол-уха о том, как мне Гвоздо рассказывает про ведущиеся работы. Затем вместе с ним отдельно отметить участки, которые были мне интересны и на которые нужно запускать големов в первую очередь. И уже после этого отправиться через портал обратно домой на четвертый ярус, где меня встретила привычная темнота и неожиданная свежесть местного воздуха.

Меня здесь явно не ждали, поэтому я спокойно кивнул стоящим возле портала охранникам, сообщил им куда направляюсь, чтобы не потеряли и направился в информационное хранилище, где собирался застрять как минимум на пару дней. А ведь то время, которое я провел на поверхности, я не прокачивал свои пассивные навыки, и это было не самым хорошим фактором, влияющим на мое развитие. Последняя стадия закалки органов так оставалась пока для меня достаточно далекой, не менее месяца предстоит провести в таких местах как хранилище, или кольца концентраторы, чтобы повысить скорость впитывания и работы тела.

В самом хранилище ничего не изменилось. В своё время я сам притащил сюда ещё два десятка светильников, которые хотя бы освещали зал полностью, показывая мне все эти тысячи каменных полок, уходящих ввысь ровными рядами. Во время прошлых своих визитов я действовал методом случайного перебора, то есть вытаскивал из абсолютно разных мест одну за другой пластины, чтобы найти что-то интересное. А дальше считывал с помощью сердца рун только верхние титульные слова, которые выступали чем-то вроде заголовков и, собственно, содержали в себе основную концепцию того, что находится в самих данных.

Чего тут только не было: от описания каких-то мелких ритуалов, кучи имен чиновников, даже отчетов о поставках разных товаров трехтысячелетней давности, списков должников. В общем, сплошная мертвая бюрократия давно умершего царства.

Сегодня я решил сменить тактику, и вместо того, чтобы брать пластины подряд с ближайших полок, я пошёл в самую глубину зала, выбрал себе определённый участок и начал работать непосредственно с ним. Ну а дальше дело уже шло практически автоматически. Я перебирал каменные пластины одну за другой, причем техника была достаточно простой, нужно было просто приложить руку, пропустить импульс этера через сердце рун, считать заголовок. Если заголовок казался интересным, отложить в сторону, если нет, вернуть на место.

Если подумать, то таким методом перебора мне понадобится всего лишь несколько лет, чтобы перебрать все эти десятки тысяч пластинок, которые здесь находились. Но искал я в основном все, что связано было с энергетическими центрами города, для того чтобы найти возможность получить достаточно энергии для того, чтобы обеспечить свой сектор. Как назло, ничего по этому поводу не попадалось. Продолжая последовательно перебирать дальше и отмечать места где уже смотрел, я неожиданно наткнулся на достаточно интересный заголовок.

Первые протоколы адаптации, преобразование энергетической структуры смертных, серия два.

— Ну, это хоть что-то полезное, — я тут же углубился в чтение.

Судя по той информации, которую я читал, Дариш умудрился разработать систему рунных кластеров и помещая в них обычных людей, он заставлял запускать энергетические контуры в их телах. Причем для этого были не нужны ни пилюли, ни долгие медитации, а только внешнее воздействие, которое заставляло тело адаптироваться к этеру и начинать его чувствовать, а уже затем постепенно открывать каналы.

Сам процесс занимал около месяца, что было, конечно, достаточно долго, но самое главное его отличие от всех других процессов, про которые знал лично я, это то, что он не требовал денег, особых тренировок или дорогих ингредиентов. Нужна была только замкнутая комната и несколько сложных рунных схем, составлявших из себя эдакую камеру пыток, в которой человек с минимальным количеством пищи и воды смог бы почувствовать в себе этер.

И Дариш не просто разработал систему преобразования, а вполне полноценно тестировал её на смертных, которых потом использовал для создания конструктов с душами-основами. Техника была отработана, но не задокументирована полностью. Точнее, я нашёл только вступительную часть. Явно он считал, что само знание по себе достаточно опасно, и лучше оставить его в виде разрозненных записей, доступных только посвящённым и обладателям полного каталога, чего у меня, опять же, не было.

— Хитрый ублюдок, — прошептал я. — Ты ведь явно боялся, что эти знания могут использовать против тебя. Сколько ты всего здесь вообще наворочал.

Но сама идея мне чрезвычайно понравилась, тем более что так или иначе вопрос о создании практиков и постоянном увеличении своей секты стоял перед нами достаточно остро, а чем больше практиков, тем сильнее секта, это очевидно.

И возможность создавать их, не пичкая дорогостоящими пилюлями меняла буквально всё.

Основные схемы почтовых големов.